Владимир Костров: "Гений Пушкина - объединитель нашего народа"

Известный русский поэт Владимир Костров вот уже несколько лет возглавляет Пушкинский комитет Союза писателей России. Любителям поэзии он знаком с первых стихотворных сборников, которые вышли в начале шестидесятых годов. Сегодня он автор многочисленных книг стихов, песен, драматургических произведений и переводов с языков народов мира.

Его творчество отмечено Государственной премией России, премиями имени Николая Островского и Михаила Шолохова.Накануне Пушкинского праздника наш корреспондент беседовал с Владимиром Костровым о значении творческого наследия гения, о подготовке к его 200-летию со дня рождения.

— Говорить о Пушкине можно только в традиционно превосходных степенях. Он родился два века назад и в своем творчестве явил нам и всему миру замечательный талант русского народа, осуществленный в нем божественным вдохновением природы. Он вечно молод, загадочен в своей широте и необъятности, понятен народу в своей откровенности чувств и неисчерпаем в богатстве красок.

— Владимир Андреевич, встреча с Пушкиным у каждого своя. Как состоялась ваша встреча с его творчеством?

— Очень рано, в пять лет. Я родился в 1935 году, рос в костромской провинции, далеко от железной дороги. За текущей литературой там, конечно, не следили. Зато Пушкина у нас, как, наверное, и во всех краях России, читали и любили всегда — и наши отцы, и деды, и прадеды. Читали и знали как сказки, так стихи и прозу. Я очень рано научился читать — в пять лет. Тогда целые куски из поэм вошли в память. Получилось, что он вошел в мою жизнь еще до школы, а в школе знакомство и любовь к нему еще больше укрепилась. На живой детский разум его произведения ложились легко.

Можно сказать, что в жизнь таких, как я, он входил очень рано и естественно, словно с молоком матери. В том, что книги Пушкина в те годы были очень доступны, была прежде всего заслуга советской власти, за что ей большое спасибо. Мы сегодня знаем, что в СССР в связи со столетием со дня гибели и позже — стопятидесятилетием со дня рождения — были осуществлены очень многие научные и издательские работы: был начат выпуск академического собрания сочинений (закончен в пятидесятые годы), было выпущено несколько вариантов “Пушкинского календаря”, где жизнь его была прослежена по дням. Словом, в те годы Пушкин был воспринят как государственный поэт...

— Остается ли он сегодня государственным поэтом?

— Безусловно. Он не является поэтом того или иного режима. Он поэт исторической России, которая не отождествлена с той или иной властью. Если хотите, он наша национальная идея, чисто идеологическому анализу он не поддается. Он был вольнолюбив, являлся сторонником демократии, а вместе с тем и твердой государственности. Он мог писать стихи, высмеивающие попов, а вместе с тем его творчество находится полностью в православной традиции. Пушкин являл собой сразу много поэтов, много художников, он очень органичен, потому что не был человеком крайностей.

— Какие главные приметы праздника в этом году?

— Понятно, что прежде всего это генеральная репетиция празднования 200-летия. Впервые праздник проводится как общегосударственный. Создана и государственная комиссия, которой поручена ответственная работа. Но комиссия комиссией, а дела делаются прежде всего на местах, и от того, сколь серьезно там готовятся, и зависит успех. Конечно, Пушкин — это Москва, Питер, Михайловское, Болдино, но это и вся Россия. География Пушкинских дней выходит и за ее пределы, потому что он — везде, где есть русский человек.

Соответствующие общества, комитеты есть и в США, и в Австралии, и в европейских странах, и во всех республиках СНГ. И большое спасибо соотечественникам за это. Наша нынешняя задача понятна — сохранить все лучшее, что накоплено ранее, саму культурную составляющую. И этим привнести человечность, высокую гуманность в наше диковатое время. С Пушкиным человек может все. И в том, что целый год поэт будет с нами, окрыляя и вдохновляя нас, есть божественный знак свыше: когда сама государственность трещит, будущее России под угрозой, светлое имя национального гения консолидирует народ.

— На книжных прилавках достаточно разной литературы о жизни и творчестве поэта? Как вы считаете?

— Вот именно — разной. Хочется сохранить праздник и имена Александра Сергеевича и Натальи Николаевны в чистоте, а кое-кому хочется сделать наоборот, например представить его не православным художником, а человеком прежде всего ветреным и прочее и прочее. В этом особенно усердствует разложившаяся часть российской интеллигенции, часть эмиграции. Для большинства россиян это имя свято, но есть и такие “исследователи”, кто не прочь элементарно заработать деньги на очернительской спекуляции.

Главное же событие в издательской практике — осуществленное в течение последних лет переиздание собрания сочинений в девятнадцати томах. Доработанное и дополненное, оно впервые включает в себя тома автографов Пушкина и рисунки, сделанные его рукой, а также путеводитель по Пушкину, не издававшийся с 1931 года. Знаю, что впереди нас ждут новые биографические книги замечательных ученых — ленинградца Н.Скатова и москвича П.Палиевского. Кстати, недавно побывал в Китае, где выпущены шеститомное собрание сочинений великого россиянина, затем семитомное. Знаю, что в Японии “Капитанскую дочку” изучают в школе, и эта книжка является настольной для японских детей.

— Владимир Андреевич, вы давно работаете в Пушкинском комитете. Забот в нем, понятное дело, много, особенно теперь, когда у вас каждый день встречи, конференции, презентации. Но очевидно, и высокие чувства испытываешь, занимаясь святым делом?

— С 1982 года я входил во Всесоюзный Пушкинский комитет, как он тогда назывался. Много лет, если помните, его возглавлял Ираклий Андроников, потом — Егор Исаев и Михаил Дудин. После смерти Михаила Александровича председательствовать довелось мне. Я принял эстафету как продолжатель имеющихся традиций. И сегодня чувствуешь удовлетворение, в частности, и от того, что праздник удалось сохранить благодаря и собственным усилиям в самые трудные годы — в начале 90-х. Радуешься и тому, что даже в отсутствие финансирования находились люди и организации, помогавшие нам. Я прежде всего хочу назвать общественно-политическое движение “Союз реалистов” во главе с его лидером Юрием Петровым, многократно бравшим на себя финансовые заботы.

— Кстати, Владимир Андреевич, известно, что мощная когда-то организация — Союз писателей — распалась. Есть два московских союза, два ленинградских и т.д. На республиканском уровне, однако, прежде всего известен один Союз писателей, который возглавляет Валерий Ганичев, а сопредседателями являются Петр Проскурин, Валентин Распутин и Василий Белов. Именно он объединяет большинство писателей столицы и периферии, но тем не менее лишен по сути средств. А вы возглавляете Ассоциацию независимых писателей? Что же — это еще одна писательская структура?

— Точнее сказать, я руководитель Клуба независимых писателей. В его рамках мы не занимаемся политическими акциями, цель клуба как раз объединить спорящие, а порой и конфликтующие стороны в единую организацию, конфедерацию, профсоюз, если хотите. И некоторые подвижки к сближению уже наметились. Согласитесь, не очень ловко себя чувствуешь, когда в одном здании (в данном случае в этом) находятся Московская писательская организация и одновременно другая — Писательская организация Москвы. Кстати сказать, клуб как юридическое лицо тоже прописан здесь. Клуб — организация городская, при необходимости мы могли бы создать структуры и по России, но прежде всего важно объединить писателей здесь, в Москве.

— И последний вопрос, без которого не обойтись. Пишутся ли сейчас стихи?

— Пишутся, хотя и не так много, как хотелось бы. Несмотря на испытания, выпавшие на долю страны и ее народ, несмотря на все трудности и противоречия, мешающие нормальному развитию литературы. Российская словесность в ее главном, магистральном русле развивается, несмотря на малое количество периодических изданий, на небольшие тиражи книг и сокращение количества изданий, связанное с низкой рентабельностью большинства.

К сожалению, на слуху у россиян одни и те же имена писателей, чье творчество, кстати, любимо разве что за рубежом, но наши средства массовой информации стараются представить их как властителей дум русского народа. Книжные магазины забиты их сочинениями и собраниями сочинений. Но желаемое выдается за действительное. А стихи пишутся и понемногу печатаются. Только что сдал в “Современный писатель” книгу, в которую вошли и новые стихи. Все идет непросто, и все же мечтаю, что страна счастливо отметит 200-летие Пушкина, а я к тому времени освобожусь от организационных забот, смогу сесть за письменный стол и в творчестве еще быть полезным своему Отечеству. — Хотелось бы, чтобы с вашими стихами в ближайшее время познакомились и читатели “Правды”, газеты, уделяющей немало внимания современной литературной жизни России. — И это очень важная примета. А я благодарен за приглашение быть в кругу авторов нашей “Правды.Ру”.

Беседовал Николай ГОРБАЧЕВ.

06.06.98