"Паленка" течет в бюджет Северного Кавказа

"Паленая" водка — черная метка многих республик Северного Кавказа. Дело не в том, что от водки человек сопьется быстрее и что подделать ее проще, чем "Хеннеси". Беда бутлегерства по-северокавказски в том, что оно оставило ряд регионов СКФО в "лихих 90-х". А доходы бюджетов некоторых республик на 70 процентов проистекают из контрафактного алкоголя.

Опасность "левой" водки не в том, что она особо токсичная. "Метилового спирта в водке из Северной Осетии нет, следовательно, отравиться этой водкой нельзя, — сообщил порталу "Большой Кавказ" врач-нарколог Владимир Нужный. - Ее пьют, потому что она дешевая. Наиболее максимален спрос на такую продукцию в "депрессивных" регионах. Благодаря спросу на нее подрывается бизнес легальных производителей. А когда десять лет назад легальные производители начали разговор о том, что "народ травится водкой с Северного Кавказа", пить "левую" водку стали еще больше".

Читайте также: Ленобласть поддержит пьянство в деревнях

Как сказал "Большому Кавказу" экономический эксперт Дмитрий Абзалов, "алкогольная" доля в доходной части бюджетов республик Северного Кавказа составляет 60-70 процентов. Большая часть производимого алкоголя — "левая", и количество контрафакта только растет.

"В первую очередь, благодаря росту цен на акцизы. Выросли цены на акцизы — выросла стоимость одной бутылки водки или коньяка. Доходы статистического потребителя остались на том же уровне. Тем самым стимулируется развитие полулегальной и нелегальной алкогольной фабрикации. Закрытость и малопрозрачность Северного Кавказа делает этот регион зоной экономического благоприятствования фабрикантов "левой" водки. Заводы по производству контрафактной водки появляются в регионах с низкой занятостью населения и соответствующей социологической флорой. Распространение этой водки идет по тем регионам, где нет тщательного контроля над работой розничной торговли, и где нет работоспособных торговых сетей. В случае с Кавказом это Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, в какой-то степени КЧР и даже Чечня", — говорит Дмитрий Абзалов.

По словам Абзалова, дистрибьютинг "левого" алкоголя был бы невозможен без важного фактора — "крыши" правоохранительных органов и местных элит. Распространение "левого" алкоголя идет не в самом производящем регионе, а через близлежащие области в Центральную Россию, где распространяется через киоски и павильоны. Там "левое бухло" продают оптом и в розницу из-под полы.

Процесс изготовления "левого" алкоголя примерно везде идет по одной и той же технологии. Например, житель Сальского района Ростовской области производил крепкие напитки так. Разбавил спирт водой — получил "водку" типа "Путинки", добавил эссенции и красителя — коньяк типа "Кизлярского". Фабриканты из Северной Осетии набили руку настолько, что научились подделывать виски Jack Daniels и Jonnie Walker. Кто и как покрывает "сорокоградусных" фабрикантов, в регионах-производителях знают даже дети.

Например, дети Буденновска знают, что до недавнего времени почти вся водка в городе делалась на личном заводе начальника местного ОВД Геворкяна. В КБР "паленку" "крышует" кое-кто повыше. По словам ряда бывших сотрудников УЭБ по КБР, этим человеком является замначальника полиции республики Алексей Павлов. Подозрения правоохранителей укрепились в мае 2012 года. В это время расследовалось дело по "левому" алкоголю, производимому в производственном комплексе "Майский". Вопреки служебной инструкции, Павлов отправил дело не в СКР, а в республиканскую прокуратуру, после чего расследование странным образом застопорилось, хотя все улики были налицо.

В Северной Осетии, которую называют вотчиной водочных королей, еще более сложная ситуация. Интересы местной алкогольной мафии, коррупционеров из МВД и местных элит тут слились воедино. Несмотря на то что половина "легальных" ликероводочных заводов (ЛВЗ) в республике закрылась еще в 2008 году, фуры с осетинской "паленкой" идут в сторону Центральной России каждый день, поскольку подпольные ЛВЗ кризис не подтачивает, а наоборот, помогает им в развитии. Ухудшение уровня жизни простых людей стимулирует спрос на дешевое горячительное. Обеспечить потребителя ею может только фабрикант-подпольщик. Чтобы такой фабрикант мог существовать, ему нужно прикрытие, или, говоря проще, "крыша". Мудрость, вынесенная из "лихих 90-х", гласит: чем выше "крыша", тем она надежнее.

О том, как республики Северного Кавказа в 90-е годы скатились до "паленки", хорошо написал российский писатель Владимир Мясников в своем романе "Водка". "Да, везут, да, пошлин и акцизов не платят. Но вы поймите — это основа стабильности на Северном Кавказе. Если у людей есть работа и постоянные доходы, им в голову не придет отделяться от России. А из каких средств наполнять республиканские бюджеты? Дотации Москва декларирует, реальной же помощи никакой. По пенсионному фонду задолженность пять месяцев, бюджетникам задержка зарплаты полгода. В Осетии только официальных 347 ликероводочных заводов — это многие тысячи занятых людей. А платить акцизы за импортный спирт никак нельзя — себестоимость подскочит раз в десять, сбыт резко сократится. Как следствие, производство остановится и появятся тысячи безработных. А это повлечет неизбежную вспышку преступности, похищений людей, политическую нестабильность и сепаратистские настроения. Мало вам одной Чечни?", — пишет Мясников.

Читайте также: Пьющие россияне щедро пополняют казну

По его словам, российским властям в 1990-е было более чем достаточно Чечни, поэтому на "паленую" водку закрывали глаза. "Когда на чаше весов лежит большая кавказская война, а на другой сколько-то там тысяч гектолитров незаконного алкоголя, то черт с ней, с водкой. Власть и сама все это прекрасно понимала, поэтому никто не пытался контролировать водочное производство или закрывать заводы Осетии, Дагестана, Ингушетии и Кабардино-Балкарии. Предпочитали перехватывать товар на пути в Центральную Россию", — говорится в романе-расследовании "Водка". Роман писался в 90-е годы. Как видим, спустя 20 лет ситуация с северокавказским алкоголем изменилась мало, и вряд ли в лучшую сторону.

Читайте самое интересное в рубрике "Экономика"

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!


В России побит водочный рекорд

Юлия Мостовая, известная на Украине журналистка, редактор киевского еженедельника "Зеркало недели", опубликовала на страницах издания свою статью, которую уже окрестили "криком боли" и рассказом "о любви и надежде", хотя, скорее, длинный текст Мостовой напоминает рассказ "о минуте прозрения".

Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Комментарии
Дизельные и газовые автомобили перестанут продавать в Германии
Украина просит помощи Германии в расследовании дела о посещении Крыма группой Scooter
Сурков рассказал о встрече в Минске со спецпредставителем США по Украине
Убедительность ФАС: на отмену роуминга согласились все сотовые операторы
Ростислав ИЩЕНКО: согласовывать позиции США и России — это задача не для Волкера
Украина просит помощи Германии в расследовании дела о посещении Крыма группой Scooter
Польша хочет получить с России триллионы злотых за "преступления СССР"
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Кадровый резерв Владимира Путина
Активы ряда китайских фирм заморозили в США
ООН: перехвачены два секретных груза из КНДР в Сирию
Активы ряда китайских фирм заморозили в США
Практичнее некуда: самые-самые в 2017 году
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Сурков рассказал о встрече в Минске со спецпредставителем США по Украине
Польша хочет получить с России триллионы злотых за "преступления СССР"
Ющенко: Донбасс всегда был "ватным"
Снова Путин виноват? США заговорили о хакерах, столкнувших эсминец с танкером
Польша хочет получить с России триллионы злотых за "преступления СССР"
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать