Лекарства: Как выбрать, чтоб выздороветь

Как санкции и колебания валютного курса повлияли на фармацевтический рынок России, цены на лекарства в аптеках? Как сказал Pravda.Ru директор по развитию компании RNC Pharma Николай Беспалов, цены на лекарства выросли как раз из-за перипетий с валютным курсом. Однако в этой ситуации у российских производителей лекарств появился шанс на рывок.

— Николай, какое сейчас положение и тенденции на рынке лекарств? Как экономические и другие события влияют на цену?

— По итогам 2014-го года доля российских препаратов составляет приблизительно 25 процентов от суммы продаж. В натуральном же выражении (в упаковках) доля российских препаратов существенно выше — порядка 70-ти процентов. Естественно, желание получить выгоду, плюс высокая доля импортозависимости в денежном выражении, сказывается на ценовых тенденциях.

Доля российских препаратов на рынке достаточно условна. Потому что зависимость российской фармакологии велика и серьезна. Российские компании, как правило, работают на импортном оборудовании, производят препараты из импортного сырья.

Эта импортозависимость очень ослабляет, поэтому колебание курса валют сказывается в целом не только на ценниках импортных препаратов, но и на российских. Производители просто вынуждены повышать цены.

— Производители продуктов жалуются на диктат торговых сетей. Какая ситуация на лекарственном рынке?

— Сложно сравнивать рынок потребительских товаров или продуктов питания с лекарственными препаратами. Очень отличается сама структура продажи, регулирование у нас более жесткое. На фармрынке ситуация другая, потому что количество сетевых структур исчисляется тысячами.

Конечно, есть лидеры на этом рынке, они пытаются диктовать условия производителям. Но доля самой крупной аптечной сети на рынке сейчас составляет всего около 3,5 процентов, поэтому ни о какой монополии и диктате речи быть не может.

Еще одно различие. На рынке продуктов питания представлено большое количество самых разных производителей, включая фермеров. Для фармрынка произвести продукт в небольшом количестве и попытаться его продать просто технически невозможно. На фармрынке для таких маленьких, слабых игроков просто отсутствуют условия.

Продукцию необходимо специальным образом зарегистрировать, потратить определенное время, определенные ресурсы не только, чтобы произвести этот продукт, но и чтобы получить все необходимые разрешения для его продажи.

Крупных международных компаний — несколько сотен. Все самые крупные игроки, которые делают наиболее важные, наиболее серьезные лекарственные препараты, они в нашей стране представлены. Многие компании начинали работать на территории нашей страны еще во времена Советского Союза.

— На что нужно ориентироваться приобретая лекарство? Это зависит от страны, где оно произведено?

— Я думаю, что обычный человек по этикетке или по стране происхождения точно не сможет принять никакого взвешенного решения. Потому что он не обладает необходимыми знаниями. Вообще, попытка оценить качество препарата по стране происхождения — довольно странный подход, сравнимый с неким суеверием.

По упаковке лекарственного препарата далеко не всегда можно установить страну происхождения. Кроме того, даже тот продукт, который произведен на территории Франции, Германии или любой другой европейской страны, чаще всего сделан из сырья, которое произведено на территории Китая или Индии.

— Много ли иностранных фармкомпаний локализовались в России?

— Не так давно появилась программа развития фармацевтики до 2020-го года. Но очень многие зарубежные фармкомпании, не дожидаясь, когда они вступит в силу, начали строить на территории нашей страны собственные производственные мощности, что было оправдано уже на тот момент. С этой программой у политики локализации появился новый стимул.

На текущий момент из десятки крупнейших иностранных фармкомпаний, которые представлены на рынке нашей страны, только одна или две не имеют здесь собственных производственных мощностей. Другое дело, что не все проекты по локализации производств работают в полную силу. Они стартовали в разное время. Кто-то уже вышел на производство в промышленных объемах, кто-то только завершает строительство или находится на разных этапах развития предприятия. Но, в общем-то, этот процесс очень активен.

— Перенос производства в Россию влияет на снижение цены? Как сказываются санкции и кризис?

— Вопрос сложный. Конечно, в цене лекарственных препаратов играют роль расходы на логистику, уплату таможенных пошлин и так далее. Но себестоимость производства лекарственных препаратов в нашей стране исторически достаточно высока.

Помимо этого существуют существенные затраты на продвижение препаратов. Доля этих затрат в ряде случаев составляет от 30 до 40 процентов, поэтому перенос производства на территорию России на цене практически не сказывается либо сказывается достаточно незначительно, для конечного потребителя это малозаметно.

Политическая составляющая санкций фармрынка не коснулась за исключением отдельных случаев. Я знаю только одну ситуацию, когда российская компания-производитель, заключив контракт с американским поставщиком на поставку производственного оборудования, из-за этого не смогла вовремя получить оборудование.

Но потом эта ситуация  благополучно разрешилась, были найдены возможности по обходу этого запрета. Тот же фактор девальвации национальной валюты сказался гораздо более серьезно, потому что наш рынок сильно импортозависим.

Одним из результатов текущего кризиса стало то, что доля российской продукции начала медленно увеличиваться. Увеличение связано не только с рынком госзакупок, где государство совершенно открыто говорит, что потихоньку вытесняет из этого сегмента иностранных игроков. Этот процесс идет очень активно и на рынке коммерческом, где потребитель просто делает выбор в пользу отечественных аналогов.

Рост цен на российские лекарственные препараты в любом случае менее интенсивный, чем на завезенные из-за границы. 

Собственное производство сырья, так называемых фармсубстанций, тоже существует. В советский период оно как раз было очень сильно развито, также сырье и лекарства поставлялись из дружественных стран. Но когда произошел слом экономической модели, российские производители сырья оказались в очень сложной ситуации, не смогли конкурировать на рынке, в том числе по цене, с теми же самыми производителями из Китая или из Индии.

Многие такие предприятия были закрыты либо существенно сократили объем производимой продукции. Они пытаются каким-то образом сейчас работать и развиваться, но значимую долю рынка им пока занять достаточно сложно.

Сейчас очень активно развиваются технологии, связанные с производством лекарственных препаратов. Очень многие российские компании занимаются именно биотехнологиями, а не химическим синтезом. Сейчас они имеют возможность создать свое производство полного цикла. Это технологически и экономически оправдано. Они вполне могут конкурировать по цене и качеству своей продукции с иностранными поставщиками.

- Обычно требуются годы, чтобы создать препарат, и еще больше времени, чтобы провести испытания и получить все разрешения. Благодаря чему это можно сделать быстрее?

— Когда случаются, не дай Бог, эпидемии, можно создать и внедрить препарат за считанные месяцы. Так было в 2009-м году, когда возникла очередная эпидемия очередного гриппа. Для доступа препарата на рынок построено очень много различных административных барьеров. Конечно, это правильно, потому что лекарственный препарат, как ни крути, чужеродный компонент для организма, и прием чужеродных агентов может привести к очень негативным последствиям для здоровья.

Поэтому во всех государствах построена система барьеров и проверок. При экстренных внештатных ситуациях, конечно, государство может отказаться от некоторых элементов этого контроля и ускорить проведение остальных проверок.

Сам процесс создания какой-то молекулы не требует очень много времени. С испытаниями эффективности и побочных действий — уже ситуации различные. За несколько месяцев полностью проверить действие новых препаратов для лечения хронических заболеваний просто технически невозможно.

Потому что эффект нужно отслеживать в течение нескольких лет. Если речь идет о каких-то острых состояниях, можно проверить эффективность препарата за несколько месяцев. Но обычно процесс занимает годы, а часто — даже десятки лет.

— Насколько актуальна на рынке лекарств проблема контрафакта и фальсификата? Много ли этой продукции?

— Проблема фальсификатов в нашей стране традиционно преувеличена. Возможно, на каком-то этапе развития фармрынка было кому-то выгодно поднять шум вокруг этого. Сейчас выстроена очень серьезная система контроля за обращением продукции на этом рынке. Все заявления, которые периодически появляются в средствах массовой информации, что на российском рынке доля фальсификатов — 30 или 60 и более процентов, абсолютно не соответствуют действительности. Она стремится к нулю.

Росздравназдор обладает необходимыми специалистами и техническими возможностями, чтобы проконтролировать и не допускать фальсификаты на рынок.

Другое дело, что существует проблема самостоятельного назначения лекарственных препаратов, когда пациент приходит в аптеку без консультации с врачом. В таких случаях, естественно, возникают ситуации, когда этот препарат оказывается неэффективен или дает какие-то побочные эффекты, от которых человек страдает. Это люди часто списывают на то, что приобрели фальсификат.

Есть проблема обращения на рынке некачественных препаратов. Он может быть произведен или перевезен с нарушением технологических норм. Такие нарушения тоже отслеживаются и фиксируются Росздравнадзором. Таких случаев больше, чем фальсификатов.

Сами люди могут контролировать режим хранения лекарств. На каждой упаковке указан температурный режим и другие условия хранения. Если человек в аптеке приобретает препарат, который должен храниться при пониженной температуре, а ему его достают не из холодильника, то приобретать подобный продукт не стоит.

И нужно обратиться в контрольное ведомство, инициировать проверку. Контакты Росздравназдора легко найти, и очень просто туда обратиться.

— Любой человек может туда обратиться, принести на анализ лекарство?

— Да, абсолютно так. Второй момент — если упаковка помята, как-то нарушена, окраска изменила цвет, смазаны буквы — это тоже повод задуматься. Препарат тоже может быть некачественный, неправильно храниться, либо он, возможно, и поддельный. По внешним признакам здесь как раз можно и нужно ориентироваться.

Подготовил к публикации Юрий Кондратьев

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках, Google+...


Кошелёк или жизнь: станут ли лекарства дешевле и качественнее?
Комментарии
Больше ясности: Израиль вывез из Сирии "Белые каски"
Линия Путина: вдоль западных границ России началась военная стройка
МОК объявил о готовности принять Россию обратно
Самолеты Путина и Трампа сравнили по мощи и стоимости
Разорим и запретим: Москва готовит суперсанкции против Украины
Россия готова зайти "максимально далеко" в диалоге с Японией
Россия готова зайти "максимально далеко" в диалоге с Японией
Что даст референдум в Донбассе, а потом и в Крыму
Это всё придумал Бисмарк: как Госдума приняла "проклятый" закон
СМИ: Путин предложил Трампу новый план по Донбассу
Как атеист Ципрас предал греков, православие и Россию
Референдум в Донбассе - многоходовочка или "слив"?
Референдум в Донбассе - многоходовочка или "слив"?
Больше ясности: Израиль вывез из Сирии "Белые каски"
Референдум в Донбассе - многоходовочка или "слив"?
Референдум в Донбассе - многоходовочка или "слив"?
Больше ясности: Израиль вывез из Сирии "Белые каски"
В Катаре назвали причины, почему превзойдут Россию в 2022 году
Британцы назвали советских солдат "пожирателями" скакунов
Брюсу Уиллису не придется спасать планету
Брюсу Уиллису не придется спасать планету

О новом мировом порядке пока не говорят. Но о том, что новой Европе нужна новая система безопасности, речь идет уже давно. Теперь она начинает складываться. Насколько все-таки реальна и безопасна эта система? А точнее, сразу две системы? Об этом "Правде.Ру" рассказал директор международных проектов Института национальной стратегии Юрий Солозобов.

Новый мировой порядок Европы - вызов России