Экс-генпрокурор СССР: Я - слуга закона

Сухарев. Советник генпрокурора России Александр Сухарев
Директор НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре, советник генпрокурора России Александр Сухарев

Директор НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре, советник генпрокурора России Александр Сухарев стал гостем Клуба главного редактора "Правды.Ру". В прошлом он был генеральным прокурором СССР и министром юстиции Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. Александр Яковлевич — живая история России и мира середины и конца XX века. Закон и порядок — тема многоплановая и неисчерпаемая. Современный мир — сложен, но были и намного более трудные времена. Надо работать, и тогда все будет реально сделать.

— Вы занимались очень разными делами: были на фронте, работали в Комсомоле, организовывали знаменитые фестивали молодежи и студентов. Почему вы вдруг ушли в юриспруденцию?

— Когда я был учеником восьмого класса в городе Землянск Воронежской области, кто-то на меня стукнул, что якобы я сказал про портрет Ворошилова, что у него глаза там бешеные, нехорошие. Говорил ли я, или нет, до сих пор не помню. Но до сих пор помню, как меня вызвали к директору школы, а оттуда сопровождающий повел в районное НКВД. Закрывает дверь, а навстречу мне выходит заплаканная мать. Мать полтора часа спрашивали два офицера: "Кто влияние оказывает на вашего сына? Вы, муж или вместе? А кто у вас еще родственники?" Перебрали почти всю родню. Оказалось, что одна наша родственница была замужем за человеком, который учился в духовной семинарии вместе со Сталиным. Потом они рассорились, и Калюжный попал в тюрьму. Когда они это услыхали, стали моргать друг другу: мол, надо заканчивать. Тема опасная, лучше подальше от греха. Я у них пять суток посидел, потом меня выпустили. Четырнадцать лет мне было неполных. Мать мне потом сказала, чтобы я всегда о всех портретах говорил только хорошее.

— Это было везение? Что вы думаете о репрессиях и культе личности?

— Мы были единственной социалистической страной, кругом были капиталисты. Сталин понимал, что обстановка очень сложная. Поэтому он предупреждал: надо быть бдительными. И вот это его одно слово, быть бдительными, трансформировалось в областях, в районах — стояла задача изловить всех врагов народа. Каждому секретарю райкома звонили и спрашивали: "Сколько ты врагов поймал?" И они друг перед другом соревновались. Один говорит: "Я десять поймал. А у вас сколько?" — "А у меня 50. что же ты так плохо работаешь?…" Соревнование шло.

— Это были все сфабрикованные дела? То есть врагов народа не было вообще?

— Конечно, сфабрикованные. Были и враги, конечно. Но в основном это было сфабриковано.

— И после этого вы идете работать в прокуратуру, чтобы исправить ситуацию?

— Сначала я пошел на работу в министерство юстиции, потом — в прокуратуру. И занимался налаживанием нормальной работы, чтобы такого не было. Перестроил прокуратуру, усилил надзор за органами госбезопасности — КГБ, бывшим НВКД.

В Польше вы были тяжело ранены. На войне, наверное, врезаются в память самые тяжелые, трагические моменты. Что вам больше всего запомнилось?

— Да, мы форсировали могучую Вислу в месте, где в нее впадала река Нарева. На Наревском плацдарме меня очень тяжело ранили. Мы захватили этот небольшой плацдарм, который Гитлер называл "пистолет в сердце Германии", 9 сентября 44-го года. Мне было 20 лет в это время. Я уже был начальник связи полка. Плацдарм этот был маленький, а немцы ожесточенно хотели сбросить нас в реку. Поэтому командир полка приказал мне вернуться на левый берег и доставить в место боев всех солдат и медработников. Иначе долго бы мы продержались, сбросили бы нас в речку, и тысяча людей погибли бы. Я поехал на лошади по прибрежным зарослям, по оврагам. Немцы ударили из дальнобойных пулеметов и минометов. Лошадь из-под меня выскочила. Вижу, она буквально прошита шрапнелью, осколками. Она ногами болтает, и из нее — фонтаны крови. Оказывается, я сам раненый стою. Через несколько минут ко мне подъехал комиссар Никитин. Он порвал на мне всю одежду вплоть до трусов, чтобы перевязать раны, остановить кровотечение. Он потом в своей книге написал, что я истек кровью и умер. А я выжил, через много лет мы встретились.

— Александр Яковлевич, вы говорили, что с 23-го года рождения только три процента остались живые, а 97 процентов погибли. Вы оказались в этих трех процентах, хотя были ранены. Вы вообще счастливчик.

— Именно. Абсолютно так. Богоизбранным таким я себя считаю.

— У вас пять боевых орденов, в том числе за освобождение Украины. Недавно один американский политик сказал, что Украину освобождали украинцы, потому что была украинская армия.

— У нас были все: и украинцы, и азербайджанцы, и белорусы, и таджики, и т. д., — весь Советский Союз. Была так называемая Украинская повстанческая армия (УПА), которая боролась за злодея Гитлера. Я, работая в ЦК ВКЛСМ, приезжал в Дрогобычскую, Львовскую, Ивано-Франковскую, Ровенскую области в начале 50-х годов. Нас направляли воспитывать, перевоспитывать население. Там еще были и злодействовали бандеровцы. До 54-го года очень тяжелые потери были.

— После Волынской резни, вопиющих фактов жестокости по отношению к детям и к старикам, кого там было перевоспитывать? Они по горло были в крови. Как вы могли их перевоспитать?

— Мы исходили из того, что надо создавать комсомольские организации, воссоздавать колхозы, совхозы, чем я и был занят.

— Это была успешная политика, как вы считаете?

— Я считаю, это была не только успешная, но и правильная по тем временам политика. Хотя этих бандеровцев мы недовоспитали немного. Мы должны были воевать с подонками, бандеровцами настоящими, а подрастающее поколение вовлекать в Комсомол, колхозы. Теперь, когда мы видим, что делается сегодня на Украине, лишний раз убеждаемся — недовоспитали в те времена.

— И все те жестокости, которые были, все сейчас повторяются.

— К сожалению, это так.

— Вы стали генеральным прокурором Советского Союза в один из самых тяжелых периодов советской истории. Уже была перестройка, потепление, гласность, ускорение… Есть нечего, все только говорили. И тогда появляется такой символ якобы борьбы с коррупцией — следователи Гдлян и Иванов. Все видят пример Рашидова, хлопковое дело, все узнают, как ужасно, оказывается, мы жили, и какая у нас была коррупция в этой стране. Что тогда было главное в вашей работе?

— Когда я стал разбираться, понял, что во многом доказательства по Узбекистану были получены Гдляном и Ивановым путем применения силы, наручников и подобными методами. Шестеро или семеро человек покончили с собой, не выдержали.

Хлопок выписывали — это была правда. И что перепадало наверх — все это правда. Но вместе с небольшой правдой, была очень большая ложь. Когда я начал заниматься уже конкретными вопросами, связанными с самоубийствами людей, я понял, что речь идет о большой лжи. Мы не можем, строя правовое государство, допускать таких вещей. Я возбудил против них уголовное дело.

— Какую позицию занимал Горбачев?

— Гнилую. Я понял, что он просто говорун, только болтал. Он меня предупреждал, что нельзя так относиться к Иванову и Гдляну. Я ответил, что не могу иначе, потому что они силой выбивают показания, они нарушают закон. Короче говоря, так мы и расстались, написал я заявление.

— То есть вы видели, что из себя представляет Горбачев?

— Я, конечно, не предполагал, что он предатель. Но он потом сам сказал, что его задача была так преобразовать Советский Союз, чтобы развалить его. И через этот развал они конфронтацию устроили с Ельциным. А Ельцин вообще был неадекватный, пьяница был.

Ведь именно тогда наступил разгул национализма по всем республикам? Начиная с 86-го года — в Алма-Ате выступление, потом были Сумгаит, Карабах, Тбилиси, Вильнюс. Просто вся страна, весь Союз начал гореть...

— Абсолютно верно. Это при мне было. Теперь, когда мы уже стали более учеными, с высоты прошедших лет видно, как американцы сумели с помощью нашей пятой колонны развалить Советский Союз. Теперь они хотят то же самое сделать с Россией. Поэтому они стремятся нас задавить санкциями.

— Вы сказали, что усилиями Романа Руденко Нюрнбергский процесс стал достижением правовой цивилизации. Как вы считаете, возможно ли проведение такого процесса по преступлениям на Украине?

— Это по большому счету невозможно. Раньше были Сталин, Черчилль, Рузвельт, де Голль — все очень умные люди. А главное — у них была политическая воля. Основная заслуга, конечно, была Сталина.

— А сейчас политической воли не может быть?

— Ну, сейчас что может быть?… Надо, чтобы фронтовики, которые участвовали в общей войне и Победе над фашизмом, включая американцев, подняли голос. Сказали: "Ребята, неонацизм поднимает голову, особенно на Украине". Надо, чтобы политики совестливые были. Планета находится в большой опасности.

— Раньше об этом говорили в ООН. А сейчас ООН видит только то, что ей позволяет видеть Америка.

— Абсолютно правильно. Поэтому для начала надо судить за явные преступления, которые сейчас уже раскрыли там. И надо создавать большой планетарный общественный трибунал. Я предложил недавно это, в "Российской газете" вышла статья. Надо возбудить дело через общественный трибунал Рассела против Обамы, Порошенко и некоторых деятелей из Европейского совета.

— Вы думаете, сейчас это реально?

— Трудно, но думаю, реально. Надо делать что-то. Сначала ООН и Еврокомиссия вообще ничего не слышали, что происходит на Украине. Мы общались с представителями Международного Красного Креста и Украинского Красного креста. Они до последнего не признавали, что там гуманитарная катастрофа.

Сейчас уже вскрылись такие вопиющие факты, массовые захоронения мирных жителей со следами пыток, с изъятыми органами. Уже что-то стали говорить. Но в докладе ООН о событиях на Украине про трупы с изъятыми органами и следами пыток ничего не сказано. Но сказано, что украинская армия виновата в том, что они стреляли в мирное население, но и сепаратисты тоже виноваты. Все виноваты.

Но хоть, что-то начали признавать, говорить. Они звонили Януковичу, говорили: "Не смейте применять силу против мирных протестов". Видели, кто там были мирные протестанты? Зато, когда Порошенко авиабомбами и артиллерией расстреливает реальных мирных жителей, они молчат.

Сейчас получается, что Россия в изоляции оказалась. Вот Чуркин говорит, факты приводит, а нас не слышат.

Конечно, у нас были испытания даже более серьезные. Сама страна раскалывалась пополам: одни — белые, другие — красные, были черные, зеленые и т.д. Блокада была, Антанта была, все мы пережили.

Нельзя опускать руки и делать вид, что ничего не можем сделать. Очень сложные, намного более сложные времена были, мы преодолели все-таки. Казалось, весь мир покроется гитлеровской машиной. За Гитлером шли очень многие государства и народы, ведь он не один был. Даже наши "братушки" балканские, вместе с королем Борисом, они нас предали, хотя мы их от Турции освободили.

И сейчас мы обязательно переживем. Так что не надо думать, что мы ничего не сможем сделать. Надо поднимать людей. Надо думать, как и что можно сейчас сделать, какие еще надо выработать механизмы. Мы можем все сделать.

Беседовала Инна Новикова

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!


Генпрокурор СССР Александр Сухарев: Я – слуга законности

Скандально известной судье Краснодарского краевого суда Елене Хахалевой велено писать заявление об отставке, заявил в своем очередном видеообращении бывший судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков.

СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой

Скандально известной судье Краснодарского краевого суда Елене Хахалевой велено писать заявление об отставке, заявил в своем очередном видеообращении бывший судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков.

СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
Комментарии
СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
80 млн долларов на "войну": как раскручивают "майдан" в России
Дочь Ильхама Алиева делала селфи в зале ООН, пока отец говорил о Карабахе
"Выкорчевать заразу": Каспаров поставил России условие
Перепись вассалов: почему Россия отвергла план Трампа
Перепись вассалов: почему Россия отвергла план Трампа
Победила дружба: Узбекистан метит в лидеры региона
США поставили в тупик испытания МБР "Ярс"
Эксперт разгадал загадку "небывалого товарооборота" Украины и США
СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
Российский "Триумф" в армии НАТО
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Потомок Александра II: Путин — сильный и харизматичный лидер
Правнучка "той самой" Матильды готовится потрясти Россию
Потомок Александра II: Путин — сильный и харизматичный лидер
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Мадрид в бешенстве: Барселона разыгрывает крымский сценарий
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Власти поставили точку в налоговых разногласиях реновации