ФСБ: радикальная молодежь берется за оружие

Нападения на управления ФСБ по Хабаровскому краю и Архангельской области в 2017 и 2018 годах соответственно заставили директора ведомства Александра Бортникова заявить о росте радикализации молодежи и призвать к незамедлительному решению проблемы.


Криминалист: О психологическом мотиваторе и переломе сознания

Директор ФСБ обратил внимание на увеличение количества молодежных объединений экстремистского толка, цель которых, по его словам, противодействие государственной власти в стране методами вооруженной борьбы. Уже даже так.

"Это проблема, которая, я считаю, должна решаться незамедлительно. Свои предложения руководству страны мы обязательно доложим", — пообещал директор ФСБ.

Полагаю, что сил и средств у ведомства в достатке, чтобы пресечь деятельность уже сложившихся радикальных группировок. Правда, все это уже борьба с результатом, а не купирование проблемы на уровне предпосылок возникновения самой экстремистской идеи.

Проблема молодежных группировок совсем не нова. Они существовали и будут всегда оставаться частью любого общества. Это не вопрос желания или выбора, это — объективная реальность человеческого общежития.

В советское время тоже были свои неформальные объединения, в просторечии — шпана. Это уж позднее появились хулиганствующие бренды, как, к примеру, в Москве "любера" или группировки футбольных фанатов (не путать с болельщиками).

Летом местная шпана могла лишить человека модных кроссовок и джинсов, в прямом смысле раздеть, а зимой запросто снять куртку или шубу с женщины. Этого не знал, наверно, только ленивый или передовицы советских газет. Вот так взять и отправить, как тогда говорили, голым в Африку гулять.

Проблема существовала и ею занимались по мере сил и правоохранители, и народное образование. Молодежь того времени тоже старались занять чем-то полезным и интересным, но получалось это далеко не всегда, но за перешедшим грань дозволенного по жизни шагал шлейф его "подвигов".

О проступках сообщалось в учебные заведения, в трудовые коллективы, и это все влияло на будущее человека. Понятно, что коррупцию придумали не в постсоветское время, и в те времена можно было подправить характеристику и закрыть глаза на проступки. Тем не менее такая система шлейфа существовала и приносила свои плоды. Присутствовало понимание последствий.

Тот самый беспредел 90-х в России не марсиане же устроили. Это все те же пионеры и комсомольцы, которых учили переводить бабушек через проезжую часть и уступать им место в общественном транспорте. Просто они обрядились в малиновые пиджаки и нацепили на шеи золотые цепи, солидности которых позавидовал бы якорь крейсера "Аврора". И вылезло наружу все поганое.

Недостаточное внимание к трудным подросткам, на которое посетовал Александр Бортников, было во все времена, но с одной существенной разницей — в советское время многие задачи решала общеобразовательная школа.

Это та самая школа, которая сумела "переварить" совсем непростых школьников, зачастую переростков, военного периода. Те и с ножами ходили на уроки, и преподавателей резали, и трофейное оружие не было чем-то диковинным.

Много чего из рассказов педагогов той самой старой школы вполне сгодится для исторической основы остросюжетных сериалов. При этом в учебных заведениях не было толпы одухотворенных психологов, которые сочиняли бы оправдания для того или иного поведения учащихся.

Выходит, что проблема, о которой говорит директор ФСБ, не сильно зависит от исторического отрезка времени. Залогом успешного решения задачи, несомненно, станут верная оценка ситуации, внятно сформулированная конкретная цель и выбор средств ее достижения.

Все прямо по учебнику, и изобретать велосипед вовсе не требуется. Другое дело, стоило бы обратить внимание на некоторые обстоятельства.

Те самые педагоги, которые занимаются трудными, а иногда и психически нездоровыми детьми, у которых не менее странные родители, большую часть своего времени тратят на сочинительство всевозможных "умных бумажек". Времени на прямую работу с детьми и их родителями зачастую не остается.

Влетел лбом школьник в стену во время "салочек" — "Скорая помощь", которая уже звереет от вызовов уровня "порезал пальчик краем страницы учебника".

По любому чиху требуется вызывать медиков, чтобы потом по судам не затаскали или эффективные менеджеры из вышестоящей организации со свету не сжили.

Подросток, который прекрасно понимает, что любого педагога он может обвинить в нарушении каких-либо своих прав, начинает чувствовать безнаказанность в своих шалостях.

Позднее это ощущение перерастает в уверенность, что ему позволено все, в том числе и смастерить бомбу, а потом подорвать учебное заведение или управление ФСБ.

Конечно, молодежи есть, чему раздражаться. Молодым и несформировавшимся как личности, много труднее добиться баланса в оценках окружающей действительности. Подогревают радикальные настроения и выходки мажоров, и психоделические депутатские инициативы, и заявления некоторых членов правительства.

Все это закрепляется в сознании. Молодые и не очень видят, кто их учит жизни и сочиняет для них правила. Иногда вполне зрелый и интеллектуально сохранный гражданин тоже может не сдержаться, когда ему рассказывают о беспрецедентном росте зарплат, а он только что заглянул в свой собственный кошелек.

Вероятно, стоит все-таки для начала перестать называть образование предоставлением услуг, как в прачечной или в борделе с надувными куклами.

Было бы совсем не лишним привлечь профессионалов, которые способны предложить сбалансированное системное решение проблемы, а не попсовые презентации на хайпе "эффективных менеджеров".

Читайте также:

Эксперт: Украина разослала "керченских стрелков" по всей России

ВЛКСМ кончился, комсомол продолжается

Очевидец: что давал комсомол молодежи