Советская легенда без прикрас: чем Москвич-2140 разочаровывал владельцев

Одна из, пожалуй, самых частых фраз, повторяемых, как в интернете, так и "оффлайн" — "раньше было лучше". Что касательно России, этот "мем" стараются применять в т. ч. т советскому автопрому. Говорят, мол, раньше легковушки выпускали более качественными. Но так ли это на самом деле?

Фото: Own work by cheloVechek, https://creativecommons.org/licenses/by-sa/3.0/

Автомобиль Москвич преодолевает водную преграду

Смею вас заверить, как бывший владелец "Москвича-2140", машины тех лет выходили из строя ничуть не реже, чем современные. К тому же ситуацию усугубляло полное отсутствие в свободной продаже запчастей, а также их невысокое качество. Разумеется, у продукции совавтопрома были и свои достоинства. Давайте на примере "М-2140" рассмотрим этот вопрос подробнее.

В огромном пантеоне автомобилей эта модель занимает особое, двойственное место. Для кого-то он был "недо Жигулями", вынужденным компромиссом в очереди. Для других — комфортным седаном, превосходящим по удобству посадки "копейку". "Москвич-2140" покупают и сегодня! Давайте разберемся, за что его боготворили, проклинали и почему на него до сих пор молятся.

Появление на свет — от М-408 до экспортного хита

История 2140 — сплошные попытки ребрендинга. В середине 70-х кузов Москвича-408/412 морально устарел, но завод АЗЛК не имел ресурсов для полной смены модели (проект "С-3" еще не взлетел). Решение было гениальным в своей простоте: оставить несущий каркас, но сменить "лицо" и "обувь".

Автомобиль получил модные прямоугольные фары, иные бамперы и, что критически важно, передние дисковые тормоза с вакуумным усилителем. Для 1976 года это был серьезный шаг. В салоне появилась "безопасная" панель, а наружные зеркала переехали на крылья.

За границей его знали как Lada 1500 и Moskvich 1500, и он неплохо продавался в Скандинавии и Великобритании. Но там он был бюджетной рабочей лошадкой, а на своей родине — предметом вожделения.

Двигатель, который переживет цивилизацию

Главный козырь "сорокового" — его сердце. УЗАМ-412 (1,5 л, 75 л. с.), представляющий собой чугунный монолит. Если цитировать экспертов "За рулем" (февраль 2025), двигатель до 100 000 км не доливал масло от замены до замены, а после межсервисный пробег требовал долива всего 0,4-0,5 литра.

Это анекдотично низкий показатель даже для многих современных турбомоторов. Владельцы шутили: "Мотор Москвича — это вещь в себе. Ему плевать на масло, ему плевать на охлаждение, он просто работает". А если что-то ломалось, его можно было починить кувалдой и "танцем с бубном" в чистом поле. Никаких навесных цепей ГРМ, никакого пластика — только чугун и алюминий.

Ходовая

Здесь начинается боль. Если мотор был вечным, то все, что крутилось и ехало, требовало жертв. Легендарная слабость — редуктор заднего моста. Владельцы прекрасно знали этот вой, нарастающий на скорости. Лечился он либо подбором шестерен из трех разных редукторов, либо покупкой импортного (через знакомых моряков).

Об этом дефекте писали специализированные издания и предприятие-изготовитель просто вынуждено было что-то сказать в свое оправдание.

В 1980 году на заводе отчитались: "Повторяемость стука и скрежета уменьшилась в 1,8 раза". Заметьте, не "исчезла", а именно "уменьшилась".

Шаровые опоры жили 10-15 тысяч км. Проще было возить их с собой в багажнике. Опытные водители чувствовали момент, когда "шаровая" начинала стучать, еще до выезда со двора. И это был "плюс"! Опоры не разваливались внезапно: их изношенность определялась задолго до конца — по звуку. К этому привыкали, как к пению сверчков за печкой.

Зачем стригли поршни и сельский вариант

Отдельная глава эпоса — борьба за топливо. В 1976 году бензин А-76 стоил 30 коп., АИ-93 — 40 коп. Для водителей грузовиков, торгующих "левым" топливом, 76-й был вообще по 15 копеек. Но стандартный мотор Москвича-2140 (со степенью сжатия 8,5) на 76-м детонировал, "пальцы стучали".

Что делали умельцы? "Стригли" поршни. Брали стандартное изделие, снимали с его днища на токарном станке миллиметр-полтора. Объем камеры сгорания увеличивался, степень сжатия падала. Вариант попроще — установка второй прокладки под головку блока цилиндров. Мощность падала до 68 л. с., зато литр бензина стоил копейки.

Уникальный случай: АЗЛК "услышал" желания трудящихся и выпустил официальную версию Москвич-21406 ("сельский") с такими дефорсированными моторами и барабанными тормозами спереди. Но народное творчество ценилось выше: "Заводские? Не, сам постриг — душа радуется!".

Интерьер: мягкость и эргономика

В извечном в те времена советском споре "Жигули против Москвича" у последнего был неоспоримый аргумент — посадка. В ВАЗ-2101 вы сидели "на" машине, в Москвиче — "в" машине. Сиденья были мягкими, диванными. Если вы везли в Тольятти троих друзей, задние пассажиры не чувствовали себя куда комфортнее, по сравнению, например, с поездкой на "Ниве".

Приборная панель 2140 для 70-х годов — образец стиля. Она мягкая, травмобезопасная (по тем меркам), и в ней нет этой "жигулевской угловатости". Единственное, что бесило водителей — расположение рычага КПП. Тяги привода шли в пол, и со временем люфт становился таким, что включить вторую передачу можно было только нащупав ее где-то под ногами переднего пассажира.

Вечная битва с ржавчиной

Если у вас был Москвич-2140 и он не гнил, значит, вы либо купили его вчера, либо живете в пустыне Сахара. Металл на АЗЛК использовали качественный по составу, но тонкий и обработанный плохо. Журнал "За рулем" в 1981 году честно признавал: после 160 000 км машина "была близка к этому" (к сквозной коррозии).

Но и здесь есть свои "плюсы". Москвич ржавел предсказуемо. Владельцы знали: если летом не задуть антикором низ дверей, то к ноябрю там будет дыра, видимая невооруженным глазом. Это стало элементом фольклора: "Купил Москвич — купи сварочный аппарат". В отличие от "Жигулей", у "Москвича" хотя бы гнили не все лонжероны мгновенно и почти одновременно.

Пороги, двери, задняя панель — все это расходники. Причина понятная — экономия (да и экономика тоже!) планового хозяйства. Чем тоньше металл — тем лучше: машину все равно купят. А тут можно отчитаться о старании "удешевить" "народный автомобиль".

Коробка передач — очередная головная боль

Омская КПП с дистанционным управлением — предмет мемов. Большой ход рычага, "ватные" включения. Если владелец Жигулей щелкал передачами как семечками, водитель Москвича совершал ритуал. Нельзя было дергать рычаг — порвешь синхронизаторы. Надо было вести его плавно, с чувством, с толком, с расстановкой.

Это вырабатывало характер. Нервные люди на Москвичах просто не ездили, т. к. "убивали" коробку за 20 тысяч. Интересно, что в экспортных вариантах (особенно для ЕС) коробку настраивали жестче, ставили иные пружины. Но до конвейера это доходило редко.

Плюсы, которые считали естественными — ремонтопригодность и клиренс

Сегодня, когда покупка нового аккумулятора — проблема выбора полярности, Москвич радует простотой. Это автомобиль-конструктор. Все агрегаты доступны, все висит на трех болтах. Пробитый радиатор? Вари аргоновой сваркой у любого дяди Васи. Погнул рычаг? Найди на разборке за 200 рублей.

Клиренс у 2140 приличный. Поддон картера защищен мощной штамповкой (или ставили защиту, как на 21406). Это не паркетный внедорожник, но грунтовку до дачи он переживет спокойнее современного хэтчбека с низкопрофильной резиной.

Владеть или нет?

А что сегодня? Разумеется, для регулярных поездок эту машину вряд ли кто купит даже за копейки: время ее ушло безвозвратно. Владение Москвичом-2140 в XXI веке — это челлендж или хобби. Вы не едете на нем, вы с ним сосуществуете. Он требует внимания, рук и терпения. Если вы хотите машину с душой, историей и мотором, который звучит как швейная машинка — это ваш выбор. В информационном поле запрос "Москвич-2140" окружен тремя контекстами:

• ностальгия ("у отца был");
• удивление ("он еще ездит?!");
• железобетонная надежность мотора.

"Москвич-2140", выпущенный в количестве под пару миллионов экземпляров — пример того, как инженеры сделали хороший двигатель, а плановое хозяйство почти погубило репутацию изначально неплохого, в т. ч. в смысле дизайна, кузова. Ну, а с трансмиссией, наверное, просто не повезло, да и совершенствовать ее никто не собирался — и так за машиной стояли в очереди годами…