Автор Правда.Ру

Конфискация имущества: все, что найдут, у всех, кто виноват

Сегодня СМИ снова наводнили слухи о том, что конфискацию имущества вот-вот вернут практически в том же виде, в котором она существовала пару лет назад. С момента отмены конфискации прошло так немного времени, что многие узнали об этом, когда ее снова собрались вводить.

Вчера всех взбудоражила заметка в газете «Коммерсантъ» , в которой утверждалось, что в президентских поправках к Налоговому и Уголовному кодексам РФ предлагается вернуть конфискацию любого имущества в качестве меры наказания за любые преступления.

Напомним, что в России эта мера была ликвидирована в конце 2003 года с принятием соответствующих президентских поправок. Взамен нее сейчас применяется так называемая специальная конфискация. Она предусматривает изъятие имущества, которое применялось для совершения преступления или было получено в результате преступления. В мире ее применяют в случаях легализации преступных доходов, финансирования терроризма, нелегального оборота наркотиков, а в России применяют шире, при кражах или, например, растрате государственных средств.

Среди причин, приведших к отмене конфискации, было то, что эта мера практически не работала. Обычно имущество обвиняемых, нажитое преступным путем, оказывалось записанным на близких, дальних родственников и знакомых.

Конфискация была фактически заменена штрафом до одного миллиона рублей. Но уже сразу было ясно, что этого явно недостаточно. Как отмечал начальник управления Генпрокуратуры по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел Олег Анкудинов, «по экономическим преступлениям, например контрабанде, суды, как правило, приговаривают осужденных к условному сроку и штрафу в несколько десятков или сотен тысяч рублей. Разве это остановит чиновника, который получает взятку в несколько миллионов долларов?».

В том же русле выступал депутат Госдумы Евгений Ройзман: «Все цыгане, узнав об отмене конфискации имущества, прыгали от радости. Теперь у них не могут конфисковать особняки, построенные на доходы от торговли наркотиками».

Не прошло и полугода с отмены конфискации, как заместитель генерального прокурора Сабир Кехлеров выступил с инициативой вернуть конфискацию в Уголовный Кодекс, применительно к борьбе с коррупцией. Тогда эти предложения показались слишком недемократичными. Но после трагедии в Беслане, когда Путин завел речь о борьбе с финансовой и экономической базой терроризма и коррупции, общественность стала менее строго смотреть на законодательную «реакцию».

Во время соответствующих слушаний в Госдуме представители Генпрокуратуры внесли ряд предложений возврата к конфискации, но уже с учетом существующих реалий. Например, применять эту норму по отношению к коррупционерам и террористам. И если у первых предлагалось отбирать только незаконно нажитое, то у террористов – отбирать все, что только удастся следствию найти.

Также эксперты Генпрокуратуры предложили возложить на обвиняемых обязанность доказывать легальность нажитых ими средств. Правда, эта новация нашла много противников, так как она, по их мнению, нарушает принцип презумпции невиновности.

Наконец прокуроры считают целесообразным ввести уголовную ответственность для юридических лиц. Иными словами, если руководство фирм пользовалось для получения доходов заведомо незаконными методами, оно должно отвечать не только своим личным имуществом, но и активами предприятия. Рискнем предположить, что подобная норма существенно упростила бы игры вокруг ЮКОСа  и его активов.

Стенания прокуроров были услышаны. Как недавно прозрачно намекал в «Российской газете» председатель думской комиссии по противодействию коррупции Михаил Гришанков, уже скоро понятия «незаконное обогащение», «конфискация имущества», «признаки коррупционности» обретут статус закона.

По данным «Коммерсанта», в новой редакции сферу применения конфискации предлагается значительно расширить. При этом конфисковывать будут не только денежные средства, ценности или имущество, полученное в результате незаконных действий, но также доходы и прибыль от этого имущества и даже имущество, "переданное осужденным другому лицу, если у этого лица имелись основания полагать, что оно получено в результате преступных действий".

Тем самым конфискацию предлагается не только возвратить, но и всемерно ужесточить. Иначе коррупцию не победить, считают прокуроры и силовики. “В противном случае для коррупционеров становится выгодна экономическая составляющая преступления, — заявил как-то генеральный прокурор РФ Владимир Устинов. — Необходимость возвращения конфискации также предусматривает подписанная Россией Конвенция ООН против коррупции”. Депутат-антикоррупционер Михаил Гришанков, в свою очередь, апеллирует к антикоррупционной конвенции Совета Европы.

Интересно, что практически сразу же депутаты поспешили опровергнуть слухи о том, что на предложениях, упомянутых в «Коммерсанте» не было президентской визы. В частности об этом в прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" заявил замглавы комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам (фракция "Единая Россия"), адвокат Андрей Макаров. Впрочем, Макаров не отрицает, что на бланке предложений было указано, что они вносятся президентом, но считает это чьим-то волюнтаризмом. Макаров – адвокат, возможно его гневная отповедь объясняется профессиональной солидарностью. Адвокаты не сильно жалуют возврат конфискации.

Очевидно одно – у поправок много не только сторонников, но и влиятельных противников. И президенту придется выслушать всех.

P.S.: Экспресс-опрос, проведенный радиостанцией «Эхо Москвы», показал, что 57% опрошенных высказываются за конфискацию, в то время как 43% опрошенных считает, что у совершивших преступление не надо конфисковывать имущество.