НАТО вежливо просят покинуть Каспий

Вопрос раздела Каспия остается чуть ли не основным в отношениях между РФ, Ираном, Азербайджаном, Казахстаном и Туркменистаном. На днях в Астрахани прошел саммит глав прикаспийских государств. Кандидат исторических наук, специалист по истории Закавказья, проректор по научной работе Высшей школы социально-управленческого консалтинга Олег Кузнецов, побывавший в эфире видеоканала Pravda. Ru, рассказывает, с чем страны Каспия подошли к этому саммиту.

— Почему до сих пор статус Каспийского моря так и не определен? Почему этот регион для России важен? Каковы позиции государств? И что планируется обсудить?

- Прежде всего, правовое регулирование статуса Каспийского моря, которого действительно до сих пор нет. Потому что распад Советского Союза повлек за собой определенные геополитические последствия, которые с точки зрения международного права никак не урегулированы, и единственным международным документом, который имеет какое-то отношение к данной проблематике, является советско-иранский договор 1940 года. Но есть еще целый ряд других аспектов, которые тоже сами по себе очень и очень интересны.

Каспийское море — море лишь только на словах, на самом деле это очень большое озеро. Морем оно называется только потому, что имеет большие размеры. Каспийское море никак не связано с водами мирового океана. Этот уникальный регион нуждается в собственной системе юридического и может быть даже политического регулирования.

В 1802 году обострились российско-британские отношения. В частности, Англия захватила остров Мальту. А Мальта в 1797 году была объявлена губернией Российской империи. В ответ на это в 1802 году Россия объявила свое верховенство над всем Каспийским морем, запретила иностранное судоходство во всей его акватории. Единственное — было дано разрешение на так называемую, каботажную торговлю, то есть прибрежную торговлю между азербайджанскими на тот момент ханствами и персидским шахид-шахством. Вся остальная акватория Каспия была объявлена собственностью Российской империи. Так продолжалось в течение 100 лет.

В 1908 году Российская империя и Персия заключили новый договор, согласно которому за Персией оставалась лишь 10-мильная морская зона. Все остальное побережье уже входило в состав Российской империи. Данное положение было подтверждено договорами между РСФСР и Персией 21 года, а затем уже Советским Союзом и Ираном 40 года.

Каспийское море находилось в пределах административных границ четырех союзных республик: Азербайджанской ССР, Казахской ССР, Туркменской ССР и РСФСР. Вся акватория моря была поделена на экономические зоны. В основном это касалось организации торговли, судоходства, навигации и рыбного промысла. По большому счету, эта правовая традиция, оставшаяся еще со времен Советского Союза, более или менее сохраняется. Эта традиция входит в противоречие с нормами международного морского права. Международное морское право предполагает наличие 12-мильной суверенной зоны от линии уреза воды вглубь моря или мирового океана. Но еще раз повторяю, Каспийское море не часть мирового океана, а так как применяются нормы морского права, то в середине Каспия образуются ничейные, нейтральные международные воды, которых быть не должно.

Читайте также: "Чужаков к дележу Каспия не допустят"

— А много этой воды?

— По длине с севера на юг километров 400, а по ширине — километров 80. А Каспий — это осетровые, углеводороды, огромные природные ресурсы в нейтральных водах. И поэтому возникает вопрос, как эту всю территорию делить? По-братски или поровну? И это является предметом многосторонних переговоров всех государств, которые выходят на Каспийское море. Существуют, естественно, разные подходы к решению этой проблемы. Эти подходы у каждой стороны свои. Потому что самая маленькая прибрежная полоса у Азербайджана, самая большая — у Казахстана. Самая маленькая акватория в силу изогнутости побережья у Ирана, но тем не менее Иран претендует на 5-ю часть площади Каспийского моря, для того чтобы иметь выход к биологическим и природным ресурсам. И вот эти все вопросы страны, выходящие к Каспийскому морю, вынуждены между собой регулировать для того, чтобы иметь возможность использовать ресурсы, которые в силу правовой неурегулированности сейчас не используются.

— Эти вопросы обсуждаются с "напрягом" или все проходит достаточно спокойно?

— Когда вопрос идет о разделении ресурсов, потенциальных богатств, естественно, никто от своих позиций отходить не хочет. История Каспийских саммитов началась в 1993 году, сейчас уже 2014 год и до сих пор Конвенция о правовом статусе Каспийского моря не принята. Переговоры со скрипом продолжаются, но позиции сторон все более и более притираются друг к другу.

— Между Россией, Казахстаном и Азербайджаном уже границы акваторий урегулированы и речь идет о южной части Каспийского моря?

- И там самое главное, что Туркменистан и Иран тоже каким-то образом свои секреты согласовали, поэтому у нас фактически идет процесс согласования тройки позиции северных стран Каспийского моря с двойкой южных стран. И поэтому больше всего вопросов возникает по размежеванию вод Азербайджана, Туркменистана и Ирана. Помимо разграничения границ, существует еще много других коллективных проблем. Например, с сохранением окружающей среды на Каспии. Большие проблемы связаны с браконьерством, нерациональным воспроизводством осетровых рыб.

В этих вопросах Россия даже больше заинтересована, чем другие страны, потому что нерест осетровых находится у нас на Волге. Также — судоходство, нефтедобыча, газодобыча, они так или иначе нарушают среду Каспия. Нефть и газ под Каспийским морем все страны добывают. Просто у кого-то больше газа, а у кого-то — нефти, а углеводороды распределены по акватории моря практически равномерно.

Читайте также: "Россия никогда не поставит Ирану С-300"

— А нет таких споров, что кто-то выкачает у соседей?

— Это невозможно, там единый большой резервуар.

— Кто скорее выкачает?

— В принципе, да. Запасов углеводородов под Каспием на жизнь нескольких поколений хватит. Хотя кто-то высказывает сомнения, говорит, что только на 25 лет при нарастающей интенсивности разработки хватит. Но это только — разведанных. Есть еще неразведанные. Есть разведанные, но не освоенные. Нефти и газа очень много, и этот регион может обеспечивать потребности всей Передней Азии, южной части России еще на долгие годы. И разногласий особых, кто сколько добывает, какого-то квотирования не встает. Потому что запасов больше, чем технических возможностей по их добычи, а самое главное — по их транспортировке.

А пока нет статуса, и трубопровод под Каспием построить нельзя. Географический статус понятен — это большое озеро, поэтому правом пользоваться природными ресурсами, акваторией этого озера имеют лишь только страны, которые к этому озеру выходят. Точно также как весь каскад Северной Америки делят между собой Соединенные Штаты и Канада. И ни у кого вопросов не возникает. Возникает вопрос, как акваторию, включая воду и шельф, страны поделят. Сейчас главы государств должны договориться, каким образом будут определяться границы секторов. Как только будет принято единое политическое решение, тогда уже придут гидрографы, навигаторы, геологи и достаточно быстро составят геологическую, навигационную и прочие карты Каспия.

— Обсуждаются и вопросы безопасности. О каких рисках и угрозах идет речь?

— Безопасность — понятие комплексное. Проблема экологической безопасности на Каспии очень и очень велика. Во-вторых, никто не отменял вопросы безопасности судоходства. Тем более, что сейчас в 2006 году было заключено соглашение между Азербайджаном и Российской Федерацией: мы позволяем кораблям Азербайджана класса "море-река" выходить в Волго-Донской канал и оттуда в Черное море, здесь возникают вопросы пресечения браконьерства, контрабанды, незаконной эмиграции. Это достаточно большой спектр вопросов. Сейчас возникает вопрос создания единой транснациональной транспортной инфраструктуры, в том числе и трубопроводной, безопасностью которой также надо обеспечивать.

Должна быть и военная безопасность. Регион-то по большому счету нестабильный. Поэтому уже в рамках подготовки к саммиту специальная рабочая группа из пяти министерств иностранных дел прикаспийских стран подготовила проект соглашения, что ни одно государство, в состав которого не входит акватория Каспийского моря, не имеет право содержать там свою военную инфраструктуру.

Читайте также: О чем молчит Нурсултан Назарбаев

— А есть сегодня какая-то военная инфраструктура, предположим, Соединенных Штатов Америки?

— Да, на территории Азербайджана есть станция технического слежения. Ее, скорее всего, нужно будет выводить. Далее что. Помимо Российской Федерации, Азербайджан используется через Швецию (потому что Швеция — внеблоковая страна) для транзита грузов международной группировки войск в Афганистане. То есть, если будет принято такое решение, то будет серьезно пересмотрена международная военно-транспортная логистика. Вполне возможно, что будут перекрыты коридоры для переброски вооружений, техники, средств материального снабжения вооруженных сил.

— Отношения между Азербайджаном и Россией в последнее время улучшились. С чем это связано?

— Безусловно. Во-первых, связано, на мой взгляд, с персоналиями. У нас главой комиссии по взаимодействию двух стран назначен Дмитрий Рогозин и за последние три месяца он уже дважды побывал в Азербайджане. К тому же, только что Азербайджан посетили министр финансов Улюкаев и мэр Москвы Собянин. Интенсивность двусторонних отношений очень велика. России и Азербайджану есть о чем договариваться. Изменилась геополитическая и экономическая обстановка, я даже сказал бы макроэкономическая обстановка, российские рынки открылись для азербайджанских товаров.

Читайте также: "Осетровые на Азове мы потеряли"

В обмен на это Азербайджан пошел на определенные уступки и сейчас не стоит вопрос о строительстве транскаспийского газопровода. Азербайджан сейчас своими силами строит свой газопровод в Турцию, а потом через Турцию на Балканы, а потом в юго-восточную Европу, который не составляет конкуренции российским. Потому что плановая пропускная возможность 16 миллиардов кубометров — это 4 процента от поставок российского газа в Европу. К тому же, примерно половину этого газа будет потреблять Турецкая республика. Экономика развивается, численность населения растет, потребление газа в любом случае увеличивается. Даже, если они увеличат поставки газа, рост потребления съест увеличение объемов поставки. Как Россия поставляла газ в Европу, так и будет поставлять.

Беседовала Любовь Люлько Подготовил к публикации Юрий Кондратьев

Темы

Россия на Каспии: хозяйка или гостья?
Комментарии
Комментарии

Поддержка политики президента Владимира Путина наблюдается и среди представителей российской элиты - к такому выводу неожиданно для себя пришли исследователи американского колледжа Гамильтон (Нью-Йорк).

США поражены: Российская элита отворачивается от Запада

Поддержка политики президента Владимира Путина наблюдается и среди представителей российской элиты - к такому выводу неожиданно для себя пришли исследователи американского колледжа Гамильтон (Нью-Йорк).

США поражены: Российская элита отворачивается от Запада