Мировые религии и накрытый стол

Каждой культуре и религии присущи свои кулинарные традиции. Немецкий философ Людвиг Фейербах как-то написал: "Человек есть то, что он ест". Конечно, это не совсем так, однако какое-то зерно истины в этом имеется. К примеру, обстоятельное знакомство с кухней той или иной страны — отличный способ лучше понять ее обитателей и общество, в котором они живут. Не будем забывать, что кулинария — один из аспектов культуры. Из кулинарных предпочтений, запретов и установок можно понять кое-что и о мировых религиях. Так чем отличаются застольные традиции в различных вероучениях?

Всем известно, что христианская кулинария разделяется на две темы: постное и скоромное. Полугодичный пост предполагает блюда без мясного и молочного, поэтому так важен вкус постных блюд — чтоб не приедались, чтоб не были безвкусными. Конечно, Евангелие велит нам отрешиться от мирского и не потакать чреву, но уж больно противно опилки жевать. Христианской традиции принадлежит огромное множество рецептов постной пищи — ведь те, кто по-настоящему постится, вкушают постную пищу по полгода. Так неужели же все эти полгода довольствоваться хлебом и водой, сырыми овощами и кашами без масла?

Кулинарные традиции христианства разнообразны, увлекательны и невероятно занимательны. Взять, хотя бы, монастырскую кухню. Сколько удивительных и интересных блюд изобретено там! Вкуснейшие монастырские щи из крапивы, сныти и сообразных овощей; макароны с икрой; чудные картофельные котлетки с грибами… Желающие подробнее ознакомиться с тем, как питались постом наши не такие уж далекие предки, могут раскрыть книгу "Лето Господне" Ивана Шмелева. Только осторожнее, не делайте это на голодный желудок, иначе слюнки потекут.

"Зачем скоромное, которое губит душу, если и без того все вкусно? Будут варить компот, делать картофельные котлеты с черносливом и шепталой, горох, маковый хлеб с красивыми завитушками из сахарного мака, розовые баранки, "кресты" на Крестопоклонной… мороженая клюква с сахаром, заливные орехи, засахаренный миндаль, горох моченый, бублики и сайки, изюм кувшинный, пастила рябиновая, постный сахар — лимонный, малиновый, с апельсинчиками внутри, халва… А жареная гречневая каша с луком, запить кваском! А постные пирожки с груздями, а гречневые блины с луком по субботам… а кутья с мармеладом в первую субботу, какое-то "коливо"! А миндальное молоко с белым киселем, а киселек клюквенный с ванилью, а…великая кулебяка на Благовещение, с вязигой, с осетринкой! А калья, необыкновенная калья, с кусочками голубой икры, с маринованными огурчиками… а моченые яблоки по воскресеньям, а талая, сладкая-сладкая "рязань"… а "грешники", с конопляным маслом, с хрустящей корочкой, с теплою пустотой внутри!…" — восторгается в начале Великого Поста маленький герой романа.

Читайте также: Zотов: Страшный Суд на улицах Москвы

А вкуснейшие мясные и постные блюда изготовленные в русской печи! Обычная пшенная каша превращается чуть ли не в пирог, легкие недрожжевые лепешки с ягодами вкусны необычайно. Дивная разварная говядина может быть приготовлена только в русской печи. К сожалению, в наше время готовке в печи приходит конец — печей все меньше и меньше и скоро не станет совсем, и чудесные старинные рецепты канут в Лету.

Надо отметить, что христианство хоть и предписывает долгие и довольно строгие посты, но не считает какую бы то ни было пищу "нечистой" или запретной. Специально, чтобы подчеркнуть доброту и полезность всего съестного, что сотворено Богом, апостолу Петру было явлено видение. "Петр около шестого часа взошел на верх дома помолиться. И почувствовал он голод, и хотел есть. Между тем, как приготовляли, он пришел в исступление и видит отверстое небо и сходящий к нему некоторый сосуд, как бы большое полотно, привязанное за четыре угла и опускаемое на землю; в нем находились всякие четвероногие земные, звери, пресмыкающиеся и птицы небесные. И был глас к нему: встань, Петр, заколи и ешь. Но Петр сказал: нет, Господи, я никогда не ел ничего скверного или нечистого. Тогда в другой раз был глас к нему: что Бог очистил, того ты не почитай нечистым. Это было трижды; и сосуд опять поднялся на небо" (Деяния, 10:9-16). Причем правило о чистоте всего, сотворенного Богом, распространилось, как понял апостол, не только на еду, но и на человеческие отношения: с тех пор Петр не считал для себя зазорным общаться не только с иудеями, но и с язычниками, которых раньше сторонился.