Дело кооператива "Бест Вей": диалог с ГУ МВД по Санкт-Петербургу

При подготовке расследования о деле кооператива "Бест Вей" мы направляли запрос в ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по поводу дела кооператива "Бест Вей".

Текст нашего запроса: "Учитывая большую общественную значимость уголовного дела, просим руководителя следственной группы прокомментировать в нашем издании:

  1.  Как скоро будет завершено расследование уголовного дела? Адвокаты обвиняемых утверждают в судах, что по делу имеется волокита. Обоснованно ли это утверждение?
  2.  Расследование дела касается инвестиционных счетов. При чем тут кооператив "Бест Вей"?
  3. В документах дела утверждается, что средства привлекались "под надуманным предлогом улучшения жилищных условий", но, по данным кооператива, было приобретено более 2500 квартир для пайщиков и более 250 перешло в собственность пайщиков. Является ли это надуманным?
  4. В документах следствия утверждается, что деятельность кооператива незаконна, со ссылкой на пресс-релиз Генеральной прокуратуры и предупредительный список ЦБ. Но предупредительный список служит цели информирования потребителей финансовых услуг о рисках. Есть ли юридический акт, судебное решение о признании деятельности кооператива незаконной?
  5. Один из адресов, по которым велась деятельность преступного сообщества, является адресом жилищного кооператива "Вера". Он также является частью преступного конгломерата?"

Как и обещали, публикуем текст ответа:

 
 

Как видно из скана, ответы на наши вопросы не даны: "К сожалению, в настоящее время предоставить иную интересующую вас информацию не представляется возможным на основании статьи 161 УПК РФ".

При этом мы получили публичный комментарий дела — один из немногих, с некоторыми подробностями -- попытка прояснить свою позицию для СМИ, а через СМИ — для общественности. За нее ГУ МВД по Северной столице большое спасибо.

Мы попросили прокомментировать ответ ГУ МВД адвокатов, работающих с кооперативом.

Без имен?

"…пресечена деятельность коммерческих организаций, которые действовали по принципу финансовой пирамиды. Их руководители и работники подозреваются в мошенничестве, совершенном в составе организованной группы, в особо крупном размере".

Сергей Путреша, адвокат кооператива, член коллегии адвокатов
Сергей Путреша, адвокат кооператива, член коллегии адвокатов "Первая адвокатская контора" Санкт-Петербурга

"Каких организаций? Почему не назван кооператив "Бест Вей"? — удивляется Сергей Путреша, адвокат кооператива, член коллегии адвокатов "Первая адвокатская контора" Санкт-Петербурга. — Не было названий и в выступлении министра внутренних дел Владимира Колокольцева в Совете Федерации. Судя по этому письму, мы видим, что это не случайность, а пиар-концепция МВД по комментированию данного дела для общественности. Главк МВД в своем ответе стремится подчеркнуть, что кооператив "Бест Вей" — некое не настоящее юридическое лицо, у него не может быть собственного имени. Настоящее в деле — преступное сообщество, камуфлируемое разными юридическими лицами. Кооператив "Бест Вей" — реальная, самоуправляющаяся пайщиками организация, причем некоммерческая, и частью группы коммерческих организаций быть никак не может. Пайщики принимают активное участие в управлении кооперативом, в делах кооперативе. В частности, поэтому сотни пайщиков из разных городов России приезжают на каждый суд и пытаются понять, что происходит, почему из-за действий следствия они не могут приобрести квартиру или вернуть паевые взносы".

Пострадавшие или потерпевшие?

"Пострадало более 12 тыс. человек".

Денис Лактионов, председатель коллегии адвокатов "Первая адвокатская контора", председатель Адвокатской палаты Ленинградской области

"Это абсолютно голословное утверждение, — высказывает свое личное мнение Денис Лактионов, председатель коллегии адвокатов "Первая адвокатская контора", председатель Адвокатской палаты Ленинградской области. — Кто такие пострадавшие? Нет такого юридического понятия. Есть понятие "потерпевшие". Адвокаты из одного судебного заседания в другое просят пояснить, сколько человек точно было признано потерпевшими в установленном законом порядке. Это ведь конкретное юридическое понятие. Нет, не называют. По показаниям адвокаты "видят" не более 30, в судах называют 111 имен. Где 12 тысяч? Пострадавшие в этом деле все более чем 19 200 пайщиков кооператива, но пострадали они от незаконных действий следствия, блокирующего деятельность кооператива".

Миллиарды или миллионы?

"Общий ущерб составил не менее девяти миллиардов рублей".

"Миллиардов — это не опечатка? — удивляется Сергей Путреша. — В деле первоначально фигурировала сумма 9 млн рублей ущерба, заявленного потерпевшими, то есть в десять раз меньше, сейчас — 60 млн. Но ни о каких миллиардах нет и речи".

На какую сумму наложен арест?

"В качестве обеспечительной меры по возмещению причиненного материального ущерба наложен арест на денежные средства кооператива в сумме 1,5 млрд рублей", а в конце следующего абзаца — "Наложены аресты на денежные средства в счет возмещения имущественного вреда в сумме более 3 млрд рублей".

Артем Половинкин, адвокат кооператива, партнер Адвокатского бюро Criminal Defense Firm

"В тексте наконец появляется кооператив, — говорит Артем Половинкин, адвокат кооператива, партнер Адвокатского бюро Criminal Defense Firm. — При этом с цифрами и фактами путаница. На данный момент арест наложен на средства кооператива "Бест Вей" — на сумму 3,8 млрд рублей. Жертвой следствия выступает только кооператив".

При чем тут ФСБ?

"Полицейскими и сотрудниками регионального управления ФСБ России проведены обыски".

"ГУ МВД не случайно упоминает УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, — подчеркивает Артем Половинкин. — Оно апеллирует к авторитету другого правоохранительного ведомства, пытается представить это дело как этакое коллективное дело правоохранительных органов. Для обыска дома у некоторых обвиняемых, объявленных в розыск, по инициативе ГСУ ГУ МВД привлекались работники ФСБ. Но несмотря на попытки привлечь к этому делу другие правоохранительные ведомства, это дело исключительно ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Кстати, мы обратились в ФСБ и Следственный комитет с заявлениями о должностных преступлениях, совершаемых следственной группой при незаконном блокировании деятельности кооператива".

О каком юрлице идет речь?

"Гражданам предлагали стать пайщиками кооператива, обещая либо предоставление нового жилья, либо получение дохода в размере до 30% годовых. При этом деятельностью, связанной с инвестированием вкладов, фигуранты не занимались. Приобретение недвижимости и обещанные выплаты осуществлялись за счет привлечения новых клиентов".

"Все смешано, все перепутано — так же как, впрочем, и в документах следствия, — говорит Артем Половинкин, — Совершенно непонятно, кто и чем занимался и при чем тут кооператив. Давайте каждое юридическое лицо обсуждать отдельно, тем более что нет никаких оснований говорить об их взаимосвязи. Между ними не было никаких финансовых отношений.

Кооператив не занимался инвестированием: он — некоммерческая организация. Инвестиционной деятельностью занималось другое юридическое лицо, не имевшее никаких финансовых отношений с кооперативом. Кооператив приобретал недвижимость для пайщиков — за счет средств этих самых пайщиков, вносивших первоначальный взнос 35 или 50% от стоимости объекта недвижимости, а также за счет паевого фонда, который формировался как за счет паевых взносов новых пайщиков, так и за счет возвратных платежей тех пайщиков, которым уже приобретена недвижимость.

Причем возвратные платежи с конца прошлого года, когда поток новых пайщиков сократился, а потом кооператив принял решение вообще не принимать новых пайщиков, стали единственным источником пополнения паевого фонда кооператива. Это никак не сказалось ни на его финансовой устойчивости, ни на способности выполнять свои уставные цели. Финансовой пирамидой, на что намекает автор ответа из ГУ МВД, кооператив не является — ни по каким признакам".

"Все эти неточности, путаница — не случайность, — замечает Сергей Путреша. — У нас, адвокатов, сформировалось устойчивое впечатление, что дело сначала было "нарисовано" на уровне схемы и потом эта схема стала применяться к реальным отношениям, которые ей совершенно не соответствуют. Кооператив не является частью некоего единого холдинга с инвестиционной компанией, который выдумало следствие, эти юридические лица не имели никаких финансовых отношений, вопросы к инвестиционной компании нужно решать отдельно, к кооперативу — отдельно. Кооператив не может отвечать по обязательствам инвестиционной компании.

Потерпевших от деятельности кооператива не существует. Нарушений в работе самого кооператива нет: каждый рубль трат подтвержден. Вывода средств из кооператива нет.

Нет и доказательств в деле — именно поэтому предварительное расследование всеми способами продлевается в надежде их получить. Уверен, что дело против кооператива закончится ничем — рано или поздно, мы работаем над тем, чтобы это произошло как можно раньше".

Автор Александр Приходько
Александр Приходько — журналист, внештатный корреспондент Правды.Ру
Редактор Елена Тимошкина
Елена Тимошкина — шеф-редактор Правды.Ру *