«До секс-символа я недотягиваю»
Она мечтала стать певицей, но ни богатого покровителя, ни продюсера для своей дальнейшей раскрутки не нашла. Тогда она взяла псевдоним Воробей и ушла в юмористы. Уже несколько лет, вопреки прогнозам недоброжелателей, Елена Воробей успешна.
А три года назад, уже вопреки прогнозам врачей, родила здоровую дочь. В отличие от неунывающей улыбки на сцене, в жизни ее улыбка скорее философская. Да и настроение, впрочем, тоже.
- Лена, а это правда, что вас заставили взять псевдоним Воробей, ссылаясь на то, что настоящая фамилия будет раздражать многих?
- Скажем так, объяснили, что из-за моей настоящей фамилии могут возникнуть проблемы. Хотя я и сама прекрасно понимала, что еврейская фамилия Лебенбаум скорее всего будет раздражать. Пример тому, конкурс «Ялта-Москва-транзит» , на котором я еще в далеком 93-м году принимала участие и заняла призовое место.
Позже Ирина Понаровская мне рассказывала, что члены жюри долго спорили, можно ли мне с такой фамилией давать Гран-при. Представляете, какое это было нахальство с моей стороны: на всесоюзном конкурсе побеждает Лебенбаум! В общем, после конкурса мне посоветовали взять псевдоним.
Я решила, что стану – Воробей. Воробей – очень подходит к моему характеру и отношению к жизни. Да и в детстве меня во дворе часто звали «воробышком».
- Прямо как Эдит Пиаф ! А родители не обиделись, что вы променяли фамилию?
- Мне было не безразлично, что они думают. Конечно, каждый родитель, тем более в еврейской семье, мечтает о том, чтобы ребенок прославил настоящую фамилию. Но шоу-бизнес играет по своим правилам.
Я объяснила родителям, что беру псевдоним, потому как наша фамилия неудобопроизносима для зрителей. А по паспорту я так и осталась Лебенбаум.
- Выигранный конкурс вам взлететь не помог?
- Куда взлетишь без денег? Я периодически звонила организаторам конкурса и говорила: «Ребята, почему вы меня никуда не зовете?» А они: «Бабки есть? Нет! Что же ты хочешь? Ищи!»
Друзья и просто коллеги-артисты, терпеливо объясняли мне: чтобы раскрутить всего одну песню, нужно не менее полмиллиона долларов. От таких цифр просто волосы вставали дыбом - даже в носу! Где я могла найти такие деньги?
- И решили - лучше клоунессой?
- Не сразу решила. То есть вначале это решение было вызвано жизненной необходимостью. Так получилось, что из нашего театра ушли в «Аншлаг» Юра Гальцев и Гена Ветров. И через год звонит Ветров и говорит: жди звонка, который, возможно, изменит что-то в твоей судьбе.
Действительно, позвонил Владимир Винокур : «Мне вас рекомендовали. Возьмите весь материал и приезжайте на прослушивание». Я взяла кассету с конкурса и покатила в Москву. А он: «Вы что певица?! Вообще-то у меня театр пародий». От волнения еле выдавила: «Я и это умею».
И тут же выдаю из студенческих времен – Пугачеву, Распутину. Винокур в улыбке: «Не плохо. Собирай чемоданы, приезжай». Собственно с этого и началась моя карьера в Москве. Хотя уезжать из Питера, где я уже хорошо обосновалась, было не очень легко.
- Почему, если вам предложили выгодный контракт?
- К тому времени у меня в Питере уже была квартира, муж, с которым мы прожили десять лет, какая-никакая стабильная работа, наконец.
- Муж тоже из театральной среды?
- Да, мы с Андреем вместе играли в театре «БУФФ». Вскоре после переезда в столицу мы расстались.
- Причина развода, наверное, зависть, как обычно бывает в актерских семьях?
- Возможно. Я на собственной шкуре испытала, что один из самых трудных браков – актерский. Актеры – люди эгоцентричные, часто зацикленные на себе, своих творческих проблемах. И потом, чтобы супруги были долгое время интересны друг другу, они должны постоянно развиваться, как-то менять свои привычки, у них должна быть внутренняя потребность к обновлению.
Потому что самая ужасная вещь в браке – привычка. Было время, когда я чуть не увлеклась другим человеком, он занял мое внимание, сумел расположить к себе, но я вовремя опомнилась.
Хотя, что толку? Семья все равно распалась. Единственное, о чем жалею, что мы с Андреем не остались друзьями. Ведь между нами было много хорошего, со временем весь негатив стирается.
- Выходит, ваша дочь Соня не от первого брака?
- Нет. Соню я родила уже после развода от другого человека. Он мне не муж. Отец Сони женатый человек. И мне бы не хотелось говорить на эту тему и причинять боль ему и его близким. Я
У Сони есть отец, мы общаемся. А то, что мы не вместе, - это не самое главное. В жизни бывают встречи и расставания. Главное, что в моей жизни была такая знаменательная встреча.
- А почему материнство далось вам слезами?
- Врачи ставили мне диагноз, не обещающий ничего хорошего. Говорили, что я вряд ли когда-либо забеременею, а если это и произойдет по счастливой случайности, то в лучшем случае я все девять месяцев должна буду пролежать в кровати.
Мы столько лет прожили с Андреем, и я не беременела. Можно сказать, уже смирилась с диагнозом. Нет, конечно, я пыталась что-то делать, лечилась. Но все безуспешно. И вдруг…
Я первое время ходила, как во сне, даже не верила, не понимала, что делать. Главное, было не лечь в больницу: концерты, выступления, моя карьера только-только начала набирать темп. Хотя, конечно, и в больницу я готова была лечь.
