Евгений Гильбо о фашизации и преследованиях меньшинств

Что сейчас происходит в России? Свою версию главному редактору "Правды.Ру" Инне Новиковой изложил известный российский психолог, социолог, доктор экономики honoris causa Дипломатической академии мира при ЮНЕСКО, президент Международной академии гуманитарных технологий (Вашингтон), сопредседатель Русско-германского философского сообщества Евгений Гильбо.


Ультраправые в Германии придут и наведут порядок – Евгений Гильбо

Он считает, что положение просто нетерпимое, насилие нарастает со всех сторон.

Читайте начало интервью:

Евгений Гильбо о системном кризисе российской экономики

Эксперт предсказал крах нефтегазовой отрасли России

Евгений Гильбо: санкции против России — выдумка СМИ

Евгений Гильбо: в российской власти плохие бухгалтера

Евгений Гильбо: проблемы народ России выбрал себе сам

— Евгений Витальевич, вы говорили о какой-то фашизации и преследованиях меньшинств в России. Что вы имеете в виду?

— Посмотрите, что творится сейчас в России, например, со всякого рода церковными мракобесами. Они преследуют уже всякого рационального человека с атеистическими взглядами.

— Я просто не понимаю, о чем вы говорите. Можете привести какие-то конкретные примеры?

— Понимаете, я сейчас открою любую новостную ленту, и там я найду соответствующие примеры за последние сутки. Я говорю о преследовании за оскорбление чувств верующих.

Вот, например, за оскорбление чувств коммунистов почему-то не преследуют, хотя у них тоже какая-то вера есть. Почему тогда и за оскорбление чувств коммунистов не преследовать?

— За оскорбление всегда может быть наказание.

— За оскорбление чувств атеистов почему нельзя? Например, я не являюсь атеистом, но я не являюсь и приверженцем какой-то из коммерческих религий. Но, соответственно, мои чувства оскорбляет, когда мне говорят, что Бог может быть человеком, а допустим, какой-то человек — Богом, что какие-то фанатики святые, хотя они сумасшедшие.

Преступники, совершавшие преступления, являются святыми. Если кто-то так говорит, значит, мои чувства это оскорбляет. Почему за оскорбление моих чувств не введено уголовное преследование, а за оскорбление чувств мракобесов введено? Соответственно, это явное преследование, будем считать, рационального меньшинства. Хотя, прямо скажем, те или иные церковники — это же тоже меньшинство.

Но одно меньшинство почему-то привилегированное в режиме Российской Федерации, а другие меньшинства, как видим, подавляются, причем уголовно-репрессивным методом. Это признак фашистского режима. В последнее время (где-то лет семь или восемь) начинают уже прямо преследовать тех, кто не так трахается, как вот положено у них.

При том, что все известные мне, скажем так, столпы режима, мягко говоря, тоже не ведут ту сексуальную жизнь, которую предписывают остальным. Тем не менее существует уголовное преследование за пропаганду какого-то якобы нетрадиционного секса. Я не знаю, какой секс у них традиционен, соответственно…

Существует огромное преследование за то, что в Российской Федерации творится с межнациональными отношениями, это вообще уже возмутительно. Рунет просто набит разного рода антисемитской пропагандой, причем там наветы, просто выходящие за пределы всего мыслимого. Соответственно, идет прямое подавление и преследование русских. Это тоже известно.

Существует, скажем так, конкретная практика правоохранительных органов, при которой в конфликте русского с представителями определенных национальных групп других, обязательно виноватым будет русский и, соответственно, никогда не будет виноватым представитель той группы. Понятно, что те группы в результате такой государственной политики провоцируются на насилие и преступное поведение в отношении русских. Это тоже признак фашистского режима.

Все это вместе с точки зрения цивилизованного общества или цивилизованного человека уже давным-давно вышло за пределы чего-то приличного. Ну понятно, что лягушка, которую варят, не выпрыгивает из всего этого котла очень долго, потому что ей кажется, что температура еще не поднялась, но в результате она сваривается.

Примерно это сейчас происходит в Российской Федерации, то есть температура котла повышается, весь этот набор кошмариков нарастает. В Германии это довольно быстро, где-то с 33-го по 39-й год, раскрутилось. В России это раскручивается чуть-чуть медленнее, потому что страна больше и инерционнее, но это типично. К сожалению, мы имеем дело все с большей и большей агрессией в обществе. Соответственно, за примерами, опять же, на новостную ленту отправляю, там каждый день эти примеры в диком количестве.

— Но ведь новости о насилии самом разном есть не только в российских новостных лентах, но и в американских их, пожалуй, даже больше, в европейских и любых других они есть. Причем в Европе, в той же Германии, как-то не очень поощряется, если пишут о том, что преступление совершено мигрантами. Стараются не упоминать этого. Насилие — это, к сожалению, вообще беда всего человечества, не только внутри России. Разве нет?

— Ну хорошо, значит, как говорили в Советском Союзе, "а зато у вас негров вешают". Разумеется, в каких-то других странах можно найти свои недостатки. В Германии — свои недостатки жизни, в Марокко — свои, допустим, в Индии — свои. Соответственно, их тоже можно обсуждать. Вопрос заключается в том, что их наличие совершенно не оправдывает проблем в России.

И тем более, не уменьшает эти проблемы. Понятно, что есть старый анекдот про тещу, когда теще сам Господь Бог сказал: "Проси у меня что хочешь, только у зятя твоего будет вдвое больше". И она сказала: "Выколи мне один глаз". Вот это примерно так же: ну хорошо, что где-то тоже плохо.

Читайте продолжение интервью:

Западный социолог о конфликтах на постсоветском пространстве

Евгений Гильбо предсказал коллапс российской государственности

Евгений Гильбо: Россия предложила Белоруссии самоубиться

США на грани гражданской войны

В России бюджетники-иждивенцы стали паразитами

Беседовала Инна Новикова

К публикации подготовил Юрий Кондратьев