Русский меценат Козьма Солдатёнков


О том, что идейные противники западники и славянофилы вели беспощадный спор на страницах журнала "Колокол" и газеты "День", обвиняя друг друга во всех смертных грехах, многие помнят из школьного учебника. Но любопытен такой факт: печатались оба издания на деньги одно и того же мецената — Козьмы Солдатёнкова. Русский медичи был щедрым спонсором.

В церковно-славянской азбуке буквы "ё" нет, зато именно она делает фамилию московского предпринимателя, известного книгоиздателя и владельца художественной галереи Козьмы Терентьевича Солдатёнкова неповторимой и узнаваемой.

Про основателя знаменитого купеческого рода, крестьянина-старообрядца Егора Васильевича Солдатенкова известно, что он в 1795 или 1797 году переселился в Москву из подмосковной деревни Прокунино и записался во вторую купеческую гильдию. В 1820 году в благотворительных целях он пожертвовал на защиту Отечества 20 тысяч рублей. Сумма по тем временам сопоставимая со стоимостью небольшой деревеньки с крепостными душами, следовательно, дела у Егора Васильевича шли в гору.

Было у него два сына — Терентий и Константин. В 1810 году сыновья в Рогожской части Белокаменной владели бумаготкацкой фабрикой и торговали хлебом, хлопчатобумажной пряжей и ситцами. В 1825 году оба брата Солдатенковы числились купцами первой гильдии. Не много ни мало, но при визитах к высокопоставленному лицу имели право надевать шпагу и вполне могли рассчитывать получить звание потомственного почетного гражданина.

У Терентия росли два сына — Иван и Козьма, у младшего были две дочери — Ефросинья, прожившая всего пять лет, и Мария. Братья и сестры жили одним домом. Мальчики осваивали купеческую премудрость, а по выходным ходили в старообрядческую церковь на Рогожском кладбище. После смерти отца братья (разумеется, почетные граждане и московские купцы первой гильдии) получили в наследство огромную фабрику и целую сеть торговых лавок. Во главе семейного дела стоял старший брат, а Козьма промышлял спекуляциями паями и махинациями на бирже. И хотя оба брата не получили систематического образования — копейку сосчитать ох как могли. С кончиной брата, Козьма в 1852 году стал полноправным хозяином финансовой империи.

Читайте также: "Вишневый сад" рода Демидовых

Известие о кончине Ивана Терентьевича застало Козьму Терентьевича за границей. Он как раз со знакомым искусствоведом Николаем Боткиным посещал колонию русских художников в Риме, Неаполе и Сорренто. В России картины отечественных живописцев продавались из рук вон плохо, а на Западе о русской художественной школе вообще никто ничего не слышал. Так будет продолжаться довольно долго. Даже в первой половине 1920-х годов английский разведчик Сидней Рейли для финансирования антибольшевистского восстания будет предлагать подпольщикам из "Треста" выкрасть из советских музеев и сбыть за границей исключительно картины европейских мастеров. Мода на русский авангард и абстракционизм придет несколько позже.

Боткин водил мецената только к хорошим художникам, а 33-летний московский купец покупал у них холсты не торгуясь. Уезжая на родину, он попросил художника Александра Андреевича Иванова покупать для него картины, которые будут выставлены в будущей московской галерее Солдатенкова. Друзья и знакомые обыгрывали имя Козьмы- присоединили к нему имя Медичи — известного рода также покровительствовавшего искусствам .

Прибыв в Первопрестольную, Козьма Терентьевич сделал широкий жест и в память о покойном брате за 30 тысяч рублей выкупил из долговой тюрьмы всех пребывавших там московских неплательщиков. Среди которых преимущественно были дворяне и представители творческой богемы. Так богач обеспечил себе паблисити в кругах интеллигенции и вызвал ржание прижимистых купчишек. Друзьями Солдатенкова- Медичи стали многие враги царского режима, такие как Герцен с Огаревым. На деньги этого мецената и покровителя искусств издавались герценовский "Колокол" и приложение "Общее вече".

Дом Солдатенкова на Мясницкой улице превратился в прибежище "лиц неблагонадежных", а сам Козьма Терентьевич попал в ряды "западников, желающих беспорядков и возмущения". Как только об этом доложили Солдатенкову, он моментально отсчитал нужную сумму на рупор славянофильского движения еженедельную литературно-политическую газету "День" и за свой счет издал сборник статей Б. Н. Чичерина. Сборник открывался статьей Чичерина, написанной им в соавторстве с К. Д. Кавелиным "Письмо к издателю 'Колокола'". В этом программном документе высказывалось принципиальное расхождение с Герценом по поводу оценки французской революции 1848 года как "кровавого мятежа разнузданной толпы". Александр Иванович Герцен публично обозвал "русского Медичи" кретином, но деньги на издание "Колокола" продолжал просить.

Козьма Солдатенков состоял в гражданском браке с француженкой Клеманс Дюбуа. Клеманс Карловна родила в 1854 году сына, которого нарекли Иваном Ильичем Барышевым. Отец очень хотел, чтобы из сына вышел настоящий писатель. Сын взял себе литературный псевдоним Мясницкий и писал юмористические зарисовки из быта московского купечества, печатавшиеся в популярных тогда изданиях "Стрекоза", "Будильник" и других. В столице и в Москве ставили его комедии-фарсы, также пользовавшиеся успехом.

Свое состояние Козьма Терентьевич разделил между Клеманс Карловной, которой причиталось 150 000 рублей, сыну Ивану Ильичу — 25 000 рублей, слугам и крестьянам — 50 000 рублей, 100 000 рублей раздать бедным и нищим, полмиллиона на поддержку богаделен и вся недвижимость отходила племяннику Василию Ивановичу Солдатенкову. Картинная галерея и библиотека были завещаны Румянцевскому музею. 1 300 000 рублей он отписал на постройку ремесленного училища и около двух миллионов рублей на бесплатную больницу.

По завещанию Козьмы Терентьевича на его средства была построена "больница для всех бедных, находящихся в Москве, без различия званий, сословий и религий под названием Больница Солдатёнкова". В 1920 году больнице присвоили имя Сергея Петровича Боткина, лейб-медика царя Александра III и брата Николая Боткина, с которым Козьма некогда бродил по мастерским русских художников. Сергей Петрович человек был достойный и медик замечательный, вот только никакого отношения к больнице Солдатенкова он не имел.

Читайте самое интересное в рубрике "Общество"

Игорь Буккер

Темы
Комментарии
Комментарии

Почетный президент Олимпийского комитета России (ОКР) Леонид Тягачев рассказал о возможных ответных мерах России на отстранение легкоатлетов от ОИ.

Леонид Тягачев: МОК ждут большие потери
Комментарии