Немецкий боксер матерится по-русски

Небольшая в 6 квадратных метров камера N 132, которую летом ярко освещает полуденное солнце. В одном углу располагается чистенький унитаз, рядом раковина с прикрепленныи над ней зеркалом, в противоположном углу аккуратно заправленная койка. На одеяле лежит эспандер, альбом для рисования и учебник русского языка. У зарешеченного окна лежит загорелый мужчина в плавках. На крепкой шее болтается толстая золотая цепь, такие носили русские хлопцы из криминальных бригад постперестроечного времени. Он не молод, но при каждом движении жилистого тела видно, как перекатываются под кожей бугры мускулов. Стальная дверь открывается и охранник выкрикивает:
- Заключенный Веллер, на прогулку!
Стальная пружина, ростом 1,76 м и весом 60 кило, вскакивает на ноги. Если бы животные могли носить одежду, то наверное, так бы одевался тигр или снежный барс. В каждом движении чувствуется гибкость и мощь семейства кошачих. С руками сцепленными за спиной, мужчина выходит во внутренний дворик тюрьмы неподалеку от Штутгарта. Среди прогуливающихся заключенных он видит зэка, осужденного за педофилию.
- Еще раз, падла, увижу твое хлебало — перехерачу! — говорит мужик пэдэ, и на его скулах играют желваки.
Педик съеживается и старается незаметно раствориться среди других арестантов. Крутого мужика зовут Рене Веллер (Rene Weller). Он на семь лет осужден за торговлю наркотиками, незаконное владение оружием, укрывательство краденного и подделку документов.

У 50-летнего уроженца небольшого городка Пфорцхайм (земля Баден-Вюртемберг), легенды немецкого бокса и "супер-мачо нации" Рене Веллера, двукратного чемпиона Европы и чемпиона мира 1984 года по боксу в легком весе, в Германии много поклонников. Его освободили 31 января 2003 года, через 4 с половиной года отсидки. С формулировкой "за хорошее поведение". Сразу после выхода из тюрьмы, Рене выходит на ринг против Расто Ковача. К шестому раунду он перебивает 19-летнему словаку руку. Победа техническим нокаутом. 23 апреля "папа бокса" пожелал драться с турком Левентом Шюкюром за обладание поясом ЧМ по версии WBF.
О своих подвигах и стычках с матерыми урками, наркоманами и вертухаями, спортсмен и поэт Веллер пишет в книге. Автобиография уже вышла в Германии, и автор уверенно утверждает, что она будет "намного круче", чем наделавшие много шума скандальные откровения композитора и поп-певца из дуэта "Модерн Токинг" Дитера Болена. Ведутся переговоры о книге стихов спортсмена. Там есть такие строфы: "Сажают только за дело, люди так говорят. Они очень не правы, тут много отличных ребят. Встречаются суки, шалавы, авторитеты и паханы. Но в общем, веселые парни, друзья мои, братаны!". Находясь в заключении, Рене не только сочинял стихи. Он рисовал и писал для тюремной стенной газеты и изучал русский язык. "75 % всех зеков — иностранцы. Очень много русских немцев из Казахстана. Для них здесь настоящие "каникулы" с трехразовым питанием. Они живут в сказочной стране молочных рек с кисельными берегами", — объясняет свое желание изучить сложный для иностранца язык Рене.

В конце 90-х годов непобедимого боксера (52 победы, две ничьих, одно поражение по очкам, не получившего на ринге ни одного нокаута) и одну из самых ярких личностей немецкогог спорта арестовали "за сбыт 13,5 кг кокаина стоимостью от 200 до 400 тысяч марок".
- Я был тогда наивным и добродушным дурачком, фраером голимым, — вспоминает сейчас Рене. — Одна блядина-наводчица подставила меня с наркотой по полной программе. Она уговорила меня взять бабки за кокс. Товар оказался паленым.
Герр Рене не договаривает. Блядиной была его бывшая подружка. В данный момент эта жучила по подложным документам перебралась в Америку и затерялась на просторах звездно-полосатых Штатов. Веллер далек от мыслей о мести неверной подельнице.
- Пусть живет. Я - человек верующий и считаю, что Бог не делает, то к лучшему, — признается экс-боксер. Тюрьма научила Рене двум принципам из трех постулатов блатного мира — "не верить и не просить". "Не бояться" он перестал уже давно, когда впервые пришел в спортшколу Баден-Вюртемберга. Правда, пару раз попросил. Один раз, обратившись к начальнице тюрьмы, он сказал ей: "У тебя нет что ли хорошей косметики? Пойди, нормально накрасься!". В другой раз дал понять охраннику, который вывел его зимой на прогулку, что "здесь колотун, я хотел бы назад в камеру" и вдобавок пошутил над желторотым: "А то я тебя, братан, на коленки поставлю!". В официальном протоколе на имя тюремного руководства в тот же день легла бумага. Лишенный чувства юмора перепуганный надзиратель написал: "Господин Веллер угрожал мне, что изобьет меня, если я немедленно не отведу его назад в камеру. В противном случае, он прийдет ко мне домой и изобьет меня там". За крепкими плечами Веллера восемь дисциплинарных штрафов. Показывая жилистым пальцем на якорную цепь, украшающую шею, Рене с горечью извиняется:
- Это дешевка стоит около 3 тысяч евро. Мою цепь за 15 000 евро стибрили в тюряге, пока я мылся под душем...

Пока боксер мотал свой срок, он получал 1,36 марок в час. Много не заработал, но не роптал. Небольшую недвижимость на Канарах суд не конфисковал, а платить за нее нужно регулярно. А пока не капает с гонорара за книгу, "красавчик Рене" выкручивается как может. Приторговывает новыми роскошными зажигалками. По своим двум мобильникам Веллер звонит дилерам, а потом мальчики на побегушках приносят ему пластиковые пакеты с товаром. Вполне легальный бизнес. На руках у крутого мужика мать-старушка и новая подружка. С 25-летней студенткой-журналисткой Рене познакомился за год до своего освобождения и она писала ему в тюрьму страстные любовные письма. О первом знакомстве с ровесницей его дочери, Веллер говорит с воодушевлением:
- Мы сразу же залезли друг на друга. Сначала в спортзале, а потом в кабинке для душа. Полный абзац. Ее всегда поражало, как это мне удалось, загорая через решетку в камере, не стать зеброй. В лучшие годы я по четыре раза на день оттягивался с девчонками. В камере мне секс не был нужен. Ни журнальчиков, ни порнушки — все натурально, в кулачок.
В ноябре герру Веллеру стукнул полтинник. К этому времени вышли две его книги: стихов и воспоминаний. К одной из них напечатан эпиграф на английском: No risk, no fun — Кто не рискует, тот не пьет шампанского.

Обсудить