Экспертное мнение

Полупрозрачное правосудие: что мешает судам публиковать свои решения

Верховный суд России в 2008 году инициировал так называемый "закон о прозрачности правосудия", который обязал суды размещать судебные акты в интернете, а тексты приговоров публиковать на сайте суда в течение месяца со дня вступления в силу.

На сегодняшний день исключение составляют документы, содержащие государственную, налоговую, врачебную, банковскую или другую охраняемую тайну. По поводу того, насколько этот закон соблюдается судами в настоящее время, пресс-секретарь Дорогомиловского районного суда Евгения Горохова пояснила, что  иногда имеет место "несвоевременное размещение текстов документов" из-за загруженности работой помощников судей. "Мы все делаем для того, чтобы соблюдать закон", — заверила она.

Ситуацию "Правде.Ру" прокомментировал адвокат, член Областной коллегии адвокатов Алексей Бояринов.

- Насколько суды выполняют указания Верховного суда РФ?

- Это напрямую зависит от конкретной организации системы судов. Если в отдельно взятом суде работа организовано в соответствии со всеми требованиями, то они публикуют без личных данных, без сумм, без фамилий, так называемые обезличенные решения. Если плохо организована работа по публикации, то, к сожалению, возможны проблемы. И это не зависит от региона, а зависит от организации работы в каждом суде.  

- Как можно не выполнять указаний ВС? Существует ли контроль за работой судов?

- Где-то многое от председателя суда зависит, но чаще всего причина в том, что многие суды просто-напросто не обеспечены достаточным штатом. Председатель подает заявку, а дальше этим должен уже заниматься судебный департамент, в задачи которого как раз и  входит обеспечение судов всем необходимым. Бывает, что граждане сами обращаются в судебный департамент с заявлением о том, что не публикуются судебные акты.

А то, что не публикуются, —  проблемы технической работы и ее организации. Это не желание что-то скрыть. Иногда просто в некоторых регионах так складывается ситуация, что нет специалистов. А почему не хватает людей — это уже другой вопрос. Зарплата специалиста в среднем в районе 12 тысяч рублей в Москве, а в регионах и того меньше. 

Свое мнение по этому вопросу изданию озвучил и директор Института прав человека, юрист Валентин Гефтер. 

- Почему суды не выполняют решение Верховного суда, в частности, не размещают судебные акты в интернете, не публикуют приговоры на сайте?  

- Что значит — не выполняют распоряжение Верховного суда? Есть общее правило — размещать решения, состоявшиеся в судах тех или иных инстанций. Но понятно, что бюджет и возможности у судов разного уровня разные. У Верховных судов гораздо меньшее количество таких решений и, естественно, у них явно больше ресурсов. Наверное, у судов первой инстанции в этом смысле немножко хуже, хотя московские суды не самые бедные.

Насколько они не выполняют? Я не слышал таких жалоб. Возможно с большими задержками ли еще с какими-то изъянами, но работа идет. Я никогда не слышал от своих коллег, юристов и правозащитников, что есть какой-то явный или неявный отказ от размещения решений в интернете.  

 - 3акон 2008 года о прозрачности правосудия, по вашему мнению, выполняется?

- По крайней мере, есть тенденция к тому, чтобы он выполнялся. Раньше вообще ведь этого не было. И интернета раньше не было, и таких технических возможностей. Конечно, наверняка есть нарушения, и их не так трудно поймать за руку в судах низших инстанций. Но все-таки сказать, что они вообще не размещают, было бы неправильно.

- Кто контролирует эти суды низших инстанций?

- Общественный контроль не может быть глобальным, это десятки тысяч решений, за всем не уследишь. Поэтому, это должны делать судебные департаменты Верховного суда, или какая-то другая инстанция. Насколько у них это сплошной, а не выборочный контроль, и каковы его результаты, я сказать не могу.

- Чего не хватает нашей судебной системе?

- Одной вещи, которая связана именно с фиксированием не только судебных решений, но и всего того, что к ним привело. Аудиозаписи процесса. Чтобы это стало не просто инициативой с мест тех или других участников процесса, или людей, сидящих в зале, а чтобы это стало обязательной частью. Это очень важный элемент, о котором давно говорят общественники, и которого понятно почему не хотят судьи и судебные органы. 

Другой вопрос, что не все категории решений в полном объеме выставляются на сайт. Тут просто нужно знать регулирующий порядок. Все-таки чаще всего сам приговор, само решение не содержит никаких тайн, если там нет каких-то персональных данных.

Но если заседание было закрытое, и потерпевшая сторона по каким-то вопросам, связанным с мерами сексуального характера не хочет опубликования имени жертвы или потерпевшего, наверное, суд может публично принять решение о закрытии информации.

Но если речь идет о насильнике, я считаю, его имя должно быть известно обществу. Жертву надо защищать, а насильника скрывать не нужно.

Беседовала Оксана ОРЛОВСКАЯ