Майдан – машина времени в Средневековье

Майдан – машина времени в Средневековье. Годовщина Майдана на Украине, Евромайдан

Украина продолжает праздновать годовщину Майдана. Хотя, в общем-то, и непонятно, что праздновать: страна рушится, дефолт не за горами, денег и ресурсов нет. Но, несмотря на болезненность, эти перемены обусловлены закономерностями истории. Об этом в эфире видеоканала Pravda.Ru директор Центра разработок глобальной политики Сергей Городников.

— На Украине продолжают праздновать годовщины майданных событий. Хотя "революцией достоинства" их называют все реже. Что изменилось за этот год в украинском обществе, прежде всего, в сознании людей? Какое общество сейчас мы видим на Украине?

— Чтобы понять, что они празднуют, надо понять, что происходит с нами в постсоветское время. У нас, к сожалению, до сих пор мало кто понимает, что в 1989 году произошла буржуазная революция и начался формироваться переход к буржуазному государству, буржуазному обществу. Это была русская буржуазная революция, и поэтому в России наиболее глубокие капиталистические преобразования на всем постсоветском пространстве, включая Прибалтику.

У нас развивается капитализм, потому что он вышел из нашей традиции, из нашего исторического развития. Это развитие обусловлено неким этапом перехода от феодального общества к нынешнему этапу развития. Этот переход обеспечивал большевизм, коммунизм. Он осуществил раскрестьянивание страны. Такую же задачу осуществляли в германских государствах в эпоху протестантской Реформации: чтобы люди, которые приходят в город, не превращались в люмпенов и бандитов, а встраивались в некую систему экономических, политических, государственных отношений.

Эта система формировала определенную этику отношений к труду, отношения к власти и обществу. У нас это все заложил коммунизм. Также китайский НЭП прекрасно решает многие задачи, которые не в состоянии решить современный Запад. Люди в массах меняются. Буржуазная революция у нас идет быстрее, чем на Украине. То, что сейчас там происходит, мы пережили в конце 90-х годов. На Украине отстают от нас, причем именно из-за того, что у них не было собственной буржуазной революции, они были встроены в традицию русского государства.

Когда они обособились, то у них стали происходить свои процессы. Там есть индустриальный юго-восток, который был включен в эту коммунистическую, буржуазную реформацию. И есть крестьянский запад и центр. Он так и живет традициями и психологией в эпоху Cредневековья. Особенно Галичина, которая, по сути дела, сейчас поставляет люмпенов. У них только началось раскрестьянивание в последнее десятилетие советской власти.

Я был в 80-м году в командировке во Львове, в Луцке, проехал по районам… У меня было тягостное впечатление. Там люди с очень замкнутой психологией, они как будто в чужой среде живут. Во Львове видишь архитектуру, культуру польскую, колонизаторскую… И у них комплекс ненависти ко всему колонизаторскому и ко всей цивилизации, ко всему тому, что город навязывал им сотни и сотни лет.

И произошло восстание этого сознания. У них же рождаемость последнее десятилетие была выше, чем на юго-востоке. Там по три-четыре ребенка, как бы крестьянская среда еще такая. Сложилась такая ситуация, масса этих крестьян ринулась в Киев. А так как в Киеве вообще разрушено производство и этика, психология производственных отношений, крестьяне превращаются в люмпенов, которые не способны встроиться в систему городских, хозяйственных, собственнических отношений. Они превращаются в среду, которая покупается олигархией.

У них только сейчас вызрел дефолт, который у нас уже давно. Этот дефолт как раз и показывает во всей красе, как может государство из него выходить и жить дальше. У них по традиции еще советские социальные обязательства: ЖКХ, льготы, пенсии и так далее, и так далее. Вот это все теперь рушится. Им нужно выходить каким-то образом, выживать экономически. Это выживание не решается проблемой реформ. Это выстраивание системы, при которой они смогут поставлять на мировой рынок какую-то продукцию и получать реальную валюту, которой смогут расплачиваться по долгам.

У них произошла не революция, а контрреволюция. Она нацелена против буржуазных преобразований. И отнюдь неслучайно у них такая ненависть к Ленину, к востоку. Это столкновение двух культур: обуржуазившийся культуры русской и крестьянской галицкой. Ведь они как относятся к русским: вы ватники — рабы, вы трудитесь постоянно… А мы вот — люмпены, бандиты, нам нужно, чтобы нам все давали, вы вот будете работать на нас, а мы будем потреблять, по барам ходить, развлекаться, ездить. Это — люмпенская психология — panem et circenses — хлеба и зрелищ…

— Но на Майдане было много людей с высшим образованием, студентов, были предприниматели… Многие в интернете говорят о евроинтеграции. Они считают себя такими свободолюбивыми европейцами.

— Контрреволюцию делали не они. Это — толпа, массовка. Реально делали олигархи. Вся их система, в отличие от нынешней России, в том, что они остались на том уровне, на котором мы были в 90-е годы. Средствами массовой информации, политическими партиями там владеют олигархи. Государство не способно через бюджетную политику осуществлять контроль и управление даже в такой сфере, как информационная политика. И олигархи соответственно осуществляют свои собственные интересы через политику, финансируют партии, у них — карманные депутаты и так далее…

У нас с приходом к власти Путина произошел классический переход от дикого олигархического захвата собственности и превращения к выстраиванию чиновно-полицейской системы, налаживанию спекулятивно-коммерческой эксплуатации страны и населения. Путин выражал интересы чиновничества, которые были связаны с нефтегазовым сектором. Путина привели к власти те, кто налаживал через Питер торговлю с Европой нефтедолларами.

И вот выстроили систему, которая взяла под контроль и наладила бюджетную политику, вывела олигархов из влияния на политический процесс, поставило всех депутатов под контроль государственной бюрократической машины, осуществило изъятие средств массовой информации и стало их финансировать через правительственный бюджет. А на Украине ничего этого не было. Там по-прежнему всем заправляли отдельные олигархические группы.

— И таким образом мы смогли избежать такого майдана?

— Ну, у нас тоже был хаос, такой же хаос…

— Но он не вылился в то, что сейчас на Украине происходит…

— У нас была та же самая байка, что страна гибнет, разваливается, Чечня и так далее, и тому подобное… И у них этот процесс вызрел сейчас, но отсутствие нормального аппарата государственного чиновничества привело к печальным результатам. Раньше управленческие кадры давал юго-восток. Традиционно всю советскую эпоху юго-восток давал аппарат для управления Украиной, там формировались директора, система естественного управления, инженерного образования, технократического мышления.

Когда появилась независимость и поднялась колоссальная среда крестьянства и народной патриотической интеллигенции, которая вообще чужда технократии и ненавидит ее, потому что она консервативна, стремится сохранить уклад. И эта гуманитарная западная интеллигенция ради собственного выживания восстала. И она стремительно захватила контроль над управлением, над умами, так же как и в Прибалтике.

И везде, где она захватывает контроль над умами, идет разрушение индустрии, вместе с борьбой со всем русским уничтожается индустрия. Идет деиндустриализация, возвращение к неким крестьянским средневековым истокам, представлениям о смысле существования.

— А какая роль в этом Запада?

— Запад просто использует ситуацию. Нельзя что-то навязать стране извне, если в ней не созрели противоречия. Запад- это игрок, он приходит в ту среду, где созрели эти противоречия, и начинает использовать их в своих интересах. Старается финансировать и поддерживать нужные ему группировки, проталкивать их к власти.

В силу того, что в России сейчас сложился спекулятивно-коммерческий капитализм, чиновно-полицейская тирания контролируя олигархов, тем не менее обеспечивает им максимально спекулятивно-коммерческую эксплуатацию страны. Путин, отстранив их от политики, информационного пространства и государственной машины, создал для них изумительные условия.

У нас до него было где-то пять миллиардеров, а сейчас уже почти полторы сотни. Мы на втором месте в мире по миллиардерам. Вот результат правления Путина. Но это система тоже имеет свои пределы. Все развитые капиталистические страны проходят через некие этапы. Все развитие проходит через появление, формирование, расцвет, а потом упадок. Соединенные Штаты, англо-саксонское общество сейчас идет в упадок.

— Каков ваш прогноз по Украине?

— Я думаю, что Украина идет к дефолту, который приведет к катастрофическим последствиям. Потому что после дефолта Украина на мировой рынок предложить сможет только землю и сельскохозяйственное производство. Больше она ничем торговать не сможет. Сейчас она еще пытается, но реально торгует в основном только ненавистью к нам. Олигархи создают эту атмосферу ненависти к России в известном смысле из коммерческих соображений. Это бизнес, ничего личного.

Они поняли, что эта ненависть — единственное, что они могу продавать сейчас на Запад с максимальной прибылью, причем сразу получая кэш. Все, вся инфраструктура уже полуразрушена, больше ничего предложить они не могут. Они видят, что Запад готов за эту политику ненависти платить, вот и превращают политику в кэш. До определенного предела Запад будет это финансировать. Но у Европы и США — разные интересы.

У Германии — традиционный интерес борьбы с православием. Опять столкнулись католический и православный мир. У нас — русская имперская традиция, а там — германская. Вот почему сейчас Меркель превращается в главного императора Европы. Так как Россия ослабла, этот имперский центр силы идет наступление, захватывает территории бывшей империи российской. А Соединенные Штаты, которые борются с Россией на глобальном уровне, как с Советским Союзом, чтобы Россия опять не превратилась в глобальную державу.

У Европы — жадность, их интерес — захватить территорию. У Соединенных Штатов интерес — создать максимальные стратегические препятствия восстановлению России как глобальной державы. Для Европы не нужны разрушение Донбасса и развал Украины. Им хочется взять эти земли себе. А Соединенные Штаты заинтересованы в том, чтобы там постоянно был большой пожар, все было максимально разрушено. Тогда и Россия захлебнется, это будет для нее колоссальной проблемой, из которой она не выберется.

— Так что в итоге празднует Украина?

— Украина скачет и скачет, она празднует катастрофу. Исчезновение Украины они празднуют, потому что Новороссия будет несомненно.

Беседовала Любовь Люлько

Читайте также:

Украина: не хотим работать, хотим гордиться

Габор Штир: Украина сама себя похоронила

Годовщина Майдана. Ноябрь, спусковой крючок

Спецкор Pravda. Ru: иная Украина

Подготовил Юрий Кондратьев

Темы

Год после Евромайдана: Украина заблудилась по пути в Европу?
Комментарии
Комментарии

Для российских "критиков режима" гораздо важнее подавать ситуацию вокруг российской олимпийской сборной именно как политическую. Ну, то есть, еще одно подтверждение "давления Запада", которое только "нарастает". Что противоречит заявлениям западных чиновников и журналистов - мол, мы исключительно за чистоту спорта. А политическую карту как раз Кремль разыгрывает, внимание отвлекает.

Олимпиада и "крах режима": Каспаров выдал тайну Запада
Комментарии