Народ России воспользуется правом на протест

Почему народ уже настолько возмущен, что протесты будут в любом случае? Как можно и нужно протестовать за свои права по возвращению социальных гарантий? Как при этом не допустить скатывания страны в "оранжевую революцию"?


Протесты в России будут нарастать. Справятся ли власти?

Об этом обозревателю "Правды.Ру" Любови Степушовой рассказал директор аналитического центра "Стратег-PRO" Александр Ведруссов.

Читайте начало интервью:

Пенсионной реформой власть разорвала общественный договор с народом

Общество мобилизуется, политтехнологии власти уже не помогут

Пенсионная реформа — рубикон в отношениях власти и народа

Пенсионная реформа — диверсия против государства и граждан

Власть сама толкает людей на протесты

Чего не хватает оппозиции для победы

Протесты будут нарастать. Кто их возглавит?

Власть объявила войну народу. Народ пока в обороне

— Александр Владимирович, вы сказали, что из-за того, что власть отобрала у всего населения пенсионные накопления, вскоре будут нарастать протестные настроения. И, естественно, это будет использоваться всеми оппозиционными силами, в том числе агентами влияния извне. Президент — последняя надежда — потерял лицо. Доверия к власти нет совершенно никакого, общественный договор разорван… Что дальше?

— Если это не работает, то новый общественный договор будет заключаться уже на менее выгодных для власти условиях, потому что люди уже почувствовали вкус к свободным выборам. Люди будут требовать референдума, люди будут требовать, чтобы их мнение учитывалось от муниципального, регионального до федерального уровня. Люди будут требовать прямых выборов мэров крупных городов.

Мы хвалим Якутск, какая там хорошая мэр, потому что там сохранили прямые выборы, там прекрасная мэр, ее хвалит вся страна, это уже такая легендарная личность. А там, где отменили выборы мэров, — почти во всех крупных городах — люди будут добиваться возвращения этих выборов. Можно сказать, что это повестка либерализации (в положительном значении) общественно-политической системы.

— Пойдет ли наша власть на это?

— Еще важный момент. Власть у нас либерализацию пытается проводить в социально-экономической сфере, но именно там не должно быть либерализации от слова "совсем". Там как раз есть запрос на возвращение к завоеваниям советской власти. Есть именно комплексность общественного запроса. Когда люди говорят, что хотят в СССР, это не значит однопартийность, железный занавес, какие-нибудь репрессии.

Нет, друзья, люди хотят в СССР с точки зрения социальных гарантий. А вот как раз с точки зрения общественно-политических свобод и общественно-политической системы никакого возврата в СССР быть не может, потому что этот "одобрямс" уже один раз сгубил страну, больше нельзя давать этому "одобрямсу" шанса.

Люди сейчас будут требовать перезаключения общественного договора именно на этих условиях: общественно-политические свободы плюс социальные завоевания советской власти как-то начать возвращать. Поэтому важно, насколько власть гибко и реально будет реагировать на эти запросы. Политтехнология здесь теперь не поможет, она перестает работать, это уже совершенно очевидно.

Если решат 21-й год обеспечить чисто за счет политтехнологий, ну и где-то минимальных точечных вливаний (типа вот вам кость нацпроекта, вот вам кость Майских указов), все это уже работать не будет после Рубикона, коим была пенсионная реформа. Поэтому задача патриотической оппозиции защищать свое государство, в том числе иногда от чиновников этого государства.

Потому что охранители никак не могут понять, что сейчас одна из важных задач патриотической оппозиции экспертов, журналистов, политиков и т. д. — это добиваться того, чтобы государство работало на государство, а не против государства. Например, та же ситуация с Голуновым — это провокация против государства. Тех людей, которые все это организовали, надо не поддерживать, не выгораживать, а вскрывать эти схемы по дискредитации государства.

Те, кто проводил пенсионную реформу, это же государство делало? Но это же разрушает государство! Надо разоблачать тех, кто это делал, выводить их на чистую воду. И если у нас опять в 21-м году проголосуют за партию пенсионной оптимизации (неважно почему, люди на технологии купятся или организаторы там просто пририсуют и откорректируют, а люди не смогут отстоять), то это будет плохо как раз для всего государства.

Если люди сами в борьбе не обретут свое право, то власть им ничего не дарует. И, кстати говоря, недавние процессы показательны тем, что мобилизация, несмотря на узкую корпоративность, показала обществу: в случае чего мы можем бороться за свои права, мы можем их отстаивать. А власть будет реагировать сейчас только на мощный протест, только на общественную мобилизацию.

Только в борьбе сейчас российское общество, народное большинство сможет обрести свои социальные и общественно-политические права. Без борьбы ничего не будет. Никакая власть (хотя у нас она сейчас сохраняет еще какие-то остатки адекватности) не впадает в маразм, никакая власть без борьбы ничего народу больше не даст, это совершенно очевидно.

— Вопрос в том, чтобы не дать этим действительно народным справедливым протестам перерасти в регулируемый и направляемый Западом процесс и получить то, что получили на Украине. Вот это как нам сделать?

— Да. Мы должны понимать, что конституционное право граждан на мирный протест должно быть безусловно соблюдено. Если мы начинаем говорить, что эти люди выходят на протест, они нам не симпатичны, бейте их дубинками, значит, в следующий раз дубинками уже будут бить нас. То есть надо признавать право на мирный законный протест и со стороны тех групп населения, которые нам не нравятся.

Это взаимоотношения между разными группами общества — нам надо между собой находить общий язык, общую платформу и на этой общей платформе, опять же, мирно, конструктивно и законно предъявлять требования власти. У нас почему-то до сих пор в стране воспринимается это как "ой, протест — это буча". Нет, протест — это, опять же, право и инструмент граждан для того, чтобы высказать свое недовольство, добиться социальных уступок.

Если бы против пенсионных реформ вышло не 20 тысяч, а вышла бы вся Россия, то власти пришлось бы еще тогда опомниться. Но большинство людей не вышли отстаивать свои права. И после пенсионной оптимизации не вышло достаточно народа, вышло много, но все равно недостаточно. Поэтому власть решила, что уже можно делать с этими гражданами все что угодно.

Должен быть массовый мирный протест, по возможности организованный системной оппозицией, потому что системная оппозиция у нас протесты нормально организует, без провокаций, она себя в этом плане хорошо зарекомендовала. И, опять же, выборные инструменты, добиваться референдумов и т. д.

Теперь уже не получится расслабиться ни власти, ни обществу. Такого, что "ой, за нас там все кто-то вверху решит" уже не будет. Все поняли, что не решит, потому что будет новая пенсионная оптимизация в таком же духе, если дать опять власти решать все самой и пустить все на самотек.

Обществу между собой надо искать договоренности, не конфликтовать, а искать какую-то общую общественно-политическую платформу. Хотя бы между патриотами договориться и понять, что охранительство — это плохо, государственничество — это хорошо, и объяснить в чем разница. И я думаю, что этот процесс будет динамичным, будет отчасти даже весело.

Я абсолютно согласен, это наша задача — объяснить, где оранжевая технология, деструктив против нашего государства, а где мирный законный протест, мирные законные требования, свободные выборы, референдумы и все прочее. Это для нашего государства, а значит, и для нас с вами. Если мы будем работать на это понимание, на эту общественную консолидацию, то шансы у страны все-таки есть.

Беседовала Любовь Степушова

К публикации подготовил Юрий Кондратьев