Автор Правда.Ру

Маршал Советского Союза Дмитрий Язов: МЫ — РУССКИЕ, МЫ ВСЕ ВЫДЮЖИМ...”

Он родился в Сибири, в Омской области. В деревне, которую основали жители по фамилии Язовы. И деревня называется Язово. Тимофей Яковлевич умер рано, в 1934-м, когда Диме не исполнилось и десяти. На руках у матери — Марии Федосеевны — осталось четверо детей. А вскоре судьба безжалостно распорядилась жизнью и сестры матери. В семье вдовца Федора Никитича Язова осталось тоже четверо ребятишек. И родилась в Язове новая многодетная семья. Было в ней восемь детских ртов. К началу войны прибавилось еще два...
Первым из семьи ушел на войну отчим Федор Никитич. Вторым — он, Дмитрий.
— Сразу на войну не попал, хотя очень торопился успеть на нее. Все мы, окончившие в июне кто девять, кто десять классов, бросились обивать пороги военкоматов. В Москве, Ленинграде, других городах Европейской части страны можно было записаться в народное ополчение. В Сибири до ополчения дело не дошло. В военкомате заявили: “Хотим на фронт. Отправляйте, иначе не успеем, война без нас кончится”. В военкомате люди были не столь наивные. “Без вас не кончится, хватит и на вас фронта”, — отвечали военные. — “Растите да учитесь. Фронту нужны бойцы, а не пушечное мясо”.
— Ему не было и семнадцати, о каком фронте могла идти речь. Но когда 8 ноября сорок первого стукнуло семнадцать, он, прибавив себе год жизни, явился в военкомат и не попросил — потребовал отправить в Московское пехотное училище имени Верховного Совета РСФСР. Оно тогда было эвакуировано в Новосибирск.
— Паспортов в сельской местности тогда не было. Метрику никто не спросил. Справку из сельсовета предъявил, такой документ достать было проще пареной репы. Так что 28 ноября сорок первого я уже был кремлевским курсантом, принял военную присягу. А после разгрома немцев под Москвой училище возвратилось в столицу, в свои казармы. Фашисты все еще бомбили Москву, и курсантам пришлось немало потрудиться при ликвидации последствий бомбежек. Учились, работали, готовились к первомайскому параду на Красной площади и к выпускным экзаменам. Парада в 42-м не было. А марш-бросков, стрельб, тактических занятий — и дневных и ночных — было вдосталь. Готовили, из нас не “пушечное мясо”... командиров. По шоссе Энтузиастов, за село Ивановское — теперь-то это городской район — еще километров двадцать с оружием, с полной выкладкой на стрельбище то ускоренным шагом, то бегом. Худенький был, силенок маловато, однако тянулся, от других не отставал. Учебу закончил успешно, в числе отличников.
— И отправился лейтенант Дмитрий Язов на фронт... Запомнился первый фронтовой день?
Случилось так, что прибыли мы, лейтенанты на Северо-Западный фронт, в 54-ю армию, 27 июля 1942 года. А в этот день был объявлен знаменитый приказ № 227 Верховного главнокомандующего, известный под названием “ни шагу назад”.
В дивизии, куда меня назначили, — построение. Перед строем был объявлен приговор военного трибунала о расстреле за трусость командира артиллерийского взвода. В разгар боя, когда фашистские танки пошли на позиции взвода, командир струсил и бежал в тыл, бросив своих артиллеристов. К чести их, они не дрогнули, отбили и эту атаку фашистов. А младший лейтенант Степанов по приговору трибунала был расстрелян перед строем своих бывших однополчан. Такой была первая встреча с фронтом.
— Северо-Западному фронту была посвящена известная и поныне песня композитора Матвея Блантера на стихи Михаила Матусовского “Наша военная молодость — Северо-Западный фронт”.
— Как же, мои однополчане знают и любят эту песню, называют ее фронтовым гимном. Позже, как известно, было образовано два фронта — Ленинградский и Волховский. Я воевал на Волховском. Активной обороной войска фронта изматывали врага. Когда пал Севастополь, из Крыма под Ленинград была переброшена армия Манштейна. Бои у нас были жестокие, кровопролитные.
— 28 августа Дмитрий был ранен. Вернулся в свой полк, в свою роту. Вскоре был убит ротный, и Дмитрий похоронил его на сельском кладбище, рядом с могилой, где уже, как оказалось, лежал его погибший в бою отчим.
— Сейчас иные “умники” говорят, что зря наши два фронта провели операцию “Искра”. Положили, мол, много бойцов. Но о том, что в результате этой операции буквально растворилась фашистская армия, “умники” помалкивают. Не взяли фашисты Ленинград, не уничтожили войска наших двух фронтов, ни других задач хваленые гитлеровские генералы решить не сумели. А значит, если они не решили, то мы свои задачи решили. Да, не сумели еще прорвать блокаду, но измолотить армию Манштейна, другие соединения врага смогли. А главное — Гитлер не снял из-под Ленинграда, как планировалось в Берлине, ни одной части, не бросил ее под Москву.
— Нынче “умников”, о которых вы говорили, развелось невидимое множество. Сейчас те, кто воевал, больше помалкивают, да им и слова не дают. Говорят о войне другие, кто, выполняя чужой заказ, все ставит с ног на голову. Клевещет на нашу армию, ее полководцев, на страну, на великую победу.
— Некоторые договорились до того, что не Гитлер, а мы, Советский Союз, Сталин развязали войну. И что если мы и победили, то только потому, что завалили немцев трупами своих солдат. И ведь эти клеветнические мыслишки лезут на страницы школьных учебников, молодежных изданий. Делается все для того, чтобы извратить наше героическое прошлое, воспитать к нему у подрастающего поколения неприязнь, отвращение.
— Сейчас почти нигде не говорится, как Гитлер готовился к войне с Советским Союзом. До войны каждый школьник знал, кто наш враг, кто готовился уничтожить страну социализма. Впрочем, фашисты этого и не скрывали. И хотя Гитлер считал войну с Россией легкой прогулкой на Восток, фашисты к ней готовились основательно.
— Ну, конечно, промышленность почти всей Европы, оккупированной фашистами, работала на войну. Не один Гитлер был у руля планирования и развязывания войны. Весь цвет немецкой военщины — Браухич, Гальдер, Гудериан, Клюге и другие генералы — были причастны к военной авантюре.
Вот сейчас говорят: Сталин, мол, не знал о планах фашистов, проспал нападение врага. Глупость! Он хотел — и это правда истории — любыми способами, любыми средствами оттянуть начало войны. И договор о ненападении был заключен для этой цели.
Сейчас многие критики нашей советской истории, прислужники нынешнего режима утверждают, что индустриализация, коллективизация сельского хозяйства были грубыми ошибками тогдашнего руководства партии и страны.
— Без индустриализации и коллективизации мы бы не победили в войне. Помню сорок четвертый год. Освободили Украину, Белоруссию. Там начали работать колхозы и совхозы. Из российской глубинки, из Сибири на освобожденные земли братских республик потянулись гурты скота. Мой двоюродный брательник из Омской области в Киевскую пригнал стадо коров. И сам остался там, живет и сейчас в Киеве. Да не будь у нас коллективного хозяйства, разве подняли бы из руин братьев — украинцев и белорусов!
— Теперь против коллективного владения землей ополчились многие политиканы. Подавай им частную собственность, свободную продажу нашего главного богатства — земли. Частная собственность в Америке, говорят, творит чудеса. Там она, утверждают, обеспечила людям райскую жизнь... Каким людям? Но почему-то забывают, что Америка ограбила и продолжает грабить весь мир.
— Действительно, апологеты частной собственности взяли за эталон США. Но в мире многие страны живут при капиталистическом строе, при рынке. Но что-то не так много среди них Америк, Англией, Японией. Большинство — нищих, ограбленных стран. Россия не будет Америкой, да США и не позволят ей быть такой.
Добившись расчленения СССР, США делают все, чтобы расчленить и Россию. Они не позволят ей быть сильной. Снова хочу вернуться к войне. Перед ее началом Советский Союз произвел Т-34, “Катюшу”, ИЛ-2. Помню, когда пленного немецкого солдата спросили, почему в войне побеждает не Германия, а Советский Союз тот ответил: “У вас есть советский зольдат, “Катюша”, “Летающая крепость ильюшин-цвай, танк Т-34 и Жюков”. Из пяти факторов немец назвал два человеческих и три технических.
Так вот, технические факторы родились перед самым началом войны.
— Все эти и другие факторы были в центре внимания руководства страной и в предвоенные, и в военные годы.
— Несомненно. Хочется особо подчеркнуть, что в первые же месяцы войны пришлось почти всю промышленность из западных районов перемещать на восток. 80 процентов оборонного потенциала было в западных районах, в Москве, в Ленинграде. Какая тяжелая выпала работа на плечи народа. На плечи руководителей страны.
Как военный человек я отдаю предпочтение военному гению, полководческому искусству. Жуков, Конев, Рокоссовский, Василевский, Малиновский... Они планировали военные операции. Но разве можно было их осуществить без той мощи, которую поставляла фронту страна? Без танков, самолетов, боеприпасов... Молотову было поручено отвечать за производство танков, Маленкову — самолетов и т.д. Но главным отвечающим был Сталин. Однажды он спрашивает у Молотова: “Вячеслав, через сколько минут выходит один танк из заводского корпуса в Нижнем Тагиле?” “Через 20 минут, Коба”. “Очень хорошо, Вячеслав. Но нельзя ли, чтобы танк выходил через 15 минут?” Оказалось можно и через 15. Каждый час — четыре танка. Каждые два часа — танковая рота. За сутки — танковая бригада!
— Трудовой подвиг народа в годы войны невозможно переоценить. Не зря наш классик оставил такие строки: “Из одного металла льют — медаль за бой, медаль за труд”.
— Жуков и Василевский —великие полководцы. Умы, таланты, гении. Но за ними же стояли танки, техника. надо было поставить к станции Калач под Сталинград 5 танковых корпусов — их поставили. Тяжело было в городе: фашисты перерезали железную дорогу. Построили в кратчайшие сроки двухсоткилометровую магистраль вдоль Волги. Рельсы привезли с БАМа! Вот уж поистине мы — русские, мы все выдюжим... Как можно умалять подвиг народа в войне! Как можно искажать историю! Бесстыдство это. “Совки”. “Совковая интеллигенция”. Только враги нации, готовые прислужничать зарубежным хозяевам, способны лгать, предавать и продавать Отечество, его интересы.
— А как вы, Дмитрий Тимофеевич, оцениваете нынешнюю обстановку в стране, когда ни шахтерам, ни ученым, ни военным не платят своевременно за труд? Когда промышленность и сельское хозяйство никак не могут выйти из разрухи...
— Денег нет? А куда они уходят? Туда, откуда привозят в Россию тампаксы и колбасу, кроссовки и телевизоры... Пока не поднимем свою промышленность, свое сельхозпроизводство, будем жить взаймы. Неужто наша оборонка, способная создать ракету “Тополь-М”, самолеты Су, Миги, Илы, не в состоянии сделать кофемолку или соковыжималку? Но наши рынки захватили чужеземцы, и они из этой удавки постараются нас не выпустить. Индия недавно заключила с нами сделку о покупке самолетов-истребителей. Эвон, какой вселенский шум подняли американцы!
— Вспоминаю, товарищ Маршал Советского Союза, как вместе с вами был на приемке авианосца “Адмирал флота Советского Союза Николай Кузнецов”. Все до последней заклепки сделано нашими корабелами. Какой чудо-корабль сотворили!
— И “Варяг” был бы не хуже. Но Союз развалили, оборонку положили на бок, не сумели построить корабль. Продали. Под гостиницу продали. Боевой, на 90 процентов построенный суперавианосец. Украине одной было не поднять. Как, впрочем, и одной России многое нынче не под силу. В Союзе же была кооперация производства. Все пошло прахом.
— Вы-то, Дмитрий Тимофеевич, Союз знали не понаслышке. Весь его исколесили...
— Жить и служить посчастливилось в трех десятках гарнизонов. В Сибирском, Московском, Ленинградском, Одесском, Закавказском, Среднеазиатском. Забайкальском, Дальневосточном военных округах прошел службу от взводного командира и до командующего войсками округа.
— Не могу не спросить — не собираетесь ли сесть за письменный стол, чтобы поделиться с читателем мыслями о прошлом и пережитом?
— Написал книгу. Обещают в ближайшее время издать. Но где взять деньги на издание? В августовском номере “Нашего современника”, кажется, начнут печатать главы из книги. О чем книга? Начинаю ее с августа девяносто первого. Меня и моих товарищей арестовали. Первый допрос ночью в Солнечногорске. Там я когда-то вместе с товарищами-курсантами штурмовал на полигоне основы тактического мастерства. Из Солнечногорска на трое суток в тюрьму в Кашин...
— Сидели там в монастырской келье. Точнее сказать, в камере... В одиночке не сидел. И там, и потом в Матросской Тишине всегда были сокамерники. Один или два. Относились ко мне в местах заключения, грех жаловаться, хорошо.
— Не виделись потом с сокамерниками? Писем, звонков от них не было?
— Не было. Понимаю, заключенными они не были. Обычная подсадка. А тюрьме много читал. Писал стихи.
— Может, что-нибудь опубликуем в “Правде”.
— Нет. Стихи — собственность Эммы Евгеньевны, моей супруги. Строки, сугубо личные, предназначались ей одной. Любовь к стихам у меня от матери. Неграмотная женщина, никогда не читавшая Пушкина, она, тем не менее, знала много его стихотворений. Часто любила повторять: “культура, сынок, не образование, а слиток знания и поведения”. Мудрая была женщина.
— Когда-то, будучи министром обороны Союза, вы подарили “Правде” глобус. Точно такой, какой был в кабинете генералиссимуса.
— Как же, Хрущев, увидев глобус в кабинете Сталина, выражаясь словами Маяковского, своим “умишком хилым” ничего лучшего не придумал, как оповестить, что Верховный руководил фронтами по глобусу. Он хотел унизить Сталина. Многие старались это сделать. Черчилль вопреки Сталину носился в свое время с планом открытия второго фронта в Европе на юге континента. Чтобы через Грецию, через Балканы, через Италию двигаться на Берлин. Зачем? Знал, старый лис, что, если на Балканы придет Красная Армия, там будут иные, чем задумывал Черчилль, порядки.
— Вышло не по Черчиллю. Вышло по Сталину...
— Но спустя десятилетия пришел в Кремль Горбачев, и все, что было завоевано, что было сделано, полетело вверх тормашками, и Запад добился своего очень быстро, без использования силы... Горбачева быстро приветили и отметили высокими денежными премиями. Мирового звучания. За то, что сдавал партию, сдавал социалистическое государство этот лучший немец года...
Он ведь и Афанасьева от “Правды” отстранил. Подкинул вам своего верного оруженосца Фролова Ивана...
— Он вам не звонит, Горбачев?
— Да Боже избавь!

Беседу вел
Василий ИЗГАРШЕВ.
Военный обозреватель “Правды”.

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Комментарии
"Джон умирает?": в США госпитализирован онкобольной сенатор Маккейн
Мед против насморка. Как лечить ребенка без лекарств
Ла реведере, Румыния: молдаване выступили за объединение с Россией
"Перережем, если будет нужно!": почему страх НАТО оправдан
"Джон умирает?": в США госпитализирован онкобольной сенатор Маккейн
Анатолий Вассерман: с плохими президентами нам пока везет
Почему КНДР дает Штатам отпор, а у России "кишка тонка"
"Джон умирает?": в США госпитализирован онкобольной сенатор Маккейн
Прогноз на 2018 год: где зарождается Третья мировая
Ла реведере, Румыния: молдаване выступили за объединение с Россией
Евгений Федоров: США раскупили всю Россию и пишут нам законы
Евгений Федоров: США раскупили всю Россию и пишут нам законы
Евгений Федоров: США раскупили всю Россию и пишут нам законы
Евгений Федоров: США раскупили всю Россию и пишут нам законы
Пентагон 10 лет изучал НЛО по заказу правительства США
"Перережем, если будет нужно!": почему страх НАТО оправдан
Евгений Федоров: США раскупили всю Россию и пишут нам законы
"Перережем, если будет нужно!": почему страх НАТО оправдан
"Перережем, если будет нужно!": почему страх НАТО оправдан
"Перережем, если будет нужно!": почему страх НАТО оправдан
"Перережем, если будет нужно!": почему страх НАТО оправдан

Русская эскадра - не просто набор слов. Это историческое название последнего соединения кораблей и судов Императорского флота России. Именно она эвакуировала из Крыма армию генерала Врангеля и гражданское население. Беженцев приняла Франция, предоставив эскадре стоянку в Тунисе, в городе Бизерта. Судьбы большинства беженцев поистине трагичны…

Последнее пристанище Русской эскадры