Как усыновить ребенка? Личный опыт

Сложно ли усыновить ребенка и как это правильно делать? О своем личном опыте главному редактору "Правды.Ру" Инне Новиковой рассказала врач-невролог, доцент кафедры неврологии Пироговского университета Наталья Суворинова.


Рассказ приемной мамы: личный опыт

Читайте начало интервью:

Насколько оправданы страхи приемных родителей

— Наталья Юрьевна, многие люди боятся усыновить ребенка из-за того, что он будет нездоров физически или психологически и они не сумеют справиться. Но ведь и со своими бывают всякие ситуации непредсказуемые. Как вы считаете?

— Конечно. Чем меньше ребенок, тем ты и меньше знаешь о нем. Младенцев хорошо брать, потому он твой уже навсегда, то есть ты его воспитываешь с пеленок, ты все его болезни знаешь наперечет, все его особенности. Чем ребенок старше, тем больше проявляется его характер. Здесь меньше риска именно каких-то неожиданностей.

На самом деле у нас не заинтересованы ни органы опеки, ни детские дома как-то обманывать усыновителей, потому что отказ от ребенка — это большая проблема для всех. Если усыновитель вдруг отказывается, это очень неприятная ситуация для всех абсолютно: для тех, кто давал разрешение, кто этого ребенка устраивал…

Поэтому информация о детях достаточно правдивая. Когда пишут заявление, то указывают группу здоровья. Я знаю людей, которые сознательно идут на то, что берут детей с инвалидностью или какими-то ограничениями по здоровью. Они этого не боятся.

Конечно, большинство хочет здорового ребенка, и ты просто указываешь группу здоровья. И я, например, не была готова на ребенка с проблемами здоровья. Здоровые дети тоже есть. Самое сложное, конечно, все равно поиск ребенка. Я могу рассказать, как я это делала.

— Почему вы вообще решили это сделать? У вас же есть своя дочь.

— Наверное, это такая потребность, которая уже давно была, но она как бы была не реализована именно потому, что так не принято, как-то странно это делать. Хотя у меня была такая мечта с 16 лет, когда пошла поработать летом в дом ребенка. Когда я увидела этих детей, то уже тогда решила, что я должна хотя бы одного, но взять, чтобы хотя бы одному помочь.

Такой у меня был порыв в юности. Но, опять же, это было как-то странно и было не понятно, как к этому приступать. Потом шло время, я жила своей жизнью, работала, выходила замуж, рожала ребенка. И однажды моя кровная дочь услышала, что есть дети-сироты и сказала мне: "Мам, ну давай возьмем". Я подумала, почему бы не взять действительно? Я же хотела. И вот она вдруг попросила.

— А муж что сказал?

— Муж был удивлен, очень сильно удивлен. И вначале сказал "нет", потом еще раз "нет". Ну а потом все-таки согласился… Здесь опять помогла школа приемных родителей. Я говорю: "Давай мы хотя бы послушаем, что нам там расскажут, как это происходит, что при этом происходит…" Я пошла туда сначала сама, потом он подтянулся.

И было удивительно, потому что с нами сидели люди, у которых тоже есть свои дети. Я думала, там будут сплошь бесплодные пары, бездетные, с проблемами. Нет, там была только половина пар без детей, а у другой половины уже были свои дети кровные. Они тоже пришли туда по велению сердца, по какому-то убеждению внутреннему. И там была достаточно интересная обстановка.

Мы обсуждали разные проблемы. Муж постепенно втянулся. И он стал все ближе и ближе подходить к этой теме. Когда мы уже искали ребенка, то мы искали его вдвоем. Хотя официально опекун — я одна. Получилось так, что я оформляла ребенка только на себя. В общем-то, на самом деле оказалось, что это все не так страшно, как сначала кажется.

— В чем заключаются сложности поиска, выбора ребенка?

— Во-первых, надо определить, какого ребенка ты хочешь. У меня были ограничения. Поскольку у меня уже была дочь, жилищные условия не позволяли выделить отдельную комнату. Поэтому пол ребенка был сразу понятен — девочка. Поскольку к взрослой девочке совсем не хочется подселять мальчика. Ведь я должна думать о кровной дочери, а не только о приемном ребенке.

Дальше — возраст ребенка. Но это тоже все было очень просто: моложе, чем моя кровная дочь, причем моложе не меньше, чем на два-три года или побольше. Иначе есть риск получить очень много проблем в семье. Поэтому я писала в заявлении — от года до 12 лет. Но вообще искала я девочку пяти-семи лет. Это был такой оптимальный возраст.

— А дочери тогда сколько было?

— Ей было, лет четырнадцать-пятнадцать. Да, когда начала искать, четырнадцать. А когда я забрала приемную дочку, ей уже исполнилось пятнадцать. То есть у меня все было очень просто: возраст понятен, пол понятен. А вот количество детей — тут у меня возникли вопросы, потому что сначала я написала одного, но потом, когда я начала смотреть анкеты, общаться с базами данных, я поняла, что и одного сложно найти, но возможно, что проще несколько.

Решила, что максимум двух мы, наверное, тоже потянем. Я представила, где они будут спать, как они будут жить, поговорила с домашними, сказала: "Давайте мы двух напишем. Вдруг там не будет одной девочки". Так что у меня было заключение на двух детей.

И дальше — вопрос, где искать. В Москве это сложно, хотя я знаю людей, которые находят детей в Москве. Сначала я искала только по Москве, потом поняла, что надо расширять круг поиска.

Читайте продолжение интервью:

Как найти своего приемного ребенка?

Как "переработать" негативный опыт приемного ребенка

Приемный ребенок: адаптация в семье 

Беседовала Инна Новикова

К публикации подготовил Юрий Кондратьев