Беженцы поневоле: Их вытолкнула Украина

Pravda.Ru продолжает цикл статей о жизни иностранцев в России. Сегодня пойдет речь об украинской диаспоре, в особенности о тех украинцах, украинских гражданах, которые бежали от войны или преследований со стороны киевских властей. В гостях у Pravda. Ru журналист Руслан Мармазов, который в начале года вместе с семьей переехал в российскую столицу.


Как живётся украинцам в России

Мы еще помним Украину другой: братской, гостеприимной, доброй

— Вы живете в Москве с февраля. Как обустроились, часто встречаетесь с земляками?

— Все нормально, грех жаловаться. Оказался я здесь не по своей воле, а в силу обстоятельств. Я себя чувствую здесь комфортно. Что интересно, в былые времена я много раз бывал в Москве, и как-то тяжело здесь было: большой мегаполис, немножко непонятный мне, провинциалу из небольшого города: Донецк с его числом жителей может в уголке Москвы расположиться.

У меня появилась возможность близко познакомиться с Москвой и могу сказать, что по уши влюбился в этот город с невероятной историей, собственной энергетикой. Теперь я радуюсь каждой минуте, которую провожу в Москве. Мы с семьей снимаем квартиру. С нами живет дочь с мужем, часто приезжают родственники, так что дом всегда полон.

Кроме того, из Донецка привезли своих домашних любимцев — четырех котиков, не могли мы их там оставить. Все было бы совсем идеально, если бы не тоска по родному Донецку.

— Руслан, прежде чем мы продолжим, хотел бы, чтобы вы сказали пару слов о страшной трагедии, произошедшей в небе над Египтом. В авиакатастрофе российского борта A321 погибли невинные люди, среди них — четыре гражданина Украины. Эту трагическую весть на Украине восприняли по-разному. Но очевидно, что многие искренне прониклись этим несчастьем. Без всякого призыва, по зову сердца, люди стали приходить к посольству России, консульствам и приносить цветы, игрушки, свечи. Мне кажется, что это хороший знак для возможного примирения и взаимопонимания…

— В первую очередь, я хотел бы выразить глубокие соболезнования семьям погибших. Понимаю, что никакие слова не смогут утешить родственников. Для меня все погибшие — мои земляки. Я себя никогда не отделял от большого русского мира, и все, кто погиб в этой страшной катастрофе, -наши люди. Они не дожили, не долюбили, не дореализовали свои планы и мечты.

У них впереди была целая жизнь, у детей она и вовсе только-только началась. Горько, что есть люди, которые и в подобной ситуации не гнушаются ничем, устраивая в СМИ и социальных сетях пляски на костях. Сейчас Украина живет в сумеречной зоне, мир вывернут наизнанку. Для меня такая реакция была ожидаемой: агрессивный, русофобский настрой некоторых соотечественников убивает меня вот уже полтора года. Мы-то еще помним Украину другой: братской, гостеприимной, доброй, мудрой.

— Она такая и есть.

— Безусловно, просто сегодня истинная Украина находится под наносным слоем совершенно жутких вещей, мрачных и черных. Но страшная трагедия настолько потрясла весь мир, что даже сквозь стальной панцирь, который на Украину пытаются надеть, прорываются ростки здравомыслия и сострадания.

И не в цветах, которые несли люди, дело. Это внешнее проявление. Люди искренне сочувствуют горю — я убежден, я знаю это. Что касается Донецка — это особая территория. Здесь, к счастью, мы вольны действовать, не скрывая своих чувств: чтобы выразить свое сочувствие горю люди собрались у Кафедрального собора и выпустили в небо воздушные шары с именами погибших. Это ужасная трагедия, о ней даже говорить тяжело, комок к горлу подступает.

— Руслан, вопрос, непосредственно связанный с Донбассом. Судя по всему, дело идет к тому, что Минские соглашения все-таки будут выполняться. По крайней мере, Европа на этом очень настаивает. Как у вас к этому относятся?

— Есть разные мнения. Кто-то говорит, что там сейчас, наконец, перестали стрелять. Я вас вынужден разочаровать — стреляют, и люди гибнут, хотя, конечно, не в таких масштабах, как это было ранее. Несколько дней было удивительное затишье. Все обрадовались, город зажил обычной жизнью. Но очень быстро идиллия закончилась. Стрельба и локальные столкновения продолжаются ежедневно.

Я постоянно общаюсь со своими коллегами, друзьями и родственниками, которые находятся в Донецке, и у меня нет основания им не доверять. Когда стреляют, не заметить этого может комиссия ОБСЕ, все остальные это слышат и видят. Но видимо у наблюдателей какие-то свои критерии. Скажу откровенно, к Минским соглашениям в Донецке относятся как к неизбежному злу, ничего хорошего мы в них не видим. Со стороны Донецка и Луганска это вынужденный компромисс, который вызван желанием остановить стрельбу, уничтожение мирных жителей, разрушение наших прекрасных городов и сел, многие из которых буквально стерты с лица земли.

Мне сложно представить, что по пунктам этого соглашения будут приняты позитивные решения, например, на уровне Верховной рады. А так, Донецк ощущает себя, как и ощущал всегда, — русским интернациональным городом. Мы никогда не были националистами. Возможно отчасти это обусловлено спецификой региона. Донецк, как и большинство городов Донбасса, вырос в чистом поле по производственной необходимости. Работать сюда люди ехали из самых разных уголков Советского Союза. Никто никогда не заглядывал в паспорт, не выяснял национальность. Потому и возник такой острый конфликт: нам попытались навязать ультранационалистическую, нацистскую идеологию, которая абсолютно неприемлема для Донбасса.

Более того, Донецк больше не видит себя в составе Украины. Даже если его попытаются вернуть туда на любых условиях: федерация, конфедерация… Это надо было раньше делать, когда мы готовы были садиться за стол переговоров и обсуждать варианты.

Вместо этого патриотам Донбасса стали массово навешивать статью за сепаратизм, бросать в тюрьмы. Многие там до сих пор сидят. Поэтому Донецк и не стремится в состав Украины. Идеальный вариант, если бы у нас все сложилось по крымскому сценарию. Но этого не произошло. Хотя мы все ждали и надеялись. Значит, нам предстоит идти по другому пути, более сложному. Но думаю, что путь Донбасса лежит в Россию, но никак не на Украину.

Донбасское землячество

— Руслан, давайте мысленно вернемся в Москву. Как устроились здесь ваши земляки, все ли у них гладко?

— Для человека очень важен круг общения — тяжело оказаться на новом месте, не имея дружеской поддержки. Большинство моих друзей осталось в Донецке, Киеве. Многих, как горох, по карте рассыпало, — пойди собери. Но мы друг о друге помним, поддерживаем связь. В Москве у меня сложился очень интересный круг общения. Это и выходцы с Украины, и новые друзья, в том числе и москвичи.

С земляками, вынужденно перебравшимися в Москву, по мере возможности, перезваниваемся, общаемся, стараемся друг другу помогать, насколько это возможно. Дружеское участие, совет, рекомендация — это тоже дорогого стоит.

Собственно, донбасское землячество всегда было в Москве. Я не имею в виду формальное юридическое объединение, говорю об объединении духовном. Оно сейчас окрепло, стало многоликим. Если раньше в его состав входили маститые дяди с орденами, геройскими звездами, погонами, то сейчас к ним добавилась молодежь, люди творческих профессий. Кажется, что мы внесли своим присутствием некий дополнительный колорит.

Когда мы с семьей перебирались в Москву, было важно сначала понять, как к нам здесь отнесутся. Я снимаю шляпу перед москвичами: как оказалось, это добрейшие и очень открытые люди. Моя дочь сейчас учится в Москве в институте. Отношение к тем, кто приехал из Донецка, бережное, предупредительное, деликатное — я и моя семья это чувствуем постоянно. Собираясь с московскими друзьями, мы постоянно говорим о проблемах Донбасса, Украины. Чувствуется, что душа у них болит точно так же, как и у меня.

— Как известно, с 1 ноября в России вернулись к старому правила пребывания украинцев в России. По этому поводу в СМИ проскакивали трагические нотки, что украинцев будут выселять из России. Вы это почувствовали?

— Меня, во всяком случае, это никак не задело. Я, например, этнически русский, но так получилось, что большую часть жизни прожил на украинской земле и сегодня у меня украинский паспорт. С большой радостью получил бы российский паспорт, но к тому есть бюрократические препоны, перед которыми я немного пасую. Сегодня я живу между Донецком и Москвой. Пересекая всякий раз границу я на российской стороне получаю иммиграционную карту, которая дает право пребывания на 90 дней.

У меня еще ни разу не получилось, чтобы я пробыл в Москве 90 дней и не съездил в Донецк. Поэтому на себе я пока не ощутил действие этих новых правил. Но надо понимать, что не все такие "везунчики" и не у всех есть донецкая прописка, как у меня. Многие сюда перебирались из Киева и вынуждены были это сделать под давлением таких обстоятельств, когда выскакивали из дома буквально бегом, похватав в охапку детей и чемоданы.

Я говорю о спасавших свои семьи бойцах "Беркута", на которых после Майдана устроили настоящую охоту. Многие из них успели выехать в Россию. Но в отличие от меня, они не могут пересечь границу, съездить домой и обзавестись вновь действующей иммиграционной картой. Для этих людей проблема выглядит гораздо более серьезной, чем для меня.

Российское гражданство

— Она, как утверждают, легко решаемая.

— Разумеется. Но у людей всегда будет ощущение, что их могли бы принять и лучше. Даже если бы каждого прибывшего с Украины человека встречал лично Путин и тут же выдавал паспорт, все равно нашлись бы недовольные. Хотя я понимаю, что большое количество переселенцев, политических эмигрантов — это для России определенная проблема. Людей нужно устроить, как-то интегрировать, включить в большую государственную систему — все это не так просто.

Будем откровенными, сегодня получить российские паспорта хотят многие. И я, как Рой Джонс, тоже хотел бы получить гражданство России. Но я не всемирная знаменитость, поэтому мне сделать это сложнее. Но с другой стороны, у меня есть преимущество перед Роем Джонсом — я этнически русский, а русский язык родной для меня, как и традиции, культурные ценности этой страны. Все эти обстоятельства позволяют жить в комфортной для меня среде.

— Я, конечно, не мог избежать этого вопроса. Но прежде чем его задам, поясню, что Руслан долгие годы работал в "Комсомольской правде" в Донецке, а после этого был пресс-атташе футбольного клуба "Шахтер". Ты следишь за родным клубом, переживаешь?

— Конечно, слежу. Давайте я скажу, почему я туда пришел 10 лет тому назад, в 2005 году. "Шахтер" и вообще футбол — очень важная часть моей жизни, с тех пор, как отец меня отвел на стадион. Я, конечно, не специалист широкого профиля, и где нет "Шахтера", там для меня футбол заканчивается. Я продолжаю смотреть матчи родного клуба, переживаю, у меня осталось там много друзей, с которыми мы постоянно перезваниваемся.

Когда у команды случается перерыв, мы съезжаемся в Донецке, чтобы друг друга обнять, поговорить. Мне очень не хватает живой игры на стадионе, но на Украину я не въездной, а в Донецке нет футбола. Но все равно в каждый свой визит в Донецк нахожу любой повод, чтобы сходить на "Донбасс-арену", вспомнить былые времена. С февраля я только один раз был на игре "Шахтера" вживую, когда ребята играли в Вене. А в Москве хожу смотреть "Спартак" и ЦСКА.

— И как, по твоему мнению, выступит "Шахтер" в этом сезоне?

— В таком режиме, как сейчас, клубу существовать очень тяжело. Мы привыкли к той высокой планке, на которую "Шахтер" сам себя поднял: даже малейший неуспех для нас — неудача. В чемпионате Украины, например, для "Шахтера" место ниже первого вообще не интересно. Тоже самое в Кубке страны. Выигрывал "Шахтер" и европейский трофей — Кубок УЕФА.

Поэтому неудачи, которые команду постигли в этом сезоне, конечно, всех расстраивают, но давайте понимать — клуб существует в кочевом режиме. Да, все живут в прекрасной обстановке, тренируются на лучших полях — казалось бы, что еще нужно. Но есть и нематериальная составляющая. Это душевный подъем, кураж, который, наверное, утрачен.

Футбол существует для зрителя, а подавляющее большинство зрителей "Шахтера" живут в Донецке. Клуб же скитается по разным стадионам, где тоже приходят за него поболеть, но это — не то. Кто хотя бы один раз был на "Донбасс-арене" понимает, что такое настоящая поддержка трибун. Честно говоря, я не очень представляю, каковы дальнейшие перспективы у клуба в сложившейся ситуации.

Интервью к публикации подготовил Сергей Валентинов

Беседовал

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках...

Комментарии
Эксперт: России нужно срочно подбирать кадры под Зеленского
В Кремле прокомментировали возвращение чиновникам 10% зарплаты
Эксперт: России нужно срочно подбирать кадры под Зеленского
Эксперт: России нужно срочно подбирать кадры под Зеленского
Премьер-министр Украины Владимир Гройсман подал в отставку
Украинский министр обороны "разрушил" Кремль с помощью фоторедактора
При Зеленском активистов будут убивать за русский язык - украинский блогер
Депутат Госдумы: протесты в Екатеринбурге были проплачены
Депутат Госдумы считает, что россияне женятся ради банкета
Боец Мальиньяджи плюнул в россиянина Лобова
Экс-глава спецслужбы Израиля: Запад проиграл России на Украине
Министр энергетики США анонсировал санкции против "Северного потока - 2"
Российским музыкантам в музее Польши запретили исполнять песню "Темная ночь"
Чешские СМИ: Россия пугает США и Европу своими традиционными ценностями
Кадыров посоветовал Зеленскому забыть про Крым
Кадыров посоветовал Зеленскому забыть про Крым
Зеленский уверен, что Украина рано или поздно вернет себе Крым
Кадыров посоветовал Зеленскому забыть про Крым
Кадыров посоветовал Зеленскому забыть про Крым
Ксению Собчак назначили генеральным продюсером телеканала "Супер"
Депутат Госдумы: протесты в Екатеринбурге были проплачены