Авторские статьи

Дело Кольцова: Трагедия одного доноса

Мы все, конечно, помним, каким образом Эдмон Дантес, граф Монте-Кристо, попал в замок Иф. Донос на него написали завистливые "друзья". Так что донос - это оружие известное и очень эффективное. И вот об одном из таких доносов Pravda.Ru сегодня и расскажет. Эти события происходили в годы Гражданской войны в Испании. 

Информация как оружие

В древности, когда не было газет, журналов, не было радио и телевидения, людям отчасти жилось много проще. Ибо сказано: "чтобы избавиться от страданий, нужно избавиться от привязанностей!" А теперь всякое, даже малозначительное событие совсем нетрудно представить очень важным и наоборот. То есть информация - это оружие и оружие очень важное.

И вряд ли стоит удивляться тому обстоятельству, что тот, кто владеет СМИ, тот владеет и настроением в стране! Хотя… понятно, что одно все это можно делать по-разному. Можно грубо, неаккуратно и тогда люди вполне могут заподозрить тебя во лжи либо подтасовке фактов. А можно умело, талантливо, элегантно, и тогда даже самые умные люди попадутся на вашу удочку и будут думать, что именно так все и есть на самом деле. Причем это касается как публикаций в газетах, так и писем… одного руководителя другому!

Умные люди обычно не врут, чтобы их на лжи не поймали. Они просто сообщают правду и все… Вот, например, в годы Гражданской войны в Испании там была широко распространена информация о том, как командование авиации националистов заботится о своих пилотах и какой у них организован распорядок дня на Северном фронте во время боев за Сантадер. Весьма любопытные сведения, я бы и сам так не отказался, будь я летчиком-американцем, и к тому же без работы…

8.30 - завтрак (для семейных кругу семьи) или в офицерской столовой;

9.30 — прибытие в часть, полеты на бомбардировку и обстрел позиций республиканцев;

11.00 — игра в гольф в лазарете;

12.30 — морские купания и солнечные ванны на пляже в Ондаретто;

13.30 - пиво, легкая закуска и дружеские разговоры кафе;

14.00 — ланч у себя дома;

15.00 — короткий отдых;

16.00 — Второй боевой вылет;

18.30 — кинопросмотр;

21.00 — аперитив в баре с хорошим скотч-виски;

22.15 — обед в ресторане "Николас" — "военные песни, военное братство, всеобщий энтузиазм"

Донос на журналиста Михаила Кольцова

Ну а вот какую информацию на журналиста Михаила Кольцова находившегося в то время в Испании передал Сталину не кто-нибудь, а генеральный секретарь интербригад Хосе Марти еще в 1937 году, отправив по личным каналам. В этом письме сообщалось:

"Мне приходилось и раньше, товарищ Сталин, обращать Ваше внимание на те сферы деятельности Кольцова, которые вовсе не являются прерогативой корреспондента, но самочинно узурпированы им. Его вмешательство в военные дела, использование своего положения как представителя Москвы сами по себе достойны осуждения.

На данный момент я хотел бы обратить Ваше внимание на более серьезные обстоятельства, которые, надеюсь и Вы, товарищ Сталин, расцените как граничащие с преступлением:

1. Кольцов вместе со своим неизменным спутником Мальро вошел в контакт с местной троцкистской организацией ПОУМ. Если учесть давние симпатии Кольцова к Троцкому, эти контакты носят не случайный характер.

2. Так называемая "гражданская жена" Кольцова Мария Остен является (у меня лично в этом нет никаких сомнений) засекреченным агентом германской разведки. Убежден, что многие провалы в военном противоборстве — следствие ее шпионской деятельности".

И хотя еще летом 1938 года Кольцова избрали депутатом Верховного совета, а чуть позже и членом-корреспондентом Академии наук СССР, и за испанские заслуги наградили Орденом Красного Знамени, его судьба была решена!

Дело НКВД 

НКВД тут же начало собирать на него компромат: подбирались его статьи и репортажи 1918 — 1919 годов, где он резко отзывался о советской власти, из арестованных выбивались соответствующие показания. Так, некто Ангаров, арестованный по обвинению в троцкизме, на допросе показал:

"Во время приезда писателя Андре Жида в СССР я виделся с Кольцовым, который рассказал мне, как он думает организовать ознакомление этого знатного путешественника со страной. Этот план по существу изолировал Андре Жида от советского народа и ставил его в окружение таких людей, которые могли дать неправильное представление о стране".

Писательница Тамара Леонтьева также доносила: "В Москве существовала троцкистская группа литераторов, которая объединялась вокруг так называемого салона Галины Серебряковой. В нее входили Герасимов, Левин, Лебединский, Колосов, Светлов, Кожевников, Кирсанов, Луговский и его жена. Все они были связаны с Киршоном и Авербахом. Позднее, когда Киршон и Авербах были арестованы, эта группа объединилась вокруг Михаила Кольцова и его жены Елизаветы Поливановой.

Михаил Кольцов является тем скрытым центром, вокруг которого объединились люди, недовольные политикой ВКП(б) и советской властью в области литературы в частности. Всем хорошо известно, что Кольцов является очень тонким мастером двурушничества, которому при всех политических поворотах удавалось не выпасть из тележки. Именно эта уверенность членов троцкистской группы литераторов и послужила основанием к тому, что Кольцов занимал центральное положение.

Антисоветская работа троцкистской группы выражалась в том, что на сборищах, происходивших у Кольцова, велись антисоветские разговоры, имевшие определенную политическую направленность".

И хотя Кольцов написал свой знаменитый "Испанский дневник", это его не спасло!

Кольцов оклеветал всех, кого он знал

После ареста, будучи подвергнут соответствующей тюремной обработке, Кольцов оклеветал буквально-таки всех, кого он знал. В частности, хорошо известных ему по работе в Испании людей. Так, например, про Штерна, главного военного советника республиканской армии он написал, что тот "не раз заявлял, что эта война обречена на неудачу, и он сделает все от него зависящее, чтобы войну прекратить…"

"Пораженческую работу в Испании вел, — теперь уже писал он, — Павлов, руководивший танковыми частями. Затем сменивший его Грачев, а, кроме того, советники ряда испанских фронтов Нестеренко, Качалин, Буксин, партийный организатор советской колонии Федер и я — Михаил Кольцов.

О Павлове надо сказать особо. Он зарекомендовал себя как разложившийся в бытовом отношении человек. В разгар боев в районе Харамы он вместе с испанскими командирами устроил безобразную попойку — в результате танки не оказались в нужном месте, что привело к потере важных стратегических позиций. Знаю также, что руководимый Павловым штаб танковых частей присваивал себе излишки жалованья и эти суммы тратились на попойки и кутеж.

Что касается меня, то я принимал самое активное участие во вражеской работе, занимался разлагающей деятельностью, как среди испанских, так и советских работников, развивая в их среде скептическое отношение к исходу войны. Подобную же оценку положения я давал приехавшим в Испанию делегатам 2-го Международного конгресса писателей. А испанской интеллигенции в провокационных целях постоянно указывал на необходимость полного уничтожения церквей и священников, что сильно озлобляло простое население".

В итоге Кольцова расстреляли в феврале 1940 года, и хотя виновным на суде он себя так и не признал, десятки людей совершенно ни в чем не повинных, оказались из-за него под прицелом НКВД!

Были арестованы и расстреляны Штерн, Рычагов, Смушкевич, и в то же время только лишь уже после начала Великой Отечественной войны был расстрелян генерал Павлов (которого сначала, несмотря на все его "разложение", почему-то не тронули!), командовавший республиканскими танковыми частями! Погиб и комкор Кондратьев, руководивший неудачной танковой атакой у Фуентес-де-Эбро, о которой сообщал Хосе Марти.

Впрочем, его судьба оказалась печальной по причине иного характера: его часть оказалась в окружение на Карельском перешейке в ходе советско-финской войны. Затребованная им помощь так и не подошла и он, выходя из окружения, и так и не пробившись к своим, покончил жизнь самоубийством, поскольку справедливо рассудил, что отступления без приказа ему не простят!

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Юлия Мостовая, известная на Украине журналистка, редактор киевского еженедельника "Зеркало недели", опубликовала на страницах издания свою статью, которую уже окрестили "криком боли" и рассказом "о любви и надежде", хотя, скорее, длинный текст Мостовой напоминает рассказ "о минуте прозрения".

Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Комментарии
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Ющенко: Донбасс всегда был "ватным"
Пожар в Ростове: причины, условия и последствия — Максим ВИНТЕР
Стала известна стоимость американского угля для Украины
Курт Волкер пообещал восстановить территориальную целостность Украины
Вернувшимся на родину литовцам обещают "теплый прием и заботу"
Халатность командования ВСУ привела к гибели украинских солдат
Следственный комитет предъявил Серебренникову обвинение
В строительстве Крымского моста западные СМИ увидели "нападение России на украинский суверенитет"
Почему не стоит бояться военных маневров США и КНР — Виктор МУРАХОВСКИЙ
МФО: как маленькие деньги приносят большие проблемы — ЭКСПЕРТЫ
МФО: как маленькие деньги приносят большие проблемы — ЭКСПЕРТЫ
Следственный комитет предъявил Серебренникову обвинение
МФО: как маленькие деньги приносят большие проблемы — ЭКСПЕРТЫ
Татарстан — Турция: почему Эрдоган называет Минниханова "мой брат"?
За верность мужу женщину насиловали вчетвером
Ющенко: Донбасс всегда был "ватным"
Следственный комитет предъявил Серебренникову обвинение
Ученые: новый препарат вылечит от гепатита В
Немыслимое: арабы и евреи Ближнего Востока задумали "семейный бизнес"