Русский мальчик - узник шенгенской зоны

Польский суд разрешил русскому мальчику, сбежавшему из Норвегии, вернуться домой, но сделать это непросто. Норвежские власти объявили его в розыск и внесли данные в систему паспортного контроля шенгенской зоны. При этом норвежская сторона не предоставила польскому суду документов, на основании которых нужно вернуть в Норвегию гражданина России.

Читайте все статьи об истории Ирины Бергсет:

Отдаст ли опека русского внука?

Десятки детей мечтают вырваться из Норвегии

В сексуальном рабстве у собственного отца

Норвежская "опека" отобрала у россиянки русского сына

Норвежцы считают общение со СМИ сумасшествием

"Органы опеки ломают всю мою жизнь"

Русский мальчик надеется на помощь королевы

Судьба русского мальчика в руках польских властей

Дело Ирины Бергсет: заключение эксперта

"Правда.Ру" уже несколько месяцев следит за драматической судьбой российской гражданки Ирины Бергсет, у которой норвежские социальные службы отобрали двоих детей. Неожиданные повороты в этой истории напоминают лихо закрученный сюжет фильма: как только кажется, что счастливая развязка близка, случается нечто непредвиденное. Но, к сожалению, все это происходит в реальной жизни.

Напомним, что в начале августа польский детектив помог старшему сыну Ирины Александру выехать из Норвегии, где мальчик содержался в приемной семье, которая жестоко с ним обращалась. Но когда мать с сыном попытались выехать из Польши в Россию, они были остановлены на границе. Оказалось, что норвежские власти объявили российского мальчика в розыск, внеся его паспортные данные в систему пограничного контроля.

"Польские пограничники попросили у Норвегии дополнительную информацию о причинах розыска. В ответ они получили письмо от местной социальной службы, отнявшей у меня детей. Насколько мне известно, в письме говорилось, что мать психически нестабильна и чуть ли не лишена родительских прав, хотя это полностью не соответствует действительности", — говорит Ирина. Стало ясно, что без суда в этой непростой ситуации не разобраться. Так польская сторона неожиданно для себя стала третьим лицом в конфликтной ситуации между русской матерью и норвежским государством.

Польский суд изучал это дело в течение двух месяцев. За это время им были направлены запросы в государственные органы Норвегии с просьбой объяснить, на основании каких фактов и документов необходимо вернуть в эту страну российского подростка. Никаких официальных объяснений от норвежской стороны польский суд так и не получил.

"Я со своей стороны представила суду пять официальных заключений норвежских врачей, в которых утверждается, что я психически здорова. Чтобы у судей не осталось вообще никаких сомнений, я предложила отправить меня на осмотр к польскому специалисту. Правда, этого не потребовалось", — говорит Ирина.

Вообще, польская сторона проявила себя в этой непростой ситуации в высшей степени по-человечески. Они даже пошли на то, чтобы первое время — до решения суда — разрешить матери и сыну вместе находиться в приемной семье, опасаясь, что очередная разлука плохо отразится на здоровье обоих. Как объяснила Ирина, они ей сказали: "Мы же славяне, у нас другой менталитет". Впоследствии суд также не счел необходимым каким-то образом ограничивать общение матери с сыном.

Получается, что польские органы опеки и судебные власти не обнаружили у Ирины каких-либо признаков психической нестабильности. Напомним, что для норвежской социальной службы именно эта якобы внезапно появившаяся нестабильность стала поводом для того, чтобы забрать у нее детей. Все заключения местных врачей при этом полностью игнорировались.

Не дождавшись официального ответа на свои запросы от норвежских властей, польский суд разрешил русскому мальчику вернуться в Россию. Но оказалось, что пока это сделать невозможно: он по-прежнему числится в розыске, и его попросту не выпустят из шенгенской зоны. Получается какой-то замкнутый круг: норвежская сторона не хочет официально объяснять, почему ей нужно вернуть российского гражданина, и в то же время не отзывает его данные из системы пограничного контроля.

Что ждет мать и ребенка в случае возвращения их в Норвегию, догадаться несложно. На днях местный суд запретил Ирине не только общаться с оставшимся в Норвегии младшим сыном, но даже проживать с ним в одной области. Иначе — тюремный срок до пяти лет.

Читайте самое интересное в рубрике "Общество"

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google, либо Яндекс.Дзен

Быстрые новости в Telegram-канале Правды.Ру. Не забудьте подписаться, чтоб быть в курсе событий.