Марк Розовский: "Я не владею истиной"

Источник: www.teatrunikitskihvorot.ru

В гостях у главного редактора "Правды.Ру" Инны Новиковой — художественный руководитель театра "У Никитских ворот" Марк Розовский. Театр — живой организм, — говорит режиссер, и откровенно рассказывает о самом сокровенном — о том, как рождается спектакль, как дышит закулисье — от рождения замысла спектакля до волнительного экзамена перед зрителями.

— Марк Григорьевич, ваш театр неизменно популярен у зрителей. Аншлаги на спектакли — это норма. Даже сейчас, когда вроде уже не такое театрализованное время, по сравнению с 80-ми или 90-ми годами. Как вы угадываете потребности людей? Как видите, что сегодня нужно зрителю?

— Первое, что мы должны понимать и очень высоко ценить, это то, что наш театр-студия творит абсолютно свободно в бесцензурном пространстве. Никаких препон, никаких бюрократических указаний. Никто не в праве прийти и сказать мне, вот это ты должен ставить, а это нет. Вся ответственность — на художнике, на том человеке, который работает со мной, с артистами; он выбирает пьесу, и он может делать все, что он хочет.

Посмотрите наш репертуар. Там я отвечаю за каждый опус, за каждое представление. Это я принимаю на себя ответственность и решаю, что я хочу ставить, что я считаю нужным в 2011-м, 2012 году. Каждый год — это новый сезон. Когда Константин Сергеевич Станиславский открывал Московский Художественный общедоступный, заметьте, театр, в письмах к Немировичу-Данченко он писал: "Необходим в следующем сезоне некий захват зрителя". Захват зрителя! Вы представляете, как говорит Константин Сергеевич. Он думает о привлечении публики в свой общедоступный театр. Но это не значит, что он подгоняет под низкопробные вкусы выбранный им репертуар. Это значит, что нужно найти ту высокую драматургию, высокую литературу, которая бы открывала духовный мир для зрителя, ставила новую задачу, новую планку.

Читайте об открытии новой сцены "Театра у Никитских ворот":

М. Розовский: "Наш театр вышел из коммуналки"

Нужны новые формы — и появляется Мейерхольд. Он экспериментирует и важно сделать так, чтобы этот эксперимент был доходчивым. Не эксперимент ради эксперимента, хотя и такой театр нужен: театр-лаборатория, чисто экспериментальный для какой-то части зрителей. Сегодня в бесцензурном пространстве многие выбирают этот путь. Многие молодые экспериментируют, и слава Богу. Никто им не чинит никаких препятствий. Право зрителя принять этот эксперимент или же, наоборот, сказать: "Не хочу я это видеть. Пойду к другому художнику, к другому мастеру!" Выбирайте! Это очень важно. Это великое достижение. Между прочим, достижение перестройки. Еще во время перестройки Горбачев отменил цензуру. Сегодня никто ко мне не приходит с какой-то идеологемой определенной. Вот она заставляет думать: "А пойдет зритель на это название или не пойдет?"

— Но ведь не только на название ходят?

— Иногда ходят на название. На имя артиста, которого видят в сериале. Но это мы говорим о потребителе. Действительно, вкусы сегодня принижены, недаром говорят о дебилизации нашего общества. Телевидение сделало свое дело. Хотя не могу сказать, что культурный уровень общества совсем упал. Есть у нас и интеллигенция, и читающая публика. Нельзя говорить, что мы были читающей страной, а теперь мы ничего не читаем.

Все 29 лет в моем маленьком театрике почти всегда аншлаги. У нас есть свой зритель, который все время освежается, обновляется. Он уже не такой, как 30 лет назад. Он поменялся, и это наше достижение. У нас в репертуаре только четыре чеховских спектакля, и я горжусь тем, что они пользуются спросом и прекрасно принимаются публикой. "Дядя Ваня" идет около 20 лет с немеркнущим успехом. Это не потому, что я хвастаюсь, не дай Бог, вы меня неправильно поймете.

Я часто бывал свидетелем того, что зрители не ожидают, что встретятся с большим искусством. А когда встречаются, то невероятно благодарны, потому что они даже не предполагали, что такое может быть. Они открывают для себя в театре того же Чехова. "Опять Чехова поставили, это мы уже видели, это уже слышали", — сплошь и рядом такие мнения возникают. Чехов — это скучно, это нудно? Где он видел этого Чехова и сделал этот вывод? Приди в Театр у Никитских ворот, кладу голову на рельсы, если тебе будет скучно.

Для меня лучшей рецензией стало, когда после "Дяди Вани" какой-то человек незнакомый схватил меня за локоть, его буквально трясло от волнения. И говорит: "Я сегодня был в раю. Спасибо". Вот это лучшая рецензия для меня и высшая оценка театра "У Никитских ворот". Это лучше, чем Золотая маска, и ради этого стоит еще что-то делать.