Дамочки и тётеньки на встречных курсах. Новые женские книжечки как проездное чтение

Такое впечатление, что это написано в разных странах
Одна должна называться Москлевкой, состоять из одной центральной магистрали, на которой многоэтажные, сверкающие конторы чередуются со столь же многоэтажными отелями, ресторанами, саунами, бассейнами, меховыми и ювелирными магазинами. В этой стране нет городского транспорта и вокзалов (только аэропорты), нет неприятных людей и запахов (а только ароматы), ну, в худшем случае, есть какие-то не совсем правильно постриженные бандиты.

Авторесса сочинения "Casual" (типа "повседневное") Оксана , называющая себя странной фамилией Робски , не скрывает пренебрежения к остальной российской жизни, начинающейся за пределами Рублевского шоссе и продолжающейся аж до Тихого океана. Собственно, эта ее прямолинейная откровенность и заставляет дочитать книжечку до конца. Перед нами быстрое чтиво про бойкую дамочку из дачно-буржуйского квартала, быстро потерявшую мужа, быстро заведшую свое дело, — с сывороткой из-под простокваши, потом быстро нанявшую киллера для мщения за своего бывшего, потом быстро разочаровавшуюся в киллере, потом в его любовнице, потом чуть было не убившую самостоятельно действительно убийцу мужа... Вся эта стрекотня в стиле маленького секса в суетливом городе или небольших мастериц в маленькой деревне не успевает даже возмутить, потому как быстро заканчивается. Никакого отношения ни к реальной жизни, ни к литературе она не имеет. Однако, думаю, что в вагонах метро, переполненных согражданами, в тех самых вагонах, о существовании которых категорически забыла быстротрепливая авторесса, вспомнят о ней с благодарностью. Особенно, если приходится ежедневно пересекать большую столицу (а не Москлевку) под землей из конца в конец и не хочется упираться глазом в замусоленную манжету, торчащую из-под соседней куртенки. Какие самые сильные чувства может породить это чириканье? Ну ведь и зараза же — вся Москва у нее была в Куршавеле. Что это за проблема — филиппинская прислуга и правильный массаж? Но...

Ваша жена, измученная работой и дорогой, не покупает глянцевую лабуду, чтобы перелистать на диване? Это такой жанр типа индийского кино, бразильского сериала . Типа сказочек для щекотки, газированных врак. Теперь в столицах глянец больше, чем глянец. Не зависть и не вживание в фантомы недостижимого виной, а только радость от легкой щекотки. Правда, есть разница. Этические параметры в массовой продукции, получаемой нами из развивающихся краев, тех краев, где рожают восемнадцать человек в хижине и горбатят спины от рассвета до заката, там (а не у нас) заданы очень жестко. У наших же все плавает. Как-то не очень "хоть кого" жалко героине повседневности — вдовушке мужа убиенного, как-то легко она сговаривает приятеля порешить подозреваемого бандюгу, а потом быстренько собирается и сама глушить настоящего убийцу. И на фоне этой этической легкости, даже мрачновато-туповатого легкомыслия, все благородные порывы обустройства любовницы покойного мужа, ее ребенка, коммерческие идеи и бесчестные партнеры с конкурентами выглядят уж совсем неубедительно. Как ни крути, на фабриках по производству разных там барби свои правила и законы. А у нас все получаются уродцы типа куклы-пупса артикул номер восемнадцать, без глаз.

Московская таксистка Раиса Белоусова, откровенно рассказавшая в своих записках о собственных и общечеловеческих ночных приключениях на улицах и в подъездах столицы со своей неказистой повседневностью, недопитым пивом, недоплаченными, обманутыми девками, выглядит на фоне рублевской конечно же предпочтительнее. В ее книжке "Ночная таксистка" нет никакого сквозного сюжета, кроме собственной, небогатой жизни, своего ребенка, своей семьи. Мечется, натужно и грубо шутит, лишь бы вывернуться, подзаработать и при этом не напороться на случайный нож, на беглого каторжника. Но в этой книжечке, напечатанной на желтенькой бумаге, столько кровавеньких, щемящих кусочков правды про разных прохожих: трезвых, обиженных, обозленных, радующихся, вспоминающих, несмешно шутящих, раздувающих щеки, агрессивных, злых, пьяных... В этих диалогах тетеньки за рулем с навязчивыми кавалерами, недоверчивыми джентльменами, любопытными иностранцами столько вперед предсказано — про город, про страну и про то, как внутри голов наших что-то серьезное меняется, как мы начинаем понимать окружающую жизнь, — что эта квазилитература затягивает пуще самого аппетитного глянца. Не могу удержаться, чтобы не вывалить хоть фрагментик из этих монологов. Вот один уродик говорит по мобиле:

"Понимаешь, я перед тобою полностью честен. Я по экономике сейчас не буду говорить, а разгильдяйством я никогда не занимался, меня бы отец зарезал. Вот, а то, что мы сегодня выпили с этим товарищем, так за информацию. Эта информация прямо со мною, если хочешь в этом разобраться. Ну и слава богу. Мы на доверие выползаем или нет? Значит все тогда, я так понял? Ну, все тогда. Господи! О чем разговор тогда? Ты всего лишь учительница, какие проблемы тогда? Я тебе расскажу о своем масштабе, твоя работа примерно два процента от моего масштаба. Твой ВВП два процента от моего валового продукта. Лапочка моя, я понял, что ты не хочешь меня видеть, все, понял".

Увлекает, но понятно, что есть текущие аналогии. Физиологические очерки в прессе нашей, уже считающей себя литературой, как показывает практика — когда-то еженедельной "Столицы", а теперь цветного, в жанровых снимочках "Большого города", — никуда не выводят. Глянец катит баранки сюжетов, а физиологическая журналистка — мусорные горы супер-правдухи. Концы не сходятся, литература почти не вытанцовывается. Потребитель глянца и потребитель очерков — один человек. Он мечется от одного к другому, тошно глотать сверх нормы одно и другое: там форма сверкает, технологично сработанная набившей ручку на курсовых сценарных работах девушкой Робски, здесь натура прет подробностями, как запахом от лифта... Над банальностью вымысла и правдой цитаты он обливается одними и теми же, супер-лайт слезами. Дамочки и тетеньки — творцы квази-литературы — сквозят мимо, по встречной, но курс у них общий. Это такой издательский заказ — на чтиво. Ничего плохого. Существенна ли для вас разница между таксисткой и богатой вдовушкой с Рублевки? Одна душой болеет, но дел по горло... Другая душой болеет, сопереживает, но тоже — мимо едет. Одна — из Москволевки, другая — из огромнейшей, разлапистой Москвищи. Сколько же городов в нашем городе... И всюду неметено, неметено.

Алексей Токарев

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Жителям ФРГ предлагают избрать канцлером президента РФ. Плакаты с таким призывом появились у Рейхстага перед выборами в бундестаг. Что думают об этом немцы?

Выбор всегда есть: немцы хотят заменить Меркель Путиным
Комментарии
Американцы опубликовали пособие по войне с Россией
"Выкорчевать заразу": Каспаров поставил России условие
Американцы опубликовали пособие по войне с Россией
Погибнут миллионы: пророки и ураганы раздули панику в США
У США и России хотят отобрать право вето в ООН
Посольство США пригласило россиян за визами в Киев
У США и России хотят отобрать право вето в ООН
КНДР пригрозила США неизбежным ядерным ударом
В Европе началась "русская партия"?
В Киеве начали бить за "Слава Украине!"
КНДР пригрозила США неизбежным ядерным ударом
На телешоу "Голос" впервые прозвучал русский мат
Как США будут мешать инициативе Путина о миротворцах в Донбассе и что из этого выйдет
"Яблоко" предлагает России смириться
Чему русские научили Европу
"Кассини" заснял на кольцах Сатурна неопознанный объект
Беглянка из КНДР раскрыла кутежи Ким Чен Ына
Беглянка из КНДР раскрыла кутежи Ким Чен Ына
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
СМИ: ОБСЕ признала Крым частью России
В Киеве начали бить за "Слава Украине!"