Автор Правда.Ру

ЦЕНЗУРА И ЦЕЗУРА

Цезура — это (от латинского — сечение) пауза, словораздел в стихе: “Еще одно (цезура!) последнее сказанье...” Пушкин знал силу цезуры, интонационного ожидания, но он еще знал силу цензуры — гениального российского института, который был учрежден за 100 лет до его публикаций. Правительственным указом 1720 года и регламентом Духовной коллегии 1721 года цензура была поручена Синоду. Он осуществлял свои функции рьяно, порой топорно, но искренне. С воцарением Александра I в 1804 году был утвержден первый Устав о цензуре, в соответствии с которым ни одна книга или другие сочинения “не должны быть напечатаны... ни пущены в продажу, не быв прежде рассмотрены цензурой”. Запрещению подлежали сочинения, “противные закону Божию, правлению, нравственности и личной чести какого-либо гражданина”. Как благородно! И это условие сохранялось, как бы ни страдал от него Пушкин или другие наши великие литераторы. Правда, надо заметить, что и цензорами были гениальные и совестливые люди — Иван Александрович Гончаров или Константин Константинович Случевский. Но — цезура, пауза...
Каждый из нас, активно действующих литераторов и редакторов, помнит советскую, партийно-дубовую цензуру. Она была бездарной, с лицом Александра Яковлева, с его лохматыми бровями, но не была случайной! Оглядываясь на прошлое, на свои редакционные будни, я начинаю сознавать что антисоветизм, антивождизм эту цензуру не больно волновал. Например, я как редактор отдела поэзии “Литературной России” мог спокойно опубликовать к 75-летию Брежнева такие вирши:

По лесам и среди побережий
Веет светом от солнечных лент.
С днем рожденья, товарищ Брежнев,
Дорогой наш, родной президент.

Не помню был ли Брежнев президентом, но все-таки подставлять его и печатать такие — цензурно проходимые стихи! — не хотелось. Я поручил литконсультанту подготовить ответ с отказом, но, честно говоря, ответ завизировал, не прочитав. А идеологический отдел бдил! Вызвали “на ковер”, начали тыкать ответом бедного покойного поэта Павла Калины, который написал, что славить отдельные личности не надо, нехорошо... “Как?! — кричал мне какой-то инструктор. Надо славить! Но вы должны отвечать авторам: славить надо хорошими стихами!” Я смеялся про себя, но публично мы вынесли Калине выговор. Прости, друг. Цезура...
Но все-таки жизненный опыт надо обобщать. Вся моя жизнь прошла под яковлевским идеологическим диктатом: то он меня учил коммунистической идеологии, то капиталистической. А русский человек силен своим пофигизмом и гоголевской иронией: а доедет ли это колесо до Казани или Самары — до Шаймиева или Аяцкова? Доедет. Но и это ничего не решает. Надо заглянуть в корень, вглубь. А этот проникновенный взгляд высвечивает одно: запрещалось цензурой, искоренялось все истинно национальное, святорусское, патриотическое. Потрясающий нюх был! Печатаю Александра Межирова (жив ли он там, в Америке? Что делает?). Думаю, цензура точно вмешается, снимет пораженческую строфу об учительнице немецкого в довоенной Москве:

Зачем вопросами врасплох
Ты этих мальчиков тревожишь?
Да им и надо-то всего лишь
Два слова помнить: “Хенде хох!”

Нет, спокойно проходит! Звонит Евгений Евтушенко: “Поздравляю, сильнейшие стихи! Я даю вам самые свежие и острые”. Читаю, сомневаюсь. Сталкиваюсь с цензором в столовой. Говорю: “Александр Иванович, ты сам стихи пишешь, а я — не главный редактор, давай как поэт с поэтом: вот такие-то строки пропустишь?” Улыбается загадочно: “Засылай в набор. Там посмотрим — Евтушенко многое разрешено, он ведь про революцию писал, про КамАЗ...”
А вот к чему он был беспощаден, русский человек, историк по образованию, так это к попыткам преступить главную заповедь, разрушить старый мир до основанья, порвать связь веков, великих наших традиций — воинских, православных. Я был поражен, когда было снято совершенно безобидное, глубоко патриотическое стихотворение Анатолия Жигулина “Медали”:

Медалью за Победу
Играет оголец.
С войны награду эту
Привез его отец.
А впрочем, та победа
Девятого числа —
Не от отца, от деда
Ко внуку перешла...

Это было недопустимо! Как и мысль о схожести русских медалей:

Как будто их единый
Художник рисовал —
За взятие Берлина,
За Шипку-перевал...

Вот из-за того, что мы пытались связать славянские просторы не общей памятью, историей, коренными интересами и верой, а — идеологией, подтвержденной силой оружия, и были утрачены Чехия, Болгария, даже родная Украина!
Впрочем, поводом для оглядки на прошлое послужило воспоминание о стихотворении моего покойного друга, прекрасного вологодского поэта Виктора Коротаева:

Газеты хвалят сенокосы
И небывалый намолот,
Но по привычке, видно, осень
Веселых песен не поет.

Березы молча смотрят в пруд,
Боятся вдруг спугнуть удачу,
А бабы если и поют,
То все равно как будто плачут...

Что началось! Выговор цензору, который поддался элегичности этих строк, а за ними, мол, охаивание успехов и небывалого урожая. На совещании цензоров в ЦК зачли как ярчайший образец безответственности редакторов и небдительности цензоров. Цезура со вздохом...
Что же теперь-то нам писать, когда трава на Валдае, где я был уже в августе, ложилась под дождем: некому косить. Когда намолоты упали вдвое, даже втрое с тех времен. Когда и удач нет: нечего вспугивать! А пиши что хочешь: или не напечатают, или не прочтут, или прочтут без сердечного и умственного отклика. У нас теперь президент зато стихами говорит или тот, кто ему речи краткие пишет. Сижу у телевизора и слышу в интервью:

Никуда я не уйду! (цезура)...
Разгонять не стану Думу (цезура)...
А в двухтысячном году (цезура)...
“Президентствовать не буду”

(Это мой вариант завершения строки). Ельцин сказал прозой: “У России будет новый президент”.
Вот такие у нас теперь бесцензурные, безответственные, бессовестные времена цезур, заиканий, спотыканий на ровном месте. Смотришь телевизор, открываешь газеты, оглядываешь книжные развалы и сыпятся перлы “противные закону Божию... нравственности и личной чести”. Значит, покамест России — не подняться...

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Скандально известной судье Краснодарского краевого суда Елене Хахалевой велено писать заявление об отставке, заявил в своем очередном видеообращении бывший судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков.

СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой

Скандально известной судье Краснодарского краевого суда Елене Хахалевой велено писать заявление об отставке, заявил в своем очередном видеообращении бывший судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков.

СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
Комментарии
"Выкорчевать заразу": Каспаров поставил России условие
Перепись вассалов: почему Россия отвергла план Трампа
Перепись вассалов: почему Россия отвергла план Трампа
Победила дружба: Узбекистан метит в лидеры региона
США поставили в тупик испытания МБР "Ярс"
Эксперт разгадал загадку "небывалого товарооборота" Украины и США
СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
Российский "Триумф" в армии НАТО
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Потомок Александра II: Путин — сильный и харизматичный лидер
Правнучка "той самой" Матильды готовится потрясти Россию
Потомок Александра II: Путин — сильный и харизматичный лидер
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Мадрид в бешенстве: Барселона разыгрывает крымский сценарий
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Власти поставили точку в налоговых разногласиях реновации
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Дочь Ильхама Алиева делала селфи в зале ООН, пока отец говорил о Карабахе
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?