Член СПЧ: почему нельзя доверять статистике преступности

Почему статистика преступности и раскрываемости не соответствует действительности? Как делаются нужные показатели — пресловутые палки-галочки? Нужна ли такая статистика вообще? Или она только мешает? Об этом и многих других проблемах российского правосудия генеральному директору "Правды.Ру" Инне Новиковой рассказал член Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте Российской Федерации, главный редактор журнала "Правозащита" Евгений Мысловский.


Член СПЧ о беспределе правоохранителей

Читайте начало интервью:

Евгений Мысловский: закон поворачивают правоприменители

Как делают статистику преступности и раскрываемости

— Евгений Николаевич, показатели раскрываемости преступлений легко подделать?

— Да, и для этого есть несколько достаточно простых способов. Можно спрятать из двадцати, допустим, убийств десять в раздел неустановленной смерти. Таким образом в статистике их не показывается. Значит, тяжких преступлений — вдвое меньше. Соответственно, раскрываемость автоматически улучшилась. Можно сделать и еще другие варианты.

Сегодня показатели часто повышают на наркотиках. Сколько там надо, можно столько и сделать. А раньше эти палки-галочки обычно делались на обмане покупателей. Как только плохо было с раскрываемостью, вызывали тогдашний ОБХСС и говорили им: "Ребята, нужно десять преступлений, десять обманов покупателей".

Обман покупателя — это значит пришел к продавцу, завес сделал, контрольную покупку сделал, и все. Естественно, каждый продавец обычно хотя бы пять-десять граммов недовесит. Их, конечно, за такую мелочь не сажали, но важен сам по себе факт. Есть разоблачение, и ты показываешь нужные хорошие показатели раскрываемости.

— Но ведь без статистики тоже, наверное, нельзя?

— Эта игра со статистикой и приводит к тому, что у нас на сегодняшний день сложилась такая ситуация. Если мне надо что-то спрятать, я спрячу и показывать это не буду. А если все равно не дотягиваю до нужных показателей, то пришью кому-нибудь наркотики.

Эти палки могут делаться за счет хулиганства, могут делаться за счет того, что наркотики подсунут кому угодно. Могут тебе пистолетную пулю забросить и потом привлечь к ответственности за то, что ты ходил с оружием. Это сделать тоже совсем несложно. Статистика — дело тонкое…

Обнаружили у кого-то наркотик либо пистолетный патрон — возбуждается уголовное дело. И оно же уже раскрыто! В статистике проводится как раскрытое преступление. И месяц-два следователь помучает человека, который может это время сидеть, может и не сидеть. Это все зависит от настроения.

Если просто нужна палка для того, чтобы поднять свой рейтинг, поднять уровень раскрываемости, то могут и не сажать. Мавр сделал свое дело и может ходить спокойно дальше. Про него могут забыть, дело может лежать и год, и два, его могут приостанавливать неоднократно, а могут и не прекращать, но это не имеет значения.

Никто же не сравнивает эти показатели. Раскрыто преступление? Раскрыто. Задержан человек с поличным? Задержан. Даже если ничего не доказали — не беда, так и не доказали. Прекращено дело — и ладно. У нас же еще есть интересный раздел "Раскрыто преступлений прошлых лет".

То есть никто опять же не сопоставляет, сколько каких конкретно раскрыто преступлений прошлых лет, сколько прекращено уголовных дел из прошлых лет, — такой статистики у нас нет. Официально она где-то есть, где-то там числится, но ее никто не анализирует и даже не смотрит. Поэтому игры со статистикой ни о чем не говорят.

Да, необходимо знать общую картину преступности, особенно криминологу. Криминологи все эти вещи вытаскивают, когда изучают, за что их и не любят. Поэтому у нас практически из всех юридических вузов исключили курс криминологии. Именно потому, что криминологи вскрывали все эти вещи, говорили: "Ребята, что же вы делаете? Вы там показываете, а здесь не показываете".

Такие игры со статистикой совсем не способствуют борьбе с преступностью, а скорее наоборот. Поэтому говорить об уровне преступности на основании статистики можно очень-очень условно. И то это возможно лишь только потому, что все-таки статистический закон больших чисел так или иначе каким-то образом коррелируется.

— С действительностью?

— Да, но это тоже все равно, что средняя температура по больнице. А если все числа изначально будут неверны, то все будет только еще больше запутываться.

— А как это было в Советском Союзе?

— Честно говоря, в Советском Союзе было то же самое. При советской власти раскрываемость должна была быть на очень высоком уровне. Если была 90 процентов, то это считалось хорошо. Но это нереально, поэтому и делались эти проценты искусственно. А на сегодняшний день говорят, что раскрываемость 50 процентов — и ладно.

В Соединенных Штатах Америки вообще порядка 42 процентов раскрываемость. И там никто за это не несет ответственности. Во-первых, не всякое преступление может быть раскрыто сразу, особенно если хорошо подготовлено. Умышленное преступление до того, как совершается, тщательно готовится, а потом принимаются меры к сокрытию и запутыванию его следов, к отходу преступника и т. д.

Поэтому следователи и оперативники при работе с такими делами всегда находятся в состоянии информационной недостаточности. Они начинают собирать информацию практически с нуля. Нужно облазить очень много точек, чтобы получить хоть какие-то данные. Это на самом деле крайне сложно и занимает очень много времени.

Беседовала Инна Новикова

К публикации подготовил Юрий Кондратьев

Читайте также: "Спасите наши жизни и семьи". Письмо из женского СИЗО Москвы

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Домашнее