Аббас Джума: Турция и США против России и Ирана – сценарий Вашингтона

Как США и Турция манипулируют курдами, чем это грозит Сирии и России, рассказал ведущему "Правды.ру" Икбалю Дюрре журналист, политический обозреватель Аббас Джума.

Читайте начало интервью:

Цель Америки в Сирии

— Разве ты допускаешь, что через Москву курды могут повлиять на Дамаск? А ты не допускаешь, что будет наоборот? Сирийские курды, которые сегодня имеют власть и в Турции никак не воспринимаются, завтра, благодаря американскому усилию, найдут общий язык. Но с Турцией. Именно на фоне последнего договора о добыче нефти.

— Да, именно так. Американцы там давно. Они знают, что делают. И курды у них в руках. Курдам нужны деньги, оружие. И то, и другое у американцев есть. Сейчас с подачи американцев заключается договор. Курды получат 30-40 миллионов долларов ежемесячно. Это с одной стороны. С другой стороны, американцы, это делают не только ради денег. Это политический шаг, чтобы додавить Дамаск. Курд выберет того, кто сильнее. Если Дамаск будет откровенно слаб, его экономика будет разрушена:

  • санкциями,
  • "законом Цезаря",
  • нехваткой электроэнергии,
  • топлива,
  • пшеницы (американцы постоянно жгут поля),

то кого курд выберет? Вряд ли он пойдет к тому, кто его десятилетиями лишал права на собственный язык и терроризировал, а сейчас ослабел. Курд выберет американцев, как бы они ему тоже ни не нравились.

Сейчас идут попытки сблизить барзанистов и сирийских курдов. Турция, конечно, против. Рабочая партия Курдистана для Турции — красная тряпка для быка. Но Вашингтон сейчас пытается показать Турции, что РПК не так уж страшна.

— Ты имеешь в виду не РПК, а Сирийские демократические силы?

— Да, которых ассоциируют с РПК. При этом подавляется элемент, которые может раздражать Турцию. И именно этот элемент идет в объятия к Москве.

Сирийские и иракские курды пытаются соединить интересы и нефть. Ведь она будет куда-то доставляться. Путей не так много: Турция и Ирак, иракский Курдистан. Там ее могут разбавлять и гнать в Турцию. Мы имеем сценарий 2014-2015 годов.

Тогда игиловцы гнали нефть в Турцию, а сейчас курды, которые эти земли от игиловцев освободили.

Если получится нанизать всех на эту ось и заручиться турецкой поддержкой, то тезис о том, что Америка проиграла, придется пересмотреть. Понятны усилия американцев против Ирана. Это одна из главных линий Трампа. После выборов он ее продолжит.

— Но если они найдут общий язык, вполне возможно, что эта же нефтяная компания останется в Сирии, регион легализуется в системе общей будущей Сирии. Они будут платить налоги. Это же легче, чем выгнать силой американцев?

— То, что сейчас происходит с расхищением сирийской нефти, — это прецедент. Американцы демонстрируют всему миру, что можно зайти на сирийский рынок в обход Дамаска. Эта фирма на сайте "Федерального агентства новостей". Есть большое расследование: фирма фиктивная. Это не столько ради денег, сколько для демонстрации: ребята, приходите, Дамаск ничего не значит, мы тут сами с усами. Полагаю, что турки только на словах недовольны, а по сути дела, они давно занимаются нелегальными делами в обход Дамаска. Сейчас у них появляется легальный способ зайти на рынок. Где гарантия, что мы завтра не увидим турецкие компании?

— А где гарантии, что завтра Асад не помирится с Эрдоганом? Есть общий враг.

— Вашингтон делает все возможное, чтобы этого врага не было.

Наиболее правдоподобный сценарий: объединение турецких, американских, курдских усилий против России, Ирана. Вашингтон пытается осуществить эту схему.

Вынужденное сотрудничество

— Что для Дамаска большую угрозу представляет: Идлиб или Дайр-эз-Заур?

— Наибольшую угрозу для Сирии представляет Турция и ее террористическая креатура в Идлибе, ее имперские амбиции. Что бы в Анкаре ни говорили о суверенитете Сирии, я в это не верю, потому что действия у Анкары совершенно другие:

  • аннексия — не юридическая, но фактическая,
  • всевозможная поддержка тех, с кем сирийская армия борется много лет.

Турки постепенно отжимают Идлиб. Там уже турецкой лирой расплачиваются, турецкие законы действуют, турецких флагов больше, чем сирийских. Мы все время говорим, что Сирия должна сохраниться целой, нераздробленной. Турция — это клин, который не позволяет Сирии собраться после восьми лет тяжелой войны.

Говорят, из Идлиба часть боевиков отправляют в Ливию. Это плохо для Сирии?

— Я брал у одного из таких наемников интервью. Если они не возвращаются в Сирию с еще большим опытом, а остаются кормить ливийских червей, то ничего плохого для Сирии я в этом не вижу. Но факт того, что Сирия стала казармой, где Турция набирает головорезов и отправляет по всему свету — это, безусловно, угроза.

— Поможет ли Москве и Анкаре сирийский опыт сотрудничества в Ливии?

— О каком опыте идет речь? То, что турки сбили "Су-24"?

— Союзничество, благодаря которому ведутся в Идлибе совместные военные тренировки, патрулирование.

— Я не представляю, как этот опыт можно применить в Ливии.

— Кстати, Сарадж сегодня был в Турции. И подтвердил намерение дальнейшего сотрудничества. Мне кажется, что России выгоднее, если на той части фронта будет Турция, а на этой части будет доминировать Россия, нежели другой суннитский мир или Франция, или другая европейская страна.

— Я не вижу в Турции союзника. Я не вижу Турцию возле России, как ни крути. В историческом разрезе мы постоянно по разные стороны баррикад. В Сирии вынужденное сотрудничество, потому что его отсутствие невыгодно ни Москве, ни Анкаре. И с американцами у нас есть договоренность на уровне военных, чтобы не стреляли друг по другу. Мы вынуждены. Две большие державы, которые на этом маленьком клочке земли постоянно что-то делят. Это свидетельство того, что есть конфликт.

— Есть политики — есть конфликт. Лукашенко тоже вынужден приближаться к России.

— Лукашенко — фигура крайне зависимая, а Турция достаточно независимый игрок. И постоянно это демонстрирует. Эрдоган — крайне коварный и опасный тип, который манипулирует и хорошо разбирается в том, что делает, который имеет политические претензии и постоянно их предъявляет:

  • в Сирии,
  • Ливии,
  • Ираке,
  • Ливане.

Для России сравнивать Турцию с Белоруссией не очень корректно.

Я за то, чтобы развивались бизнес-проекты, чтобы политика не мешала каким-то договоренностям.

Но когда существует вынужденное, напряженное сотрудничество, это означает только одно: есть конфликт.

Есть необходимость постоянно выяснять отношения, что-то выторговывать, приходить к общему знаменателю. Это значит, что нет общей позиции, а есть неразрешимый конфликт, который мы пока еще не затрагиваем. Например, отделение террористов от не террористов: что такое умеренная оппозиция, до сих пор непонятно.

Беседовал Икбаль Дюрре

К публикации подготовила Марина Севастьянова

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google, либо Яндекс.Дзен

Быстрые новости в Telegram-канале Правды.Ру. Не забудьте подписаться, чтоб быть в курсе событий.

Куратор: Олег Артюков