По царским тропам к отелю "Негреско"

Отель "Негреско", окаймляющий Английскую набережную в Ницце, — один из самых старых в мире отелей-паласов. Это одно из сокровищ Belle Époque, его всегда высоко ценили любители комфорта и красоты. Ведь сам по себе палас "Негреско" — это также и культурное исключение. Его владелица Жанна Ожье превратила его в настоящий музей, наполненный самыми вдохновленными произведениями искусства. Большая любительница Истории (тут просто необходимо увидеть наполеоновский этаж!) и животных, друг звезд великой эпохи, таких как Дали или София Лорен, Жанна Ожье облекла свой отель в чудесное убранство. И "Негреско", основанный когда-то румынским иммигрантом, — это, возможно, самый блестящий и самый поучительный палас в мире.

Я не устану повторять, что путешествовать нужно зимою, особенно на Лазурном берегу Франции. Все привыкли драматизировать последствия глобального потепления, но почему бы не воспользоваться их эффектом, чтобы совершить круиз по летней Арктике или хотя бы открыть для себя прелесть отелей Ривьеры зимою? Пред вами предстанет алкионово небо, очаровывавшее в свое время Ницше, Сиси и русских цариц; тут никогда не бывает холодно; вы не почувствуете переизбытка влажности или загрязнений воздуха.

Тут правит особый шарм и величие, которые заставят вас поднапрячь силы, особенно в ходьбе по царским тропам, ведущим к близлежащим селениям, зацепившимся, словно птичьи гнезда, за горные кряжи; маленькие рыбацкие суденышки при наступлении погожего дня заполняют собою водное пространство и заставляют совершенно позабыть о летних монстрах — громадных круизных теплоходах, а особенно — о невыносимых суперяхтах.

Читайте также: 1812 год: успехи "сухопутного" адмирала

Цены становятся умеренными, иногда они составляют лишь треть от цен, привычных в августе-месяце. Конечно, тем, кто предпочитает водные лыжи на Сейшельских островах, заточенную в музейные стены китайскую культуру или курорт в Гоа, тут делать нечего… Но, как я уже говорил, нам следует вернуться к тому, с чего все начиналось: нужно обратиться в XIX век к Сантандеру, самому прекрасному в Испании, а может, и в Европе морскому курорту, и к Ницце, с ее дворцами эпохи Наполеона, садами в стиле Рио-де-Жанейро, ее отелем "Негреско" и, конечно, с ее английской прогулочной набережной, в былые времена обрамленной садами, а не современными зданиями.

Не забудьте также о том, что императрицы отправлялись к этим берегам именно зимою, когда пот не застилал глаза из-за летнего зноя. Лето обычно проводили в Бриде, Люшоне или же в Бадене, оставляя право за будущими отпускниками сбиваться кучей в кемпингах завтрашнего дня! Нет, путешествовать зимой — это значит, найти настоящий божественный дух и бездонный голубой тон неба Лазурного берега! В качестве сопутствующей книги возьмите "Ecce homo" Ницше, он вам все объяснит, или мой скромный труд на французском о "Пробужденном путешественнике", в котором я пытался оживить дилетантский дух посвящения современного путешественника.

Я решил сделать себе подарок и отправиться с женой ко дню моего рождения в "Негреско". Чего стоят безвкусные безделицы рядом с таким воспоминанием? Мы прибыли погожим утром, посетили большой холл, в котором показана вся история этого прекрасного Дома, прошлись коридорами, музейными залами, укрытыми коврами Вазарели. Каждый этаж имеет одну или несколько тематических декораций. У меня слабость к искусству эпохи Просвещения и к китайским орнаментам, иным может прийтись по нраву африканская галерея на первом этаже. Во владении музея-паласа находятся несколько полотен выдающихся живописцев — Лагрильера, Риго, а также Кокто и, конечно, Сальвадора Дали.

Он был одним из близких друзей хозяйки Дома, равно как и Софи Лорен, которая, будучи настоящей итальянкой, требовала, останавливаясь в отеле, отдельный кухонный уголок, чтобы готовить собственные спагетти! Ведь этот Дом — это самый настоящий музей под открытым небом, или, выражаясь точнее, под небом закрытым, он нем, как могила, но во внутренней магии он оставляет право своим шедеврам пробуждаться и двигаться в ночи.

Нам посчастливилось попасть на четвертый — наполеоновский этаж, частью он посвящен Империи и императорскому величию. Я ни за какие деньги не назову себя бонапартистом, но когда я оказался перед Ним, Императором, я начал таять, как Леон Блуа перед душой Наполеона. Чувства переполняют меня — до слез. Почему? Почему плакать из-за императора? Он красив, полон славы, в нем столько вкуса. Ведь стиль "ампир" — это фараоновский Египет, только намного благороднее. Наполеон — Сын Неба.

Персонал отеля любезен и общителен, без излишне подчеркнутого профессионализма и роботизма, ставших в наши дни отличительными чертами сетей отелей-паласов, предназначенных для механизированного сверхчеловечества, обусловленного прогрессивным печатанием долларовых бумажек. Тут — это семья (слово, испорченное теперь капиталом), скромное общество друзей. "Негреско" — это "по-настоящему цветущий колхоз". Я прохаживаюсь по галерее Шантеклера, окруженной нимбом петушиного символизма, со стихами Ростана и солярной тематикой. Это больше, чем просто путешествие во времени, это — путешествие в самом духе Франции.

Я открываю невзначай прекрасную картину, исполненную символов и метафор, художница — Изабель Плантэ, она в портрете запечатлела великую душу места и его хозяйки, вырисовав в деталях символические замыслы: почему она тут изобразила яйцо, к чему голова овна, шахматная доска, стопка книг?.. В центре полотна царит (или правит?) Жанна Ожье — великая душа "Негреско", как сказал бы Виктор Гюго — и я вслед за ним.

Нам повезло повстречать ее вечером рядом с холлом, охраняемым недремлющим взглядом услужливой команды регистраторов-полиглотов и вежливых консьержей с непередаваемым чувством юмора. Мы сидим в прекрасно обставленном кафе-баре. Жанна Ожье ищет кошку, зовут эту рыжую кошку Кармен, в чьей компании мы как раз и уселись на диванчике, предпочтя ее кошачью и сонно мурлыкающую компанию группке заядлых болтунов, спустившихся, видно, с Карпат. Моя жена узнала хозяйку, мы поприветствовали ее и начали беседу. Я обращаюсь к воспоминаниям, потому как в 1979-м я был награжден в "Негреско" за мое патриотическое стихотворение, посвященное французскому знамени, конкурс этот был организован Ассоциацией заслуженных ветеранов войны! Такого больше не устраивают.

Дама очень тронута рассказом и воспоминаниями. Она объясняет медленным голосом свои замыслы и то, как они осуществлялись, рассказывает о своем проекте, о вкусе в искусстве и о любви к животным. Я показываю ей кессонный потолок в ее величественном версальском салоне (мадам Ожье предпочитает называть это салон "Людовик XIV"), потолок был разобран и перевезен сюда из одного загадочного замка, в котором в былые времена обитало семейство Манчини, в росписи потолка я начинаю угадывать мифологически отточенный сюжет — Прометей на Кавказе, освобождаемый Гераклом. Глаза мадам Ожье влажнеют, глаза моей жены — тоже. Однако хозяйка должна удалиться. Мы покидаем ее, надеясь вскоре снова увидеть ее.

Наша комната обита голубым шелком и убрана с тонким вкусом изысканной мебелью, за окном открывается вид и на море, и на виллу Массена — жемчужину искусства времен Империи, принадлежащую в минувшем веке (то есть — почти 200 лет назад!) семье великого маршала. Музей предлагает нашему взгляду чудесные картины и фотографии, рассказывающие о том, какой была Ницца в эпоху Гарибальди и императриц! Ну как же можно родиться, как я, — с опозданием на добрую сотню лет?! Штат, что работает в вилле Массена, безупречен; там можно почувствовать гордость за то, что ты француз по национальности! Добрый город Ницца! "Кукареку!" — как говорит мадам Ожье. И, как волны, на меня нахлынули воспоминания детства:

Воспеваю я флаг, как самого себя,

Как будто это я блещу и рдею,

Как будто это я на ветрах рею

И слову каждому я смыслы придаю…

Читайте также: Истории любви: ангел Жюли и Шатобриан

Палас, подобный "Негреско", — это дом, это прекрасное жилище, это, как когда-то говорили, обитель, наделенная душой и принципами. Тут душа очень велика, потому что это душа мадам Ожье. И так как этот громадный дом так прекрасно содержится, то уходит всякое желание покидать его, хочется лишь прогуливаться его коридорами и приветствовать оживающие картины или выходить лишь на мгновение на — увы! — всегда шумную набережную. Но нам нечего жаловаться. Тут, в "Негреско" можно было бы прожить целую жизнь или по крайней мере один сезон и писать на всех возможных языках его постояльцев таинственные сказки и истории.

Читайте самое интересное в рубрике "Общество"

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Комментарии
Лукашенко сообщил о серьезном разговоре с Путиным
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
Почему Казахстан отключил все российские телеканалы
Большинству российских спортсменов не нужен флаг страны
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
Большинству российских спортсменов не нужен флаг страны
Почему Казахстан отключил все российские телеканалы
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
Большинству российских спортсменов не нужен флаг страны
Большинству российских спортсменов не нужен флаг страны
В Сургуте ОМОН сорвал свадьбу, ворвавшись в кафе для "проверки документов"
Вой, приятный нашему слуху: в битве за Иерусалим выиграет Москва
Вой, приятный нашему слуху: в битве за Иерусалим выиграет Москва
Комбриг ВСУ приказал убить своего зама — вовремя не поздравил
Вой, приятный нашему слуху: в битве за Иерусалим выиграет Москва
Вой, приятный нашему слуху: в битве за Иерусалим выиграет Москва
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
Кравчук: Советский Союз развалили украинцы
В Сургуте ОМОН сорвал свадьбу, ворвавшись в кафе для "проверки документов"

Русская эскадра - не просто набор слов. Это историческое название последнего соединения кораблей и судов Императорского флота России. Именно она эвакуировала из Крыма армию генерала Врангеля и гражданское население. Беженцев приняла Франция, предоставив эскадре стоянку в Тунисе, в городе Бизерта. Судьбы большинства беженцев поистине трагичны…

Последнее пристанище Русской эскадры