ГЛОНАСС и Beidou задушат GPS

В последние годы страны Азии активизировали деятельность по космическим разработкам. Особенно успешны в этом Китай, Индия и Япония. О достижениях этих стран, об их соперничестве в космосе Pravda.Ru рассказывает старший научный сотрудник Центра экономических исследований Российского института стратегических исследований Ирина Прокопенкова.

— Ирина, космонавтика перестала быть страшно закрытой сферой в связи с тем, что сейчас развивается международная кооперация?

— Отчасти, да. В целом произошли очень серьезные изменения, начиная с 1990-х годов. После этапа космической гонки периода холодной войны пошло насыщение космонавтики, замедлились темпы развития в странах-лидерах — Европе, США, и произошел пересмотр приоритетов, стратегий развития. И больше переключились на коммерциализацию космической деятельности, на развитие прикладных систем, которые дают отдачу и позволяют получить прибыль. Это коммерческие системы телекоммуникаций, дистанционного зондирования.

И в последние годы эта тенденция наложилась на циклический спад на рынке коммерческих космических спутников и совпала с мировой экономической рецессией. Поэтому произошла определенная стабилизация государственного финансирования.

Последние 5 лет мировые затраты на космические программы на уровне 70 миллиардов долларов так и остаются - и не растут. С другой стороны, наблюдается активизация второстепенных космических держав. И это не только Китай, Индия, Япония, которые у всех на слуху, но и, что примечательно, развивающиеся страны, причем в основном азиатские.

За 10 лет их число удвоилось, хотя каждый из них вкладывает очень незначительные средства в космос, но в целом затраты в два раза увеличились за последние десятилетия, сейчас они в совокупности оцениваются в 7 млрд долларов.

— А почему это для них так важно? У них же есть какие-то более насущные экономические проблемы?

— Руководство этих стран и рассматривает космонавтику как способ решить социально-экономические задачи, насущные проблемы, которые стоят перед этими странами. Например, для организации рационального природопользования, для мониторинга природных стихийных бедствий, для обеспечения связи в труднодоступных районах.

И этому способствовало также то, что в последние годы произошел прорыв в технологиях малых космических аппаратов. Они стали меньше, легче, дешевле, и при этом позволяют решать задачи на достаточно приличном уровне, что для этих небогатых стран снизило порог входа в космическую деятельность.

То есть они себе могут позволить заказать или даже изготовить, если у них есть соответствующие ресурсы, собственный спутник. Им не нужно сверхвысокое разрешение, как для США, России, Китая, которые решают военные задачи с помощью спутников.

Плюс, в стране, которая может запустить сама в космос спутник, это предполагает наличие очень серьезной промышленности и смежных отраслей. Потому что ракета — очень сложное изделие, в ней несколько тысяч деталей, все это требует очень высокой точности, очень большого объема испытаний. Потому что техника очень ответственная, уникальная.

— А скажите, страна, чтобы перейти в пул космических держав, обязательно должна иметь собственную ракету, запустить ее в космос, или сейчас можно как-то пристроиться к этому пулу, получить статус космической державы, как вы говорите, на работе с этими малыми космическими аппаратами.

— Тут надо прояснить, потому что само понятие космической державы немного неофициальное. Есть формальное наименование "Большой космический клуб". Это как раз включает страны, которые сами, собственными силами запустили в космос спутник. Таких стран сейчас в мире 11. Помимо известных России, США, Европы, это Китай, Индия, Япония и еще три азиатские страны, которые этот статус получили буквально в последние пять лет: Иран в 2009 году, Северная Корея и Южная Корея в 2012 и 2013 годах.

— А какой характер имеет нынешняя международная кооперация? Можно ли сказать, что такие азиатские сраны, как Индия и Китай, развили свою космическую промышленность во многом благодаря тому, что США перенесли в эти страны свои производства?

— Не совсем так. То есть, конечно, и для Индии, и для Китая, и для Японии был ключевым фактор именно по заимствованию зарубежных технологий. Для Индии и Китая — российские прежде всего, для Японии — американские. Но на современном этапе в космической отрасли очень взвешенно и осторожно подходят к вопросам сотрудничества. Штаты имеют законодательное ограничение вообще на любую кооперацию с Китаем в сфере космоса. Этот закон был принят в 2011 году. 

— А в чем тогда заключается эта кооперация?

— Получается, что на данный момент США с Китаем в космосе не сотрудничают вообще. Хотя до 1999 года американские компании спутниковых услуг активно сотрудничали с Китаем, они запускали спутники на китайских ракетах. Но потом, после 1999 года, это было приостановлено. Был большой скандал из-за того, что произошла утечка технологий в Китай.

Но Европа, несмотря на то, что есть эмбарго, не обрывала контакты с Китаем, продолжала сотрудничество по научным проектам. Примечательно, что как раз в прошлом году Европейское космическое агентство впервые в своей стратегии космической деятельности объявило Китай стратегическим партнером.

— Как далеко азиатские страны продвигаются в части собственных технологических, научных разработок? То есть насколько они работают на опережение? Мало же догнать.

— Как раз у них один из столпов космической стратегии — развитие собственных инноваций, собственного космического потенциала. Они очень далеко продвинулись на этом пути. То есть за 10 лет произошел просто колоссальный рывок.

Сейчас Китай, например, входит в число трех стран мира, который занимается пилотируемыми проектами. Учитывая, что "Шаттл" не летает, фактически только Китай и Россия могут запустить человека в космос в настоящий момент.

И, как ожидается, ближайшие 5 лет для Китая должны стать решающим этапом, должны быть реализованы три важнейших проекта — это развертывание собственной глобальной навигационной спутниковой системы к 2020 году, создание орбитальной космической станции и изучение Луны автоматическими космическими аппаратами. У нас в этом году должна быть мягкая посадка на Луну станции, которая доставит на землю лунный грунт.

— Если Штаты наложили на Китай эмбарго, Россия может этим воспользоваться и теснее работать с Китаем в космической отрасли?

— У нас как раз сотрудничество не прерывалось. Мы сотрудничали и с Индией, и с Китаем. И с той, и с другой страной у нас тесные связи. Достаточно посмотреть на китайский космический пилотируемый корабль "Шэньчжоу-5", поставить рядом наш "Союз" — сразу все понятно.

Китай, несомненно, очень много взял нашего опыта. И после введения санкций против России, конечно, это направление приобретает особую актуальность для России, развитие сотрудничества именно с Индией и Китаем.

— Благодаря чему Индии и Китаю удается делать масштабные инвестиции в космос? Создаются какие-то особые условия, привлекаются ли частные инвестиции? Отличается ли модель привлечения частных инвестиций у Штатов, России и азиатских стран?

— Азиатские страны, на самом деле, очень сильно отличаются и от Штатов, и друг от друга. В Китае, например, вся космическая промышленность — в руках государственных корпораций. Там существует две огромные государственные корпорации, которые иногда конкурируют по отдельным направлениям, и каждый имеет свою специализацию.

Но Китай очень активно изучает и использует опыт США. То есть отдельные подразделения этих корпорации, хотя они числятся государственными, акционируются, их акции торгуются на биржах, и Китай ставит себе цель в итоге создать передовую космическую промышленность на мировом уровне.

То есть, как раз эти две корпорации, которые будут сопоставимы с Lockheed или Boeing. В Индии немножко по-другому. В отличие от Китая индийская космическая промышленность очень ограничена по масштабам, и фактически вся космическая техника сейчас производится даже не на предприятиях, а силами индийской Организации космических исследований.

— Китай, Япония, Индия, в частности, все-таки на политической арене выступают немножко конкурентами друг другу. Это как-то сказывается на региональной кооперации космической стран азиатского региона?

— Несомненно. То есть, между этими странами взаимодействия нет. Но между ними существует конкуренция на региональном уровне за влияние на страны-соседи. То есть, с 2008 года в регионе действует параллельно две организации по содружеству в сфере космоса. Одна под эгидой Китая, другая под эгидой Японии. И это направление для Китая, Японии, Индии очень важно. Это для них средство проецировать свое влияние на соседей по региону через космические технологии. 

— А локальные связи в регионе между кем и кем строятся? 

— Китай учредил Азиатско-Тихоокеанскую программу по сотрудничеству в сфере космоса. Туда, помимо Китая, входят Бангладеш, Индонезия, Иран, Монголия, Пакистан, Перу, Таиланд и Турция. Кроме Китая в этой организации у остальных стран очень умеренные возможности в сфере космоса. То есть Китай себя как несомненного лидера позиционирует.

И сейчас каждая из этих стран хочет возглавить нарождающийся тренд в формировании нового космического центра в Азии, каждый хочет стать лидером этого процесса.

— А статус лидера какие дивиденды дает?

— Выход на мировой рынок, на региональный рынок. Потому что Китай, например, создает свою навигационную спутниковую систему, она сейчас уже в регионе предоставляет услуги, и к 2020 году Китай планирует занять очень значительную нишу на рынке навигационных спутниковых систем. В первую очередь в регионе.

Но все-таки космическая промышленность азиатских стран очень зависима от США и Европы. Передача технологии экономит миллиарды долларов, десятки миллиардов, но США всячески препятствуют передаче. Если она как-то и происходит, то как-то опосредованно.

И поскольку США оборвали сотрудничество с Китаем, что Китай, что Индия опираются на свои силы, но по части электронных компонентов они зависят от США. В 2013 году министерство торговли Китая опубликовало данные, что объем импорта радиоэлектронных компонентов уступает только импорту нефти. То есть это вторая позиция.

— Я как раз и хотела спросить, насколько они зависимы?

— От США все зависят, даже Европа. 

— А можете рассказать о каких-то совместных космических проектах России с азиатскими странами?

— У нас сейчас наиболее активно будет развиваться сотрудничество по серии навигационных спутниковых систем между нашей системой ГЛОНАСС и китайской системой Beidou. Интеграция стандартов, интеграция систем.

Также на российской территории будут строиться станции для коррекции системы Beidou, а в Китае будут размещаться станции для повышения точности сигналов ГЛОНАСС. Плюс, у нас уже создана система Р-ГЛОНАСС — система экстренного реагирования при авариях на базе ГЛОНАССа.

Китай этим опытом заинтересовался, он сейчас хочет построить свою систему на базе Beidou, но достигнута договоренность стандарты объединить.

Поскольку мы сотрудничаем еще в рамках ШОС и БРИКС, сейчас Китай очень развивает проект "Экономический поиск Шелкового пути", очень важное место занимает развитие транспортной инфраструктуры. И вот как раз здесь эти системы могут играть большое значение в отслеживании транспортных потоков, управлении транспортными потоками.

Также по теме:

"России надо срочно уходить с МКС"

Оборотная сторона космодрома "Восточного"

Подготовила к публикации Мария Сныткова

Беседовала


Азия рвётся в космос
Комментарии
Комментарии
Комментарии