Профессия соцработник с английской подачи
Любой человек может оказаться в ситуации, когда ему потребуется помощь. Между тем, есть люди, в чью профессиональную обязанность входит поддержка человека в сложный период жизни — не одноразовая, а постоянная, которая может длиться годы. 20 лет назад в России появилась профессия социального работника. А у ее истоков стоял англичанин Тони Видмер.
В 1991 году обычный социальный работник из Великобритании Тони Видмер совершил поступок, который кардинально изменил его жизнь — купил туристическую путевку в Россию. 20 лет спустя принц Чарльз наградил его званием Офицера Ордена Британской Империи — за развитие контактов в социальной сфере между Россией и Великобританией.
Эти его 20 лет вместили многое: создание центров социальной поддержки для увольняемых в запас военнослужащих, психологическую помощь вдовам моряков подлодки "Курск", семьям погибших горняков в Кемеровской области и даже самим социальным работникам, чтобы защитить их от эмоционального выгорания в Беслане. В общем, почти все российские болевые точки последних лет.
Удивительно, но как таковой профессии "социальный работник" в СССР не было. Просто эти функции выполняли множество разных узких специалистов: политрук в армии, инспектор по делам несовершеннолетних в милиции, педагог по воспитательной работе в школе. Именно в 1991 году соцработники получили официальный статус как представители новой специальности.
Читайте также: Женские "убежища" для жертв насилия
Впрочем, нельзя сказать, что за минувший срок эта профессия стала более известной, чем когда-то в Советском Союзе. Многие уверены, что сфера их деятельности — в основном, работа с престарелыми и инвалидами, то есть теми, кто давно уже списан обществом "в утиль". Между тем, социальным работникам часто приходится оказывать помощь людям, которые вчера еще были здоровы и полны сил, а сегодня вдруг оказались за бортом.
"Помню я работал с одним парнем в Великобритании, попавшим в страшную аварию на мотоцикле и сломавшем позвоночник. Мне нужно было пытаться примирить его с этим обстоятельством и вернуть к активной жизни. Мы много говорили о его увлечении мотоциклами и однажды я сказал: "а почему бы тебе не попробовать написать об этом?" Сейчас он довольно успешный писатель — пишет рассказы из жизни байкеров", — рассказывает Тони.
Действительно, человеку, живущему полноценной жизнью, трудно представить, что однажды может случиться нечто, и он будет нуждаться в серьезной помощи. А ведь никто от этого не застрахован. Как, например, это случилось с другом Тони Видмера — английским полицейским, с которым они попали в серьезную автоаварию в Москве. К счастью, инвалидом он не стал, но сильному, уверенному в себе мужчине, расследовавшему убийства и вроде бы привыкшему к смерти, потребовалось больше года социальной реабилитации, чтобы вернуться к обычной жизни. А Тони через три дня после аварии улетел в Беслан.
Там, в Беслане, он и его команда работали уже не с самими жертвами теракта, а с местными соцработниками, которым тоже срочно требовалась помощь. Они были рядом с пострадавшими в самые черные дни — ходили в морги опознавать тела, помогали хоронить, а потом просто были рядом, чтобы не оставлять людей одних. Эмоциональная и психологическая нагрузка была такой, что люди просто не выдерживали, ломались, не могли заставить себя вновь идти к тем, кто потерял своих детей, чтобы пытаться вернуть их к нормальной жизни.
Читайте также: Соцпомощь для гигантов: проблемы роста
"Мы обучали их специальным технологиям, защищающим от эмоционального выгорания. А также убедили местные власти обратить внимание на эту проблему — предоставлять соцработникам больше времени для отдыха, отправлять их в санатории. Даже создали клуб для них, чтобы они могли хоть ненадолго переключаться на что-то другое", — рассказывает Тони.
