Три угрозы для российских банков

Безопасность банковской системы России стоит на трех китах: физическая безопасность, информационная и экономическая, говорят эксперты. Если так, то вся она трещит по швам. Ни один из трех "китов" не адекватен реалиям сегодняшнего дня.

Корень основной массы проблем – в огромных пробелах в законодательстве, в котором абсолютно отсутствует понятие "безопасности предпринимательской деятельности". Без соответствующего закона российские банки будут уязвимы и неконкурентоспособны на мировом рынке. С такой невеселой ноты начался VIII форум "Банковская безопасность", который проходит в эти дни в Москве.

Владимир Бабкин, замначальника управления безопасности и защиты информации Московского ГТУ Центробанка, говоря о проблемах безопасности отечественного банковского сектора, начал с казалось бы забытой темы - физической безопасности банковских сотрудников – от инкассаторов, нападения на которых в последнее время заметно участились, до топ-менеджеров. Безопасность последних принципиальна: "для кредитных организаций специфика состоит в том, что на сегодняшний день ключевые решения принимают ключевые личности", - отметил Бабкин, указав на разницу отечественного банкинга от западного, где, как правило, решения принимаются коллегиально, большим числом лиц. По его словам, в России устранение даже одной фигуры может негативно повлиять на бизнес.

При этом персональная охрана до сих пор действует в условиях правового вакуума. На сегодняшний день на российском рынке существуют тысячи телохранителей, в том числе и профессиональных. По мнению президента "Национальной ассоциации телохранителей" Дмитрия Фонарева, было ошибочным решение "засунуть" телохранителей в пакет законов о частном охранном бизнесе. Теперь телохранители сталкиваются с ограничениями на огнестрельное оружие – по нынешнему закону один ствол положен на четырех охранников. Изменить ситуацию важно в первую очередь для охраняемых бизнесменов. Ведь сейчас телохранитель, к примеру, не несет никакой ответственности перед клиентом.

Не лучшим образом складывается ситуация с информационной и вытекающей из нее экономической безопасностью.

Причем проблема подкралась с неожиданной стороны. Как известно, основной вид деятельности банков – выдача кредитов. И первейший принцип банкира гласит: знай все о своем заемщике. Этим и должны заниматься службы безопасности банков. Но в последнее время они сталкиваются с дефицитом источников свежей и полной информации.

Связано это, как не показалось бы удивительным непосвященному, с сокращением на черном рынке ассортимента баз данных МВД, Центробанка, налоговой и прочих ведомств, полученных нелегальным путем.

"Мы ходим на "Горбушку" (за нелегальными базами данных – прим. ред.), куда и ЦБ ходит. Эти базы данных было очень полезны, и мы их широко использовали", - признался президент Ассоциации негосударственных структур безопасности Евгений Карабанов.

После скандалов, связанных с появлением в широкой продаже закрытых данных государственных ведомств, были приняты серьезнейшие меры по перекрытию каналов утечки информации. В частности, большая работа была проведена в Центробанке, после того как на черном рынке всплыла база банковских проводок расчетно-кассовых центров ЦБ с апреля 2003 года по сентябрь 2004 года.

В итоге "со второй половины этого года ничего подобного на рынке серых и черных баз данных нет - канал перекрыт", сообщил Бабкин. По его словам, с апреля текущего года ЦБ предпринял дополнительные меры  по защите информации.

Та же ситуация складывается и по другим нелегальным информационным продуктам. Нельзя не признать, что это позитивные изменения. Но, к сожалению, снижение доступности информации на черном рынке не компенсируется ее доступностью по официальным каналам – даже для профессионалов рынка экономической безопасности.

Специалисты по экономической безопасности вынужденно прибегают к "серым базам", "так как на сегодняшний день субъекты рынка не владеют в полном объеме той информацией, которой хотелось бы владеть и которой принято владеть на том же Западе", - говорит Бабкин. "А спрос рождает предложение", - отмечает он.

Бабкин отметил наличие юридических коллизий, ограничивающих доступ к информации. "Например, по закону о коммерческой тайне декларируется, что финансовая отчетность доступна. С другой стороны, у налоговых органов ее получить невозможно – налоговики ссылаются на соответствующее положение Налогового кодекса, где эта информация подпадает под категорию налоговой тайны", - рассказывает он.

Единый госреестр юрлиц по налогам, который является одним из открытых и доступных источников информации, предоставляет данные только об учредителях "и то – только юридических лицах, - сокрушается Карабанов. - Сведений о деловой активности он не дает". При этом срок ответа на официальный запрос доходит до недели.

Говоря о кредитовании населения, Карабанов отметил, что работник службы безопасности банка должен проверить паспорта потенциальных заемщиков. Учитывая уровень и методы мошенничества в потребительском кредитовании, он как минимум должен "пробить" их по базе данных утерянных документов. "Такая база данных есть в милиции", - говорит Карабанов, но при этом он отмечает, что данные предоставляются не всегда свежие и совсем не оперативно. "Запоздание по срокам давности – примерно 6-7 месяцев", - говорит он. А кредит дают через 15-20 минут. "То есть кредит дают непонятно кому", - заключает Карабанов.