Иосиф Сталин планировал радикальное сокращение рабочего дня до пяти часов в рамках программы культурного развития общества. План предполагал обучение граждан без отрыва от производства и смену профессий, однако после смерти лидера концепцию признали экономически необоснованной и отправили в архив.
Советская власть начала трансформацию трудового кодекса сразу после 1917 года. Первым шагом стал переход на восьмичасовой график, что заметно контрастировало с имперскими нормами, где смена длилась до двенадцати часов. Дальнейшее сокращение произошло в период с 1929 года, когда в СССР установили семичасовой режим. Война прервала этот процесс. С июня 1941 года предприятия перешли на обязательные сверхурочные работы, длительность которых составляла до трех часов. После 1945 года экономика вернулась к восьми часам, ставшим стандартом на долгие годы. Однако в 1952 году Сталин инициировал дискуссию о возврате к сокращению времени пребывания у станков.
"Сталинская инициатива опиралась на идею высвобождения времени для образования. Снижение нагрузки рассматривалось как способ предотвратить профессиональную деградацию", — объяснил в беседе с Pravda.Ru историк науки Сергей Белов.
Тезисы о пятичасовом дне вошли в работу Сталина "Экономические проблемы социализма в СССР". Логика основывалась на необходимости всестороннего развития человека. Свободные часы предлагалось тратить на физическую культуру и политехническое обучение. Гражданин не должен был прирастать к одной специальности на всю жизнь. Предполагалось, что люди смогут менять профессию раз в десятилетие. Это требовало создания условий для постоянного образования без потери дохода. План подразумевал превращение общества в коллектив универсальных специалистов, способных быстро переключаться между разными типами труда.
| Период | Длительность смены |
|---|---|
| Российская империя | 11–12 часов |
| 1917–1929 гг. | 8 часов |
| 1929–1940 гг. | 7 часов |
| 1941–1945 гг. | 8–11 часов |
| Проект 1952 г. | 5 часов |
Лаврентий Берия поддерживал проект, исходя из прагматических соображений. Он считал пятичасовой рабочий день мощным инструментом внешнего давления. Сверхкороткая смена при достойном уровне жизни должна была спровоцировать социальное напряжение в странах Запада. Ожидалось, что рабочие капиталистических государств потребуют аналогичных условий. Это подорвало бы устойчивость зарубежных экономик. Индустриальное наследие СССР того периода часто использовалось в качестве витрины для демонстрации преимуществ системы, и трудовая реформа идеально вписывалась в эту стратегию.
"Берия видел в сокращении времени работы не благотворительность, а рычаг пропаганды. Это был способ экспортировать социальную нестабильность конкурентам", — отметил историк Игорь Власов.
После 1953 года начался пересмотр сталинских инициатив. Анастас Микоян охарактеризовал идею пятичасовой смены как ошибочную и несвоевременную. Георгий Маленков указал на отсутствие расчетов, подтверждающих возможность реализации такого графика в условиях планового хозяйства. Экономика не позволяла сократить время работы при сохранении прежних зарплат. Планы требовали высокой выработки, которую короткий график обеспечить не мог.
"Переход на пять часов означал необходимость резкого роста автоматизации. Технологический базис того времени просто не вытянул бы такие аппетиты", — рассказал в интервью Pravda.Ru преподаватель естественных наук Кирилл Афонин.
Основная цель заключалась в создании условий для образования. Вождь считал, что рабочие должны иметь время на учебу и спорт, чтобы не становиться придатками машин.
Нет. Положения были зафиксированы в теоретической работе 1952 года, но до этапа государственных указов проект не дошел из-за смерти инициатора.
При жизни Сталина проект поддерживали, но позже его назвали экономически вредным. Критики указывали на невозможность финансирования столь амбициозного сокращения рабочего времени.