Йоэл Лехтонен обещает "Панику" и шок для театральной Москвы

В сентябре начинается новый театральный сезон, и искушенную публику ждет немало сюрпризов. Один из них — комедия "Паника. Мужчины на грани нервного срыва" — спектакль финского режиссера Йоэла Лехтонена, известного в России своей провокационной постановкой "Монологи вагины", которая вызвала в свое время сильный общественный резонанс.

О своем новом спектакле и о ситуации в современном театре читателям "Правды.Ру" рассказал в эксклюзивном интервью нарушитель общественного спокойствия, противник табу и театральных традиций, режиссер Йоэл Лехтонен:

Ваш новый спектакль "Паника. Мужчины на грани нервного срыва", премьера которого в Москве состоится в сентябре, — это будет такой же шок для общественности, как предыдущая ваша постановка, "Монологи вагины"?

— Ну как вам сказать? Думаю, этот спектакль шокирует всех еще больше. На спектакль "Монологи вагины" идут заранее зная, что здесь они, скорей всего, будут шокированы. А когда пойдут на "Панику", которая заявлена как комедия, то все будут ожидать, что их будут смешить и веселить, а потом, когда поймут, о чем идет речь, то, возможно, это шокирует больше, чем самый скандальный спектакль.

Читайте также: Муж разучился лгать? Считай, что умер

То есть, конечно, это хорошая, добрая комедия, но с подтекстом. Понимаете, здесь речь о том, что вообще происходит с мужчинами в городских ландшафтах. С мужчинами, которые достигли потрясающего возраста — 35 лет. Спектакль как бы ставит диагноз им — что с ними происходит? И это-то как раз и может шокировать.

— Не станет ли разница между спецификой жизни современных финских и русских мужчин препятствием для восприятия спектакля российской публикой?

— Я думаю, это не играет роли — в любой современной развитой стране мужчины переживают одни и те же проблемы.

Всегда найдется нечто общее для всех мужчин. Например, прошлое. Вернемся на десять тысяч лет назад. Тогда мужчинам было очень легко — либо ты убиваешь добычу и приходишь домой с победой, с едой для семьи и всего племени, либо ты не убиваешь и становишься рабом. Или тебя самого съедят. Все было просто. А сейчас, когда (слава богу!) нельзя убивать, инстинкт, который был у мужчин десять тысяч лет назад, дремлет. И представители сильного пола несколько потерялись в современном мире. Как им здесь быть? Куда реализовать этот инстинкт? Мы же все мечтаем о великом — об открытии Америки, об управлении большой страной, о завоеваниях… да хоть о том, чтобы мамонта убить!

Фото: AP

Или навести порядок, порядок по всей стране, чтобы всем было хорошо… А возможности-то нет — ни порядок навести, ни даже мамонта убить. И это — глубоко трагичная ситуация. Кстати, эта проблема всего нашего цивилизованного общества, неважно — в России или в Финляндии. Особенно это касается городской жизни в тех странах, где идет прогресс, экономическое и политическое развитие, где страна богатеет, все приходят к благополучию, образуется средний класс, становится больше обеспеченных благополучных людей.

— "Паника" — спектакль о мужчинах, он ориентирован больше на мужскую или женскую аудиторию?

— Если брать статистику — кто больше ходит в театры, то мы увидим, что, конечно, это женщины (Смеется). Но мы не будем брать статистику. Отчасти этот спектакль — возможность для женщин заглянуть через замочную скважину в комнату, где мужчины сидят своей мужской компанией. И дамы смогут увидеть, что мужчины делают, когда они втроем. О чем они говорят? Что их волнует? Как они разбирают свои проблемы? Словом, такое маленькое окошко в мужскую душу.

— Это уже не первый ваш спектакль, поставленный в России. А почему вы выбрали именно нашу страну для своей работы?

— Почему в России? Дело в том, что в 1995 году Финляндия вступила в Евросоюз. Маленькая страна где-то на севере получила открытые границы — можно было поехать учиться в любое европейское государство, университеты стали практиковать обмен студентами. И, конечно же, все финские молодые люди сразу же поехали кто куда, просто хлынули в Европу. А я тоже решил уехать, но в другую сторону. Я решил выбрать прямой поезд. А из Хельсинки есть только один прямой поезд в зарубежную столицу — сюда, в Россию. И вот я сел на этот поезд и по прямой поехал в Москву. Конечно, вопрос: "Что такое Россия? Что такое Москва?" тогда имел ответ образца 1996 года. А вы помните, что тут было тогда? Это очень отличается от того, что сейчас! Это был большой город, полный авантюризма.

Было безумно интересно. Огромный город абсолютно без контроля. Почему я всем рекомендую Москву? Потому что это — единственный город Европы, где существует настоящая демократия. Но не демократия по закону, а демократия самой жизни. В этом городе нет случайных людей. Все, кто здесь живет, знают, зачем они пришли в Москву. Это город, который не спит. Город, в котором решается — будет ли война, откуда текут реки денег, абсурдный город, город-мечта, где ты в один момент можешь или все потерять, или все получить, здесь все знают, как работает город.

И через Москву тебе становится ближе весь остальной мир. И стараться понять этот город, живущий в полном абсурде —это очень интересно. И, кстати, когда для тех, кто тут живет, наступает кризис среднего возраста, 35 лет, возникает вопрос, который и звучит в "Панике" — где я потратил эти свои бесценные годы жизни? Здесь? Здесь, что ли? А оно того стоило?

Фото: AP

— У нас сегодня считается, что российский театр, и в частности театральное искусство в Москве, переживает некий кризис. А как вы смотрите на современный российский театр?

— Да, полный кризис. Если говорить о московском театре — то это безумное количество талантов, колоссальный резерв возможностей. И — нулевая реализация этих возможностей и талантов. Это просто полнейшая мясорубка. Уверен, театр в Москве изменится сразу же после того, как цена на недвижимость упадет хотя бы до цены на жилье в остальных европейских столицах.

Читайте также: Сейчас пугают не так, как раньше

Ведь здесь же любой уголок, любая крысиная нора стоит таких денег, абсурд просто. А если ценовая политика на стоимость помещений будет, как в остальной Европе, искусство сразу же поменяется. Театр получит новые, более широкие возможности реализации молодых талантов. Откроются пути для всех — самовыражаться, делать свой независимый проект. Из этих проектов 95 процентов не будут стоить ничего, но 5 процентов окажутся шедеврами.

— А как обстоит дело с современным театром в Финляндии? В чем его отличие от российского?

— Дело в том, что в Финляндии театр очень социализирован. Он, собственно, и возник для того, чтобы решать социальные задачи. Сто лет назад необходимо было любым способом отвлечь народ от курения, пьянства, приучить читать книги, ценить искусство, культуру. А в России театр изначально был придворным. Существовал при дворах царей. То есть был изначально ориентирован на другую аудиторию. Другая история. Сейчас же вообще театр в мире больше идет в сторону межтеатрального пространства. Сегодня на европейской сцене используют все — танцы, видео, смежные искусства.

Театр берет отовсюду — и там, и там, везде эксперименты идут. Он в постоянном поиске, ищет новых путей развития. Другой вопрос, что он найдет. Минус тут, конечно, в том, что этот поиск становится понятен только маргинальным группам.

А русский театр всегда преследует глобальные цели. Он берет более глубокие темы — эпохальные произведения. И поэтому ставит классику сотни миллионов раз, потому что такие темы сегодня есть фактически только в классике. И это, разумеется, тормозит поиск.

Фото: AP

Невозможно в Москве ставить другие, экспериментальные вещи — это просто негде делать. Если же традиционные театры и дают место, там уже не приходится искать, там надо делать так, чтобы смотрелось "неплохо" и понравилось публике. Здесь, кстати, есть одна интересная особенность российского театра. С одной стороны, приверженность к классике, к традициям тормозит поиск, но, с другой стороны, я вот три года назад впервые прочел Чехова на русском языке. И я был в шоке! Язык, которым говорят чеховские герои — это практически современный язык, на котором говорят в Москве и в России. А если читаешь финскую классическую литературу, то понимаешь только 70 процентов текста, так сильно он изменился.

И тут возникает тенденция — а может быть, и не нужно ничего искать, когда еще можно использовать то, что было, когда писали Чехов, Достоевский, Толстой, когда Россия была лидером в мировой литературе. Это такая своеобразная ностальгия по великому прошлому — не зря даже язык остался почти таким же. И современный язык, современные проблемы в сравнении с этим великим наследием кажутся пошлыми.

Поэтому и встает вопрос: зачем нам тут нужен поиск, к чему искать лучше того, что есть? А в Европе всех волнуют новые темы, новые акценты, театр отвечает на современные проблемы социума. Вот, например, это очень хорошо видно на пьесе "Монологи вагины". Что такое театр, что такое пьеса? Пьеса, в первую очередь, должна очень сильно волновать людей. Когда я ставил здесь пьесу, то меня самого волновала та проблема, которая в ней рассматривалась. И вот это свое волнение надо переносить на сцену. Театр ведь — это храм. Но храм проблемы, и ее нравственного решения. Только тогда театр — искусство. А если мы считаем, что театр — это просто приятное времяпровождение, когда мы приходим посмотреть, как известный артист красиво говорит красивые слова… я говорю — нет, спасибо!

Мы стараемся поставить любую проблему, лишь бы это было актуально для современного человека. Пусть трагедия, пусть комедия — но проблема! Пусть актер волнует зрителей так, чтоб им плохо стало, а не смешит в течение двух часов, чтобы они, наоборот, забыли о трудностях. В театре они должны видеть проблемы, искать пути решения, а не забывать о них. Пусть зритель волнуется, даже плачет, а потом идет домой и осознаёт. А когда прикрываются мифом о российском менталитете — мол, у нас такое нельзя ставить, у нас не поймут, у нас менталитет другой, я всегда думаю — да почему же нельзя?

Везде, по всей Европе, по всему миру можно, а тут — нельзя. И, конечно, тогда возникает бешеное желание показать всем зрителям, что театр может быть другим, не таким, как они привыкли. Я всегда стараюсь показать, что человеческие проблемы — они всемирны, и нет такого, что в Финляндии своя проблема, в России — своя, в Австралии — третья. Все равно есть общечеловеческие ценности, понятные каждому.

Все самое интересное читайте в рубрике "Жизнь"

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Комментарии
США готовят соседей России к Третьей мировой
Климкин разоблачил "трюк России" с украинской техникой в Крыму
Почему Китай признает проигрыш НОАК армии России
Союз нерушимый: как Путин и Эрдоган договорились по курдам
Климкин разоблачил "трюк России" с украинской техникой в Крыму
Биатлонистки заступились за ульяновских курсантов, сняв фривольный клип
Биатлонистки заступились за ульяновских курсантов, сняв фривольный клип
Европейская полиция будет останавливать прохожих в дорогой одежде
Украинцы стонут: "Мы для европейцев рабы и холопы"
Медики вычислили норму шагов в день для здоровья пожилых
Почему Китай признает проигрыш НОАК армии России
Почему Китай признает проигрыш НОАК армии России
Депутат ПАСЕ выдвинул России ультиматум
Почему Китай признает проигрыш НОАК армии России
Украинцы стонут: "Мы для европейцев рабы и холопы"
Яровая придумала закон о запрете "возбуждающих детей" сайтов
Украинцы стонут: "Мы для европейцев рабы и холопы"
За красной линией: России пора выходить из "чужого проекта"
Депутат ПАСЕ выдвинул России ультиматум
Что Лавров рассказал о позорном Майдане и беспрецедентной русофобии
Европейская полиция будет останавливать прохожих в дорогой одежде