Дальний Восток: обуза или кладовая?

Что значит для России Дальний Восток? Неподъемная обуза, которую нельзя сбросить по геополитическим соображениям? Или кладовая с обильными запасами, которая запустит траекторию опережающего экономического развития в XXI веке? Об этом — продолжение беседы главного редактора Pravda.Ru Инны Новиковой с главой Еврейской АО Александром Винниковым.

— Александр Аронович, вы упомянули, что 60 процентов бюджетного финансирования Дальнего Востока уходит, образно говоря, на обогрев. Вылетает в трубу. Так стоит ли игра свеч? Может, просто вообще все закрыть, переселив людей в благоприятные места?

— Прежде всего, это вопрос стратегической геополитики, и, конечно же, такого допустить нельзя, учитывая, что на Дальнем Востоке колоссальное количество полезных ископаемых, которые нужны государству сегодня. И не случайно Владимир Владимирович Путин в послании сказал, что Дальний Восток является для нас приоритетом на весь XXI век. Если Ломоносов в свое время говорил, что Россия прирастать будет Сибирью, то сейчас мы можем сказать с полной уверенностью, что мощь России прирастать будет Дальним Востоком.

— Но могут быть разные варианты. Я слышала, что у людей происходят в тяжелых природно-климатических условиях необратимые изменения в организме. На Севере практикуют вахты, люди приезжают на три месяца либо на полгода, потом на материке восстанавливаются.

— Такие варианты тоже допустимы, что не исключает необходимость развивать территории. Есть северные, абсолютно удаленные территории, где нет необходимости постоянного проживания. Там много полезных ископаемых и работа вахтовым методом вполне оправданна и нормальна. Но в местах, где сегодня люди уже живут, и есть возможности построить современное производство, которое будет развивать территорию, создавать людям комфортные условия для жизни, это нужно делать обязательно.

И уже подсчитано, как мы уже говорили, что тот колоссальный объем полиметаллических руд, угля, древесины при соответствующей экономической модели может дать кратный прирост экономики России. И это, подчеркну, когда в мире обостряется нехватка природных ресурсов.

— Тем не менее, добыча этих богатств сопряжена с немалыми рисками. Вспомним хотя бы прошлогоднее наводнение, вся Россия была потрясена… Вы были человеком, который принимал решения, от которых зависела и жизнь людей. Насколько эта ситуация была для вас типична или же непонятна, опасна?

— Даже за всю историю наблюдения такого уровня воды не было. Для меня, как для руководителя, это было тяжело прежде всего морально — смотреть, как страдают люди, которые в одночасье потеряли все.

Представляете, у нас больше полутора тысяч домов было затоплено. Больше 9 тысяч человек мы эвакуировали. 2,5 тысяч детей только мы выселили. На территории области был развернут 21 пункт временного пребывания людей, и всех надо было накормить, помыть, согреть, а многие с маленькими детьми.

Это долго ведь было все, не один же день. Я слышала, что мародерства не было практически.

— Это было практически два месяца. Мародерства не было. Ну и, конечно, самое главное то, что мы не допустили гибели людей. Ни один человек в такой масштабной катастрофической ситуации не погиб.

— Я все равно думаю, что вы пережили, как человек и как руководитель, оказавшись в очень, мягко скажем, не банальной ситуации.

— Вы знаете, самое главное для любого руководителя — это не бояться ответственности за свое решение. Вот по эвакуации жителей села Ленинское. Когда я реально…

— Это ваше родное село

— Это село, в котором я 17 лет прожил. И когда я увидел, что при том прогнозе, который нам дают, очень высока доля риска, что мы сможем не удержать дамбу, и тогда населенный пункт зальет по первые этажи, я принял решение людей эвакуировать. И дал соответствующее распоряжение и, в общем-то, был прав. Мы сумели практически за сутки почти 5 тысяч человек эвакуировать. К счастью, нам удалось и удержать центральную часть, сохранить дамбу.

Ведь надо это все организовать, обеспечить транспортом. Тем более, что уже обычным транспортом людей вывозить невозможно было, только плавсредствами. Причем, военной техникой. И при этом не допустить гибели людей.

— Не допустить и паники, то есть для вас это был, наверное, профессиональный экзамен.

— Я скажу, что это был экзамен вообще для всех органов власти. Колоссальный. Начиная от органов местного самоуправления и заканчивая правительством Российской Федерации. На территории области в течение этих двух месяцев побывали практически все министры правительства. Хотя, скажу вам по секрету, что из первых руководителей на территории Еврейской области до 2010 года никого не было. Никого. Первым приехал в 2010 году Дмитрий Анатольевич Медведев, ещё тогда будучи президентом Российской Федерации. А Владимир Владимирович Путин за время наводнения дважды побывал.

Я думаю, что если бы люди не чувствовали такой поддержки, им было бы морально намного тяжелее эту всю ситуацию пережить. И когда оперативно начались выплаты денежных компенсаций, люди тогда почувствовали, что их не бросят.

Все силы, конечно, были брошены прежде всего на восстановление инфраструктуры жилищно-коммунального хозяйства. Было более 21 котельной затоплено полностью, а менять трубы и ремонтировать котлы нам пришлось, когда уже на улице была минусовая температура. Но благодаря опять же тому, что мы сумели мобилизовать людей, поднять, заинтересовать их работой практически круглосуточно, мы вовремя, до наступления уже серьезных холодов, запустились.

Еще хочу сказать, что из 1500 с лишним домов, у нас почти 900 домов, требующие капитального ремонта, а 561 дом не подлежит ремонту, то есть только новое строительство жилья.

— Как на государственном уровне была региону оказана помощь?

Правительство Российской Федерации в лице министерства трудовой занятости и социальной защиты разработало и приняло специальную программу дополнительной занятости. Когда, допустим, у гражданина дом затопило и он говорит "а я буду его ремонтировать своими силами, вы мне отдайте деньги", эта программа ещё дает ему возможность быть устроенным как бы к самому себе на работу.

— То есть он будет получать зарплату за то, что строит свой дом. А сколько денег выделяется, есть какая-то средняя цифра или у каждого свои суммы?

— В соответствии с указом президента, 5 тысяч рублей на один квадратный метр пострадавшей площади.

— Средняя цена ремонта. Во всяком случае она реальная, так скажем.

— Второй момент — это, конечно, строительство жилья. И это очень такой трудоемкий процесс. Прежде всего, это надо выделить земельные участки. Причем, как президент поставил задачу, дома должны быть построены на незатопляемых территориях… Мы должны будем у себя построить 360 домов в течение весны, лета и осени 2014 года и до 30 сентября граждане должны быть заселены.

— Мы говорим о частных домах на одну семью. А многоквартирные дома?

— 13 многоквартирных домов будет построено. Сегодня у нас уже около 100 семей из пострадавших получили сертификаты на право приобретения квартиры.

— А вот такого не было, чтобы люди говорили "не хотим жить здесь, можно мы деньги возьмем, построим дом в центральной России, не на Дальнем Востоке. Было такое, что люди уезжали?

— Такие пожелания есть, и люди обращаются. Но то законодательство, которое сегодня подведено под эти деньги, оно предполагает возведение жилья в границах субъекта Федерации. Значит, вы можете жилье себе построить здесь.

— Насколько это наводнение может помешать привлечению в регион инвестиций и приглашению людей? Люди же могут опасаться, что подобное может случаться каждый год?

— Наверное, определенный сдерживающий психологический фактор у потенциальных инвесторов есть. Но нам надо больше говорить о том, что сегодня государство принимает очень серьезные меры для недопущения в будущем такого глобального наводнения.

Сейчас готовится крупная федеральная программа, которая будет называться программа защиты от наводнения территорий Амурской, Еврейской области, Хабаровского края, Приморского края. Мы дали свои предложения в эту программу. И она в конечном итоге будет сверстана к концу 2015 года. Потому что своим указом президент поручил научно-исследовательским институтам, которые занимаются гидрологией, подключиться к созданию данную программу. То есть в нее будет входить не только защита, собственно строительство этих дамб, но и строительство целого ряда гидроэлектростанций, плотин… Будет создана система регулирования уровней воды.

— Гидроэлектростанции, плотины, это же тоже толчок для развития региона. Поэтому это сразу решение нескольких задач, а не только задач безопасности.

— Совершенно правильно, вы точно подметили, это строительство гидроэлектростанций, оно тоже вписано в концепцию развития Дальнего Востока. Но в данном случае теперь уже эти гидростанции будут строиться с учетом и в увязке единой задачи, общей, регулирования уровня рек, которые дают наибольшую, так сказать, водность и приводят к наводнениям.

Сегодня ведь на Дальнем Востоке профицит электроэнергии. Дальний Восток мог бы в общероссийскую систему энергетическую давать достаточное количество электроэнергии, если были бы сети соответствующие.

— Ну, электроэнергию же хранить-то и складировать нельзя.

— Поэтому сейчас Дальний Восток уже экспортирует электрическую энергию, Амурская область, в частности, в Китай продает электрическую энергию. Но, тем не менее, электроэнергии никогда не бывает много. Будет больше электроэнергии, будет она дешевле. А самая дешевая электроэнергия — это электроэнергия, получаемая на гидроэлектростанциях. В Якутии очень много горных рек, где можно целые каскады электростанций строить и это, кстати, вот в планах развития Дальнего Востока это все обозначено.

Гидростанций, к сожалению, на Дальнем Востоке еще мало. Вот только сейчас их будут развивать. У нас только Зейская и Бурейская ГЭС основные на Дальнем Востоке, а остальные все тепловые электростанции, то есть все на угле. А уголь откуда? Из Сибири везем — Красноярск, Новокузнецк, а значит железнодорожный тариф. У нас парадокс — стоимость перевозки угля в три, в четыре раза дороже его стоимости.

— Я поняла, это остатки старой советской системы, когда возить было дешево, и проще было привезти из Новокузнецка, а то ещё из Белоруссии, и вообще это было все наше, народное.

— Вот почему нам и надо сегодня, опять к первой теме, о которой мы с вами говорили, не сырье продавать за границу, а перерабатывать у себя… Предусмотрены серьезные объекты нефтехимии в Приморском крае, в Находке будет завод строиться по переработке нефти, в Приморском крае завод по сжижению газа.

— Чем сейчас живет область, расскажите?

— 2014 год для нашей области, я бы сказал, этапный год. Во-первых, область будет отмечать свое 80-летие, официально 7 мая 2014 Второе, это выборы глав районов и депутатов собраний районных.

И третье, экономика. Мы в этом году должны завершить строительство обогатительной фабрики на Кимкано-Сутарском горно-обогатительном комбинате. Что это нам дает? При самых скромных подсчетах экспертов, с выходом на проектную мощность, то есть на переработку, 10,5 миллионов тонн руды в год… Эта фабрика будет в областной бюджет платить более 2 миллиардов рублей налогов. Это ровно столько, сколько мы получаем сегодня дотацию из федерального бюджета.

Следующий момент это все-таки начать строительство железнодорожного моста в оба перехода. И, конечно, строительство жилья для пострадавших граждан. Эта важнейшая задача и тяжелая. Нам же предстоит построить 360 домов.

Еще завершение работ по восстановлению автомобильных дорог разрушенных. Проезды то сделаны, но в первоначальное состояние мы эти дороги ещё не привели. А те задачи, которые перед нами поставил президент, он сказал, что после восстановления дороги должны быть классом выше. Поэтому, конечно, 2014 год в этом смысле очень сложный, напряженный будет.

— Давайте мы вернемся к тому, с чего начали беседу. Вы можете рассказать, дальневосточники, они как-то отличаются от людей, которые живут в в центре России?

— Я думаю, что отличаются. Мне кажется, что дальневосточники — люди более открытые, более доброжелательные. Они готовы прийти на помощь по первому, так сказать, зову. Я уже говорил, что это люди очень мужественные, потому что жить в суровых климатических условиях — это не очень легко.

Новости: Путин назначил исполняющим обязанности губернатора Орловской области депутата от КПРФ

А что вы думаете о последних новостях о росте авторитета и рейтинга президента России Владимира Владимировича Путина? А сегодня вам заметна "помощь" со стороны Барака Обамы в росте уважения к Владимиру Путину в мировом сообществе?

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!


Александр Винников: Россия начинается у нас
Комментарии
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Кадровый резерв Владимира Путина
Активы ряда китайских фирм заморозили в США
ООН: перехвачены два секретных груза из КНДР в Сирию
Активы ряда китайских фирм заморозили в США
Практичнее некуда: самые-самые в 2017 году
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Сурков рассказал о встрече в Минске со спецпредставителем США по Украине
Польша хочет получить с России триллионы злотых за "преступления СССР"
Ющенко: Донбасс всегда был "ватным"
Снова Путин виноват? США заговорили о хакерах, столкнувших эсминец с танкером
Польша хочет получить с России триллионы злотых за "преступления СССР"
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
День флага России отметят в соцсетях
Снова Путин виноват? США заговорили о хакерах, столкнувших эсминец с танкером
Трамп: быстрый вывод американских войск из Афганистана усилит террористов
Снова Путин виноват? США заговорили о хакерах, столкнувших эсминец с танкером
ВМС США приказано остановить операции во всем мире
Карабахская загадка: нужна ли встреча лидеров Армении и Азербайджана при отсутствии переговоров?
Польша хочет получить с России триллионы злотых за "преступления СССР"