Это преступление было совершено не под покровом ночи в темной подворотне, а средь бела дня в самом, казалось бы, безопасном месте - вагоне метро. Жертвой его стала тоже отнюдь не беззащитная пенсионерка, а офицер милиции. Сегодня сама героиня истории нуждается в
защите.
9 сентября 2003 года в 9 часов утра на перегоне между станциями "Невский проспект" и "Горьковская" к молодой женщине Ирине Борисенко начали приставать двое мужчин, перемежая свою речь нецензурной бранью. Несмотря на то, что в утренний час пик в вагоне находилось много мужчин единственным человеком, который вступился за Ирину, стала офицер милиции Марина Писарева. Марина ехала на службу в Петроградское РУВД и была одета в милицейскую форму.
В ответ на требование Писаревой прекратить безобразие она тут же получила удар кулаком в лицо. Хлынула кровь, стоявшие рядом пассажиры лениво расступились, чтобы дать место для драки. Заметим: Марина Писарева - невысокая хрупкая женщина, тогда как оба мужчины были выше ее на две головы.
Марина думала только об одном: не упасть, иначе негодяи ее бы просто растоптали. Она даже успела "похвалить" нападавшего: "Молодец, у тебя хороший удар! Куда еще бить будешь?" На что услышала разъяренное: "Я тебя, сука ментовская, не бить, я тебя мочить буду!"
Наконец на помощь пришли другие пассажиры. Двухметровых хулиганов с трудом скрутили шесть крепких мужчин и доставили в пикет милиции на станции "Горьковская".
Однако первые чудеса начались уже в пикете. Дежурный дознаватель указал всем свидетелям на дверь, сообщив, что показаний Ирины Борисенко, Марины Писаревой и одного из свидетелей вполне достаточно, хотя как раз этот свидетель был лицом почти случайным - в момент начала драки он находился в другом конце вагона.
Протокол допроса был составлен только через полтора часа после задержания. Все это время задержанные - а ими оказались жители Петербурга братья Юрий и Петр Павлючуки - продолжали угрожать и Марине Писаревой, и Ирине Борисенко. Мат, крики и оскорбления практически не прекращались все это время. Нетрудно представить, что чувствовали в это время две женщины.
"Скорую" для Писаревой вызвали только приехавшие в пикет подруги Марины - ее коллеги из отдела по делам несовершеннолетних (ОДН) Петроградского РУВД. С переломом носа и сотрясением головного мозга она была госпитализирована в госпиталь ГУВД.
На прощание один из братьев Павлючуков сообщил Ирине Борисенко: "Мы знаем, что ты работаешь на "Горьковской". Если не мы, то наши приятели тебя все равно достанут, и мало тебе не покажется". Аналогичные угрозы услышала и Марина Писарева.
После этого братья Павлючуки были отпущены на свободу как (цитирую) "не представляющие социальной опасности".
Два месяца в аду
Лейтенант Марина Писарева 20 дней провела в госпитале. На 9-й день после случившегося к ней в палату неожиданно наведалась мать Павлючуков и потребовала отказаться от своих показаний и прекратить дело. Заметьте: мать подозреваемых в серьезном преступлении совершенно спокойно пришла к главному свидетелю и потерпевшей не куда-нибудь, а в госпиталь ГУВД. До сих пор остается непонятным, откуда стало известно, где и в какой палате лежит Марина Писарева.
После выписки Марина вернулась на работу - в ОДН Петроградского РУВД. За 2 месяца она лишь один раз была вызвана на допрос в прокуратуру метрополитена к следователю Екатерине Наломай. За 2 месяца никто, кроме коллег Писаревой по отделу, не интересовался ни ходом следствия, ни элементарно состоянием ее здоровья. Начальство или не знало, или не хотело ничего знать об этой истории.
На протяжении всего этого времени и ей, и свидетельнице Ирине Борисенко продолжали поступать угрозы по телефону. Звонки раздавались по несколько десятков раз на дню, на другом конце провода либо молчали, либо сообщали, что "вашей жизни угрожает опасность".
Братья Павлючуки от встречи с нами отказались. Однако их мать в телефонном разговоре подтвердила, что в курсе случившегося 9 сентября в метро, однако вину сыновей она, конечно, отрицает: старший, 49-летний Петр, страдает онкологическим заболеванием, а младший, 41-летний Юрий, в принципе по пьяни может нечто подобное выкинуть, но его, по словам матери, тоже можно понять, так как у них в доме "очень тяжелая обстановка". На наш вопрос, знает ли она об угрозах, которые поступают в адрес потерпевшей и свидетелей, мать ответила, что (цитирую запись телефонного разговора. - М. Б.): "Юрию в процессе задержания - не знаю кто, милиционеры или пассажиры - сломали нос, и поэтому тут всякая ругань возможна".
Зато мы разыскали Ирину Борисенко. Девушка рассказала, что сейчас она боится ходить одна и чувствует себя совершенно беззащитной. Но еще больше ее поразило, что за 2 месяца, сколько тянется следствие, ее только один раз вызвали на допрос спустя 3 недели после ЧП и что обоим подозреваемым до сих пор не предъявлено обвинение и они находятся на свободе.
"Знаете, сначала я была почти спокойна за благополучный ход следствия, так как была уверена, что уж за своего - то есть за Марину Писареву - коллеги точно вступятся и бандитам мало не будет. Получается наоборот…", - сказала Ирина Борисенко.
Свое мнение и у лейтенанта Писаревой: "Складывается впечатление, что кто-то хочет замять это дело. Но если его замнут - это такой плевок получит милиция, вы же понимаете. Тогда так и можно относиться к милиции, как относятся к ней сейчас".
"Что ж, друг друга выручали мы не раз?.."
В этой истории нас больше всего интересовала не реакция обыкновенных, в сущности, гопников, а тех, кто непосредственно должен отвечать за своих сотрудников и по мере необходимости помогать им и защищать их.
Следователь прокуратуры метрополитена Екатерина Наломай прокомментировать странную, мягко говоря, позицию следствия отказалась, сославшись на запрет "сверху". В управлении собственной безопасности, призванном обеспечивать защиту сотрудников ГУВД, от комментариев также отказались. С большим трудом удалось уговорить встретиться с нами непосредственного шефа лейтенанта Писаревой - начальника Петроградского РУВД Анатолия Антонова.
Анатолий Романович заявил, что, оказывается, с самого первого дня Марине Писаревой оказывалась моральная и материальная поддержка, что ее регулярно навещали в госпитале и даже (! - М. Б.) обеспечили ее охрану. Что касается личной оценки действий подчиненной, то Анатолий Антонов сообщил, что "гордится тем, что Марина так поступила, задержав лицо, совершившее правонарушение". В заключение он сообщил, что готовятся списки на награждение и Марина Писарева будет представлена к награде. Однако, пускай извинит Анатолий Романович за предвзятость, у нас сложилось впечатление, что подробно с делом Писаревой начальник РУВД если и познакомился, так только в процессе нашего разговора. По крайней мере, он не знал, что на самом деле хулиганов было двое, а не один. Да и насчет материальной и моральной поддержки Анатолий Романович, мягко говоря, преувеличивает: в госпитале Марину навещали лишь ее подруги из ОДН с купленными на собственные деньги апельсинами.
Зато после нашего активного вмешательства ходом следствия заинтересовалась городская прокуратура. Заместитель прокурора СПб Александр Коновалов сообщил нам, что следствие необоснованно затягивается, несмотря на все собранные неопровержимые доказательства вины подозреваемых. По словам Александра Владимировича, позиция прокуратуры метрополитена в этом деле должна была быть более профессиональной и жесткой. С учетом личности подозреваемых вопрос об аресте должен был быть решен еще на самых первых этапах следствия. Прокуратурой города уже даны указания по активизации следствия, и, по мнению Александра Владимировича, "нет сомнений в том, что свою меру нарушители получат". Кстати, их действия подпадают не под 213-ю "хулиганскую" статью, как планировало следствие вначале, а под 318-ю - применение насилия в отношении представителя власти. Срок - от 5 до 10 лет.
…Марина Писарева работает в милиции всего два года. До этого, закончив искусствоведческий факультет Института культуры, учила уму-разуму старшеклассников в обычной петербургской школе. Самое удивительное, что в милицию она пришла не за льготами и уж, конечно, не за зарплатой в 3 тысячи рублей. Как ни банально звучит, но работать с трудными подростками решила исключительно по зову сердца. Она и сейчас на допросах ко всем подопечным малолетним правонарушителям обращается на "вы".
У ее подруги и коллеги по ОДН майора Ярославы Ивановой за плечами - два вуза, Ленинградский университет и Институт физкультуры им.Лесгафта. Ярославу пару лет назад едва не задушил пьяный папаша трудного подростка. Она уходила из милиции, снова возвращалась. И больше уходить не собирается.
Другой коллеге Марины - Олесе Нестеровой всего 22 года. Она сознательно шла именно в милицию - даже получила специальность "социального педагога". Часто подопечные Олеси старше и головы на две выше ее самой. Она тоже успела услышать и угрозы, и оскорбления в свой адрес. Олеся говорит, что бывает, конечно, страшно и розовые очки слетают очень быстро, но она все равно останется в милиции.
Честно говоря, мы сначала очень боялись "подставить" этих смелых женщин, согласившихся на беседу с нами, несмотря на то что их начальники из РУВД и ГУВД по непонятным причинам несколько дней от комментариев отказывались. А потом поняли, что им-то как раз бояться нечего - они честно выполняют свою работу и не трясутся над каждой звездочкой на погонах.
На днях праздновался День милиции. В Петроградском РУВД прошло торжественное собрание. За свой подвиг лейтенант Писарева получила букет цветов. Впрочем, большего она и не ждала.
P. S. Как нам стало известно, снят с должности начальник прокуратуры метрополитена. Один из братьев Павлючуков на прошлой неделе арестован и находится в следственном изоляторе.
Источник: Петербургский Час Пик
Источник: 
Форум
