Туркмения: миф о перестройке развеян
Президентом Туркмении на очередной срок переизбран находящийся в ней у власти с 2007 года Гурбангулы Бердымухаммедов. Он получил около 97 процентов голосов. Все его шесть соперников отстали очень намного. Таким образом, этот политик, отменивший многие одиозные решения своего предшественника Сапармурата Ниязова (Туркменбаши), будет руководить страной еще как минимум пять лет.
Как изменилась Туркмения за годы правления Бердымухаммедова? Остались ли в стране золотые статуи Туркменбаши? Что ждать от Туркмении в отношениях с Россией, Западом и Китаем? Об этом и многом другом в интервью "Правде.Ру" рассуждает заведующий Отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ и Балтии Андрей Грозин.
— Можно ли говорить о том, что Бердымухаммедов серьезно изменил самое закрытое из постсоветских государств?
— Едва ли можно говорить о каких-то радикальных изменениях. Просто Ниязов довел Туркмению до такого состояния, что даже самое небольшое изменение смотрится как самая настоящая перестройка. Бердымухаммедов просто убрал наиболее одиозные проявления политики, делавшие Туркмению похожей на КНДР.
Читайте также: Россия отстояла своих в Таджикистане
Так, убраны золотые статуи. Изменены названия месяцев (ранее некоторые из них назывались именем Ниязова и его родни. — Ред.). Пересмотрено решение Ниязова о полном отказе от пенсий, отменена весьма странная девятилетняя система школьного образования и последующая столь же странная — вузовского. Прекратилось обязательное чтение книг Ниязова "Рухнама", страна перестала быть полностью изолированной от внешнего мира. Открылись интернет-кафе.
Более "вегетарианским" стал политический режим. Так, если раньше чистки в государственном аппарате и в руководстве ведущих компаний происходили раз в полгода, то теперь их стало меньше. Если Ниязов практически никуда не ездил, то Бердымухаммедов охотно посещает другие страны. Ему нравятся почести, которые ему оказывают при приеме. В то же время если Ниязов не очень-то окружал себя родственниками, а только земляками, то при Бердымухаммедове его родня заняла многие видные посты в топливно-энергетическом комплексе (ТЭКе), взяла под контроль средний бизнес.
Все изменения рассчитаны больше на внешнее, а не на внутреннее потребление. — чтобы Евросоюз и США порадовались. О демократии говорить не приходится, но пусть малый шаг вперёд всё-таки сделан.
— Но основы системы, заложенной Туркменбаши, все-таки сохранились?
— Система как была, так и осталась. Бердымухаммедов — человек из прежней системы. Так, основы политики не изменились. Никуда не делось правило, когда человека берут на высокую должность на полгода, а затем выгоняют и даже репрессируют. Просто самих репрессий меньше. Силовые структуры как контролировали все и вся, так и контролируют. Цензура в СМИ как была, так и осталась. В том же интернет-кафе никому в голову не придет зайти на запретный сайт. Все контролируется.
Читайте также: Киргизия и Россия. Деньги и стулья
Особых изменений не произошло и в экономике, основу которой по-прежнему составляют государственные концерны. Приход иностранных инвесторов всячески замедляется. Вкладывать им разрешают не внутри страны, а преимущественно на шельфе Каспийского моря — и то под очень жесткие проценты. В целом автаркия изменений не претерпела. Туркменская элита вроде бы понимает, что инвестиции нужны, однако расход их странный — тратятся они на дворцы. Коррупция чудовищна.
В политике изменения также носят скорее косметический характер. Так, не отменена уголовная статья, карающая даже за малейшие сомнения в правильности действий власти. Ни одна другая партия, кроме правящей, не зарегистрирована. Все кандидаты в президенты назначены сверху. Все соперники Бердымухаммедова не просто не верили в свою победу — они даже не говорили о ней вслух.
Никакого "второго Хрущева" или "второго Горбачева" из нынешнего президента Туркмении не вышло. Граждане страны особо перемен не ждут. Да и перемены идут медленнее, чем это многим казалось в 2007-м, когда Бердымухаммедов только пришёл к власти.
— Насколько устойчив туркменский режим?
— На настроения в туркменском обществе во многом влияет география. Люди боятся, что события "арабской весны" перекинутся в их страну. До таких "горячих" в политическом смысле городов, как Дамаск и Тегеран — рукой подать. Туркмения имеет протяженную границу с Ираном и Афганистаном, где уже стоят натовские войска. Туркмения — слабая страна с населением всего в пять миллионов человек, но очень богата углеводородами. И последнее обстоятельство привлекает к ней внимание многих влиятельных игроков.
Читайте также: Узбекистан перед лицом страшных вызовов
События могут развиваться по любому сценарию, и происходящее на Ближнем и Среднем Востоке может перекинуться через туркменскую границу. Сама жизнь может толкнуть туркменские власти к отказу от автаркии, к изменению внеблоковой политики. Не исключено, что через два-три года она войдет в Организацию договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС).
