В Европе растёт число прогнозов относительно вероятности энергетического кризиса. Эскалация конфликта на Ближнем Востоке спровоцировала резкий скачок цен на газ в Европе, которые достигли максимума с 2023 года.
Для континента это серьёзная угроза нового энергетического удара, говорится в материале британского издания Financial Times.
Из-за фактической остановки судоходства в Ормузском проливе и ударов Ирана по Катару стоимость голубого топлива с пятницы, 27 февраля, подскочила на 53%.
"Это двойной удар, — считает Хеннинг Глойстейн, эксперт по энергетике из Eurasia Group. — Европа только что вышла из промышленного энергетического кризиса, и теперь нас ждет следующий".
В среду, 4 марта, танкер с сжиженным природным газом, направлявшийся во Францию, внезапно изменил курс и взял курс на Азию. Этот манёвр ярко продемонстрировал обострение борьбы за ресурсы с азиатскими экономиками.
Главный экономист Европейского центрального банка Филип Лейн предупредил: затяжное военное противостояние на Ближнем Востоке грозит обернуться "значительным всплеском инфляции из-за взлетевших цен на энергоносители и резким падением объёмов производства".
Аналитики из компании Rystad не исключают, что в самом крайнем случае Европе придётся рассмотреть вариант расширения импорта из России.
Напомним, ранее уже отмечалось, что поставки сжиженного природного газа из Катара ориентированы в основным на азиатские государства. Туда идёт порядка 80% экспорта.
Речь, в первую очередь, об Индии, Китае, Южной Корее, Японии. Очевидно, что их потребности в энергоресурсах значительны.
И в этой связи не так уж и важно, что в Европу поставляется всего 10% (или чуть больше) катарского СПГ. Потому что прекращение поставок из этой страны в азиатские государства означает, что им придётся покупать газ в других местах.
Это означает обострение конкуренции, а она, в свою очередь, — рост цен. То есть кто больше предложит, тот газ и получит. Выше была упомянута история с танкером, шедшим во Францию, но затем сменившим курс на Азию. А сколько их ещё будет, таких танкеров, пока никто не возьмётся прогнозировать.
Теперь о "крайнем случае" с расширением Европой импорта из России. Вообще, говорят об этом не только аналитики Rystad. Ранее на ту же тему высказывался министр энергетики Норвегии Терье Осланд. Он говорил о возможности дебатов в Европе по поводу российских энергоносителей.
Но здесь ведь какая ситуация: дебатировать, конечно, никто не запрещает. Вот только у Европы всего несколько месяцев для заполнения подземных газовых хранилищ и подготовки к зимнему сезону. Заполнены эти хранилища должны быть не менее чем на 90%.
А от импорта российского газа во всех видах (СПГ и по трубопроводам) Евросоюз намерен отказаться в 2027 году. При этом краткосрочные контракты прекратят действие уже в 2026 году. По поставкам СПГ в апреле, трубопроводного газа — в июне.
И здесь, конечно, следует напомнить о том, что сказал во вторник, 3 марта, президент России Владимир Путин. А сказал он про то, что Россия может уйти с европейского рынка, не дожидаясь, пока запреты Евросоюза вступят в силу.
"Планируют через месяц <…> ввести ограничения на покупку российского газа, в том числе сжиженного, а через год — в 2027 году — ещё дальнейшие ограничения, вплоть до полного запрета, — напомнил Путин о позиции ЕС. — А сейчас открываются другие рынки. И, может быть, нам выгоднее прямо сейчас прекратить поставки на европейский рынок? Уйти на те рынки, которые открываются, и там закрепиться?"
Президент добавил, что это пока не решение, а "мысли вслух". Но отметил, что даст поручение правительству проработать этот вопрос.
В общем, повторимся, дискутировать в Евросоюзе могут сколько угодно. Только снизить цены на газ эти дискуссии едва ли помогут.