Стать адвокатом, чтобы посадить отчима

Тина Рентон с раннего детства стала жертвой собственного отчима: он насиловал девочку с тех пор, как ей исполнилось шесть лет. Домогательства прекратились, только когда Тине исполнилось четырнадцать и она рассказала обо всем близким, но только двадцать лет спустя, выучившись на адвоката, она сумела наконец посадить своего мучителя за решетку.

"Если бы я не подпирала щеку кулаком, то точно бы уснула. Учеба подходила к концу, и я так от всего этого устала! Когда мы приступили к рассмотрению "Закона о свидетелях", мои глаза начали слипаться.

Мы как раз разбирали понятие "срок давности". "Применим ли срок давности к обвинениям против сексуального преступника?" — спросил один из отличников в первом ряду. "Нет", — ответил лектор. Меня словно подбросило. Я уже не слышала лектора, и все вокруг меня словно исчезло. Словно я осталась одна в аудитории, лицом к лицу со своими мыслями и воспоминаниями. Вот что я могла сделать. Я могла упечь своего отчима за решетку.

Читайте также: Адагамов молчит по поводу педофилии

В Университет Эссекса на юридический факультет я поступила в 2006 году. Оказалось, что у меня есть ум. Голос. Друзья. До этого я была уверена, что не представляю из себя ничего, кроме игрушки своего отчима, Дэвида Мура.

— Моя жизнь не такая, как твоя, — сказала я в 14 лет своей подруге. Мы прогуливали уроки и прятались в библиотеке.

— Что ты имеешь в виду? — усмехнулась Сэм. Она с нетерпением ждала выходных, чтобы пойти с семьей на пикник — удовольствие, которого наша семья себе не позволяла.

— Мой отчим трогает меня, — ответила я. Сэм рассмеялась, думая, что я неудачно шучу. — Он трогает меня, — прошептала я. — Он приходит в мою комнату и насилует меня, — и я посмотрела подруге в глаза.

У Сэм отвисла челюсть.

— Что ты собираешься с этим делать?

— Я ничего не буду делать.

— Но ты должна рассказать об этому кому-нибудь.

Мы не заметили, как к нам подкралась миссис Уолш. Я ее ненавидела, потому что она постоянно оставляла меня после уроков.

— Мисс Мур, мисс Айткен, где вы были? — заорала она.

— Тина хочет вам кое-что сказать, — заявила Сэм.

— Заткнись, заткнись, — прошипела я.

— Нет, ты должна ей рассказать, — Сэм подтолкнула меня вперед. Я уже не могла ничего сделать. Мои щеки горели от стыда.

Миссис Уолш надулась, как разъяренный петух, и ткнула в меня пальцем.

— Иди за мной.

Зайдя в свой кабинет, она закрыла двери и опустила жалюзи.

— Итак, что ты имеешь в виду, говоря, что он трогает тебя?

Мне было странно слышать "хорошую" миссис Уолш.

— Он приходит в мою комнату по ночам, — я глубоко вздохнула и рассказала ей все: что он насилует меня с тех пор, как мне исполнилось шесть лет. Что я не плачу, потому что думаю, что это происходит не со мной — словно это чужое тело. И, как ни странно, от миссис Уолш я почувствовала большую любвь, чем от своей мамы.

— Ты должна пойти домой и обо всем рассказать своей матери.

Я была в ужасе. Рассказать маме? Она, наверное, шутит.

— Я не могу, — покачала я головой.

— Ты должна, Тина. Это единственный способ остановить насилие, — настаивала миссис Уолш.

Я дома. Слышу, как скрипнула дверь. Как мама разулась и поднялась в свою спальню. Сейчас или никогда. Я зашла к ней, вся дрожа, как новорожденный теленок.

— Мне нужно поговорить с тобой, — сказала я. У меня не было выбора: в противном случае ей бы позвонила миссис Уолш.

— О чем?

— Дэйв трогал меня, — выпалила я.

— Что ты имеешь в виду? — ее глаза сузились.

— Он приходил ко мне ночью, — я опустила голову от стыда.

— Что он делал с тобой?

Я сглотнула. Мы с мамой никогда не разговаривали о "пчелках и цветочках", поэтому я чувствовала себя очень неуютно. Но я все-таки рассказала ей все.

Мамино лицо исказилось. Было невыносимо видеть ее такой опечаленной. Я заплакала, потому что чувствовала себя виноватой. Ты сделала это, Тина, ты. Посмотри, что ты натворила.

— Иди сюда. — мама обняла меня и зарыдала. Она никогда не обнимала меня до этого. — Сядь вон там, — она указала мне на кресло и протянула стакан с "Бакарди" и колой — любимый ее напиток. Мама нервничала: Дэйва уже несколько дней не было дома.

— Спасибо, — нерешительно сказала я, сделав глоток. Моя голова будто взорвалась.

— Хочешь покурить? У меня есть сигареты, — мама кивнула на подлокотник, где лежала пачка. В моей голове забил набат: мама предлагает мне, 14-летней девочке, выпивку и сигареты?

— Мне нужно поговорить с тобой о Дэйве и о том, что мы будем делать, — мама посмотрела в пол, а затем на меня. — Выпей еще. Без Дэйва мы станем нищими. Я не знаю, как со всем справлюсь. Мы только что купили этот дом, и нам еще нужно выплатить ипотеку. Если я не смогу платить по счетам, мы окажемся на улице. Ты же не хочешь, чтобы твой младший брат жил на улице?

Ее слова копьем пронзили мое сердце. Я любила Джонатана так, будто он был моим ребенком. Я не могу быть тем человеком, из-за которого он останется без крыши над головой.

— Но у нас есть вариант. Что, если он вернется, но только как источник денег? Мы поставим замок на твою дверь, а ключ от нашей спальни я буду носить на шее. Если он захочет пойти в туалет, я открою ему дверь, а потом снова запрусь.

— Как хочешь. Но он не должен возвращаться сюда.

— Но если он не вернется, мы все окажемся на улице.

Я глубоко вздохнула и сказала то, чего она хотела. Ей был нужен он, а не я. Это было предательство.

— Хорошо, пусть возвращается, — прошептала я. Если твоя собственная мать не защищает тебя, на что еще надеяться?

Несколько лет назад мама написала мне письмо с извинениями. Она призналась, что настоящая причина, по которой она хотела вернуть Дэйва, заключалась в том, что она не хотела жить без мужчины, она чувствовала себя одинокой без него. Но с того дня моя жизнь изменилась. Я знала, что мама меня бы не спасла. Это могло случиться только в моих мечтах. Мне приходилось выживать самостоятельно.

Наутро я встала и пошла в школу — все, как обычно. Миссис Уолш спросила, как прошел мой разговор с мамой, и я сказала ей, что мама поставит замок на моей двери. Мисс Уолш дала мне свой адрес на случай, если мне понадобится ее помощь, и свисток, чтобы отпугнуть Дэйва, если он снова полезет ко мне.

Когда я вернулась из школы, на двери моей комнаты уже стоял замок. Мама бы с этим не справилась, так что единственным человеком, который мог это сделать, был Дэйв. Он сидел на диване вместе с мамой и смотрел телевизор. Дэйв поднял глаза, и наши взгляды встретились. Но в его взгляде не было никакой неловкости. Неужели он забыл, что сделал со мной?

Я стала отшельником. Дверь я держала закрытой все время, а вниз спускалась только для того, чтобы поесть. Я не могла расслабиться и принять ванну, потому что рядом всегда магическим образом возникал Дэйв.

В своей последний год в школе я совсем потеряла интерес к учебе. Я прогуливала уроки, курила и ошивалась в центре города. Меня задерживала полиция за то, что я слишком сильно красилась. А я просто хотела спрятать себя настоящую. Учителя жаловались маме на мое поведение, но ее, похоже, это не волновало. После того как она пустила Дэйва обратно, я могла бы вообще уйти из дома.

У меня не было амбиций. Меня не волновало, как сложится моя жизнь. После школы я устроилась стажером в парикмахерскую, чтобы скопить денег и съехать. В 17 лет у меня это получилось.

Своим детям я желала лучшей доли, поэтому в какой-то момент решила получить образование. Сначала я хотела изучать криминологию. Я пыталась понять мотивы моего мучителя и мамы, в частности. Я просто искала ответы. Но я начала изучать право после того, как смогла отстоять интересы своего сына Митчелла, страдающего дислексией — его хотели исключить из школы. Один из членов апелляционного совета сказал мне, что я должна быть юристом.

Я мечтала об этом, еще будучи ребенком, но считала себя недостаточно умной. Однако это мимоходное замечание изменило мою жизнь. Я поступила в Университет Эссекса и в возрасте 34 лет получила диплом юриста. Это был день моего триумфа. Подавись, мамочка. Она, кстати, так меня и не поздравила. И я написала ей sms: "Мама, я больше не буду на втором месте. Сколько бы я ни старалась, я не смогу тебя порадовать. Больше не пытайся связаться со мной".

Своему мужу Гэри я объявила о том, что собираюсь обратиться в полицию и рассказать им о том, что сделал мой отчим. Я хотела наказать человека, который все это заварил. И я знала, что могу это сделать благодаря своему образованию. Я хотела справедливости и знала, как ее добиться.

— Он должен заплатить, — объяснила я. — Он отнял у меня детство. Я пыталась жить нормальной жизнью все эти годы, но не могу. А что касается мамы, я больше ничего не хочу ей доказывать, потому что доказала все, что нужно, себе самой.

Сейчас или никогда. Я взяла трубку и набрала номер участка. Впервые мое сердце не выскакивало из груди, я была спокойна, как море в летний день, потому что я ждала этого разговора 20 лет. Я всегда боялась потерять маму, но сейчас мне терять было нечего.

В ноябре 2009 года я появилась в полиции. Я думала, что там все ходят в форме, но полицейские оказались в штатском, поскольку работали под прикрытием. Стены были грязными, а кабинет пах кофе и лапшой быстрого приготовления. Но мне было наплевать: я должна была многое рассказать следователю. Я хотела, чтобы Дэйв отправился в тюрьму, пусть даже на полгода.

Читайте также: "Семейные тираны — хорошие актеры"

В июле мне позвонила Джулия Годфри, офицер отдела по защите детей.

— Привет, Тина. Мы арестовали Дэйва в доме твоей мамы. Она не в восторге.

Я представила, как мама бесится и как этот козел стоит, открыв рот. Мне стало страшно. Все стало более чем реальным.

— Я только что приняла заявление от твоей мамы. Она говорит, что никогда ни о чем подобном не слышала.

— Она врет, — я плюнула. И начала смеяться. Врунья, врунья, врунья. Даже тогда я не могла избавиться от ощущения, что предала свою маму. Но мой мучитель наконец-то ответит за все.

Зимой 2010 года Джулия наконец-то сообщила мне новость, которой я ждала всю жизнь. Дэвида Мура обвинили по 13 пунктам изнасилования. Свидетелями будут миссис Уолш и моя подруга Сэм. Я открыла окно и вдохнула ледяной воздух. Надеюсь, это он теперь не сможет спать по ночам".

Источник

Читайте самое актуальное в рубрике "Происшествия"

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Комментарии
Рассекречено: как США "кинули" СССР с нерасширением НАТО
Большинству российских спортсменов не нужен флаг страны
"Джон умирает?": в США госпитализирован онкобольной сенатор Маккейн
Фото искалеченного взрывом в Донбассе ребенка шокировало Германию
Фото искалеченного взрывом в Донбассе ребенка шокировало Германию
Большинству российских спортсменов не нужен флаг страны
"Джон умирает?": в США госпитализирован онкобольной сенатор Маккейн
Кривое зеркало: что сказал бы Фрейд о русофобии США
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Евгений Федоров: США раскупили всю Россию и пишут нам законы
Путин — Собчак: вот вы "против всех" — а предлагаете-то что?
"Вы вообще нормальные люди?": 10 ярких цитат из пресс-конференции Путина
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Порошенко просит помощи Европы и США в уничтожении "Северного потока-2"
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны

Русская эскадра - не просто набор слов. Это историческое название последнего соединения кораблей и судов Императорского флота России. Именно она эвакуировала из Крыма армию генерала Врангеля и гражданское население. Беженцев приняла Франция, предоставив эскадре стоянку в Тунисе, в городе Бизерта. Судьбы большинства беженцев поистине трагичны…

Последнее пристанище Русской эскадры