Латинская Америка - континент, который мог стать сверхдержавой
В нынешнем году страны Латинской Америки отмечают 200-летие освобождения от испанского колониального владычества. В 1810 году в испанских колониях вспыхнуло восстание, в результате которого они в конечном итоге обрели свободу. В общей сложности это громадная территория, простирающаяся на тысячи километров от Техаса до архипелага Огненная Земля.
Любопытно, что почти в те же годы освободились и английские колонии в Северной Америке. На их территории образовалось мощное государство — Северо-Американские Штаты. Но на южном континенте все сложилось по-другому. Там бывшие испанские территории постепенно раздробились на десятки мелких государств. Что и обусловило их дальнейшее развитие.
Долгие годы страны Южной Америки было принято считать "банановыми республиками", придатком развитого Запада, и, в первую очередь, США. А что сейчас? И какой интерес этот регион представляет для России — прежде всего, в экономическом отношении? За ответами "Правда.Ру" обратилась к заместителю директора Института Латинской Америки Вадиму Теперману.
— Почему, на ваш взгляд, "южане" не создали единого государства, по аналогии с северным соседом? Не захотели или не смогли? Ведь оно, наверное, могло бы стать одной из мировых крупнейших держав?
— Вопрос действительно интересный. Думаю, одна из главных причин — разница в колониальных моделях двух Америк. Если в Северной по большей части хозяйничала одна из самых развитых капиталистических стран — Англия, то Испания к концу XVIII века была отсталым феодальным государством.
Потому южане получили куда менее привлекательное наследство. В североамериканских колониях бурными темпами развивались промышленность, появлялись биржи, а в южноамериканских очень многое оставалось едва ли не на уровне начала XVI века, когда испанцы завоевали эти территории. Их экономика носила сугубо сырьевой характер.
Испанцы вывозили оттуда в метрополию драгоценные металлы, то есть основная промышленность была добывающей. А огромные сельскохозяйственные владения, латифундии, развивались по экстенсивному пути, зачастую применялась рабская сила.
Не последнюю роль в этой связи играл и формировавшийся долгое время менталитет. Североамериканцы в поте лица зарабатывали деньги, чтобы, прежде всего, вкладывать их в дело, вести современный бизнес. А их южных соседей отличал другой настрой: тратить имеющиеся средства. Такое положение стало меняться лишь с 1930-х годов, с развитием капиталистических отношений и в Латинской Америке.
Добавлю, что испанская колониальная модель была более коррумпирована и бюрократична, чем британская.
— Но ведь в политическом плане ситуация благоприятствовала созданию "Южноамериканских Штатов". Так, один из двух главных руководителей повстанцев Сан-Мартин, олицетворявший независимые Аргентину, Перу и Чили, освободил от испанцев Венесуэлу и Колумбию…
— Да, с политической точки зрения ситуация действительно складывалась в пользу единого государства. Да вот только в плане экономики все было наоборот. Сан-Мартин хотел единства, однако феодальная верхушка на местах думала по-другому. Исходя из своих эгоистических корыстных интересов, стремилась к независимости.
Уже потом, когда на месте бывших колоний появилось множество самостоятельных государств, стало видно, для чего им была нужна эта независимость. Вели себя так, как иные олигархи сегодня: приезжают в Париж и тратят на удовольствия баснословные состояния.
— И чего же эти государства сумели добиться, действуя каждое само по себе?
— На долгое время, опять-таки во многом из-за отсталой экономики, они попали в зависимость от Запада, прежде всего — США. Были аграрно-сырьевыми придатками. Но в настоящее время явно доминирующей державы в этом регионе уже нет. Влияние Штатов ослабло, что особенно наглядно демонстрируют режимы Чавеса и его союзников.
Но, с другой стороны, обособление этих стран способствовало сохранению национальной индейской культуры. В отличие, кстати говоря, от Северной Америки. Где единое государство уничтожило целые племена. А вот, к примеру, в Боливии многие индейцы сохранили "доколумбовский" уклад жизни. Более того, в отличие от США южноамериканские государства сразу после обретения независимости избавились от рабства.
— Как вы могли бы охарактеризовать их сегодняшнее положение?
— Многие состоялись как государства, оказывающие серьезное влияние на ситуацию в мире. Конечно, по уровню жизни им еще далеко до стран Запада, но позитивные изменения налицо.
Подобный прорыв был достигнут в последние 30 лет. Наиболее показательные примеры — Чили и особенно Бразилия. Гигант, занимающий в мире почетное третье место в списке крупнейших производителей авиации.
