Европа стареет, Африка растёт: как демография меняет карту мира

За семь десятилетий демографический центр мира заметно сместился на юг. По данным, основанным на статистике ООН, число рождений в Европе, включая Россию, сократилось примерно с 12,2 млн в 1950 году до 6,3 млн в 2023-м. В Африке произошёл обратный процесс: около 10,9 млн рождений превратились в 46 млн.

Фото: Pravda.Ru by Дмитрий Белов is licensed under Все права защищены

Африканские дети с тарелками

Если после Второй мировой войны Европа ещё немного опережала Африку, теперь на одного родившегося европейца приходится более семи африканских детей.

Чем беднее, тем больше детей?

Это прежде всего результат демографического перехода. По мере роста благосостояния, урбанизации, образования женщин, снижения детской смертности и распространения контрацепции семьи обычно становятся меньше. Европа этот путь уже прошла, значительная часть Африки находится на более ранней стадии. Поэтому бедность и высокая рождаемость часто соседствуют, хотя прямая формула "чем беднее, тем больше детей" работает далеко не всегда.

Изменение напоминает прежние эпохи великих миграций лишь отчасти. Великое переселение народов IV-VII веков было связано с войнами, распадом империй и передвижением целых народов. Современная миграция определяется ещё и огромной разницей в зарплатах, безопасности и возможностях. Причём демографический рост Африки вовсе не означает автоматического переселения населения в Европу: значительная часть африканской миграции происходит внутри самого континента. ООН отмечает, что миграция одновременно может смягчать старение населения принимающих стран и создавать социальные и интеграционные задачи.

Главный ограничитель

Но экономические последствия демографического сдвига огромны. Европа получает всё меньше молодых работников и всё больше пенсионеров, а Африка — сотни миллионов будущих работников и потребителей. Превратится ли это в "демографический дивиденд" или в источник безработицы и миграционного давления, зависит от образования, инвестиций, рабочих мест и качества государственных институтов.

При этом представление об Африке как о континенте, где "нечего выращивать", ошибочно. Там огромный сельскохозяйственный потенциал, но крайне мало орошаемых земель: в странах к югу от Сахары орошается лишь около 6% сельхозугодий. Урожайность ограничивают нехватка инфраструктуры, удобрений, капитала, хранения и транспорта, конфликты и климатические риски. Всемирный банк указывает, что именно Африка к югу от Сахары сегодня концентрирует большую часть мировой крайней бедности.

Главным ограничителем XXI века поэтому может стать даже не площадь земли, а вода. Сельское хозяйство конкурирует за неё с растущими городами и промышленностью, а изменение климата усиливает нестабильность осадков. Европа также сталкивается с водным стрессом в отдельных регионах, прежде всего на юге, но говорить о всеобщем дефиците воды или продовольствия на континенте пока неправильно.

ООН ожидает, что население Земли, вероятнее всего, достигнет максимума ещё в XXI веке. Поэтому главный демографический сюжет будущего — не бесконечное размножение человечества, а резкое изменение его географии и возраста. Европа и Восточная Азия будут стареть, тогда как значительная часть прироста населения сосредоточится в Африке. И вместе с людьми туда постепенно будет перемещаться часть мирового рынка труда, потребления и, при успешном развитии, экономического и политического веса. История XXI века во многом будет зависеть от того, удастся ли превратить этот гигантский прирост молодых людей в образованное и продуктивное население, а не в источник бедности, конфликтов и вынужденной миграции.