Овощи заморские... Польза, вред или смерть?

Союз производителей овощей попросил правительство усилить контроль над содержанием ядохимикатов в импортных овощах. Чего больше в этой просьбе - заботы о качестве или желания протекционизма? На этот и другие вопросы Правда.Ру ответили гендиректор ассоциации отраслевых союзов АПК Маргарита Попова и директор совхоза им. Ленина Павел Грудинин.

Около 20 процентов сельхозпродукции завозится с превышением показателей ядохимикатов

- Союз производителей овощей обратился в правительство с просьбой усилить контроль над импортными овощами на предмет содержания в них ядохимикатов. Насколько безопаснее наши овощи? И какой процент составляет доля импортных овощей и фруктов на российском рынке?

Маргарита Попова: - В лучшем случае, пятьдесят мы сами производим, пятьдесят завозим. Но по некоторым позициям эта картина еще хуже. Особенно, естественно, в сезон и вне сезона. Там может быть до тридцати и семидесяти. Насколько я знаю, в письме они говорят о двадцати процентах. Они сделали анализ и вычислили, что около двадцати процентов продукции, в основном это помидоры и огурцы, завозятся с превышением показателей ядохимикатов.

Сразу надо дать понять нашим зрителям, что у разных стран разные требования на этот счет, поэтому вполне возможно, что в тех странах, где вовсю используют ядохимикаты, это нормально, а у нас другие показатели, для нас это ненормально.

Вопрос, скорее всего, в том, что к нам поступает каким-то хитрым способом серая продукция, продукция реэкспорта и вообще неизвестного происхождения. По всей видимости, в них и могут быть такие нарушения, которые по нашему законодательству не должны быть для продуктов питания.

- А как проводится проверка на ядохимикаты в овощах? Берется овощ, относится в лабораторию, и все можно выявить, что в него прыскают?

Павел Грудинин: - Для того, чтобы выявить какую-то болезнь или какой-то ядохимикат, надо точно знать, что ты ищешь - остаточные, скажем, элементы чего? У нас нет проверки на все, у нас есть проверка конкретно на нитраты, на нитриты. На самом деле, надо проверять на полке все, потому что кто сказал, что наши производители лучше, чем турецкие, что они точно также не используют?

- Сейчас таких проверок "на полке" нет?

ПГ: - Чтоб вы знали - европейцы, например, проверяют уже не на полке, а проверяют воду, землю, воздух. И также проверяют технологию - что ты используешь, в каких объемах, только после этого дают заключение, что это экологически чистое или вообще пригодное к использованию.

Наши же бизнесмены, которые занимаются овощами, - это действительно больше люди, которые занимаются теплицами, обеспокоенные тем, что они неконкурентоспособны, вот они и решили ограничить рынок. Естественно, его можно по-разному ограничивать. То есть можно сделать свою продукцию конкурентоспособной - уменьшить административное давление, уменьшить цены на энергоносители, дать преференции в торговых сетях, а можно сказать: "Ребята, запретите ввоз овощей вообще". Тогда мы окажемся на рынке одни, тогда цена поднимется, естественно, и мы выиграем.

Но надо понять, что это палка о двух концах. Второй конец - это когда цены выросли, потому что наличие большого предложения на рынке обеспечивает снижение цены. Но если кто-то хочет ограничить на рынке конкурентов, то он, соответственно, надеется на повышение цен.

Поставить на каждом таможенном пункте лабораторию невозможно

- Павел Николаевич, а нет какого-то парадокса в том, что они там проверяют землю, воду тщательнее, но в итоге у них предельно допустимые концентрации (ПДК) веществ ниже наших?

ПГ: - Я вас огорчу. Тех, кто проверяет землю-воду, мы ограничили санкциями. А вот тех, кто не проверяет (Китай и Турция), мы их санкциями не ограничивали, но мы точно знаем, что, например, китайская продукция уже известна во всем мире тем, что ее иногда и есть нельзя.

МП: - Показывали уже сто раз по телевидению про то, как у нас в наиболее отдаленных районах, где практически нет людей, такой агротуризм уже устоялся, когда со стороны Маньчжурии, Китая приезжают люди, работают на полях, накрывают это все пленкой, выращивают овощи вообще бесконтрольно. Что они туда запихивают, неизвестно. И все это без всяких проверок идет спокойно на наши прилавки.

ПГ: - Потому что это произведено якобы Россией. Просто некоторые китайские бизнесмены уничтожили уже свои земли, и там уже ничего не растет. Именно этими различными химикатами и стимуляторами роста добились того, что через пять лет земля полностью истощена, она мертва, зато они получают огромные урожаи.

Они получают продукцию в больших объемах, но очень низкого качества, ту, которая запрещена, но это же российская, а потом ввозят в регионы, где много народу, но мало предложения, и продают это.

- А потребитель сам этого почувствовать не может,  по вкусу, например?

ПГ: - Если вы попробуете яд, вы сразу не почувствуете. А это яд, который убивает не сразу, а медленно.

- Я так понимаю, что эта проблема существует уже не один год, не два, а много. Что мешает поставить это на тотальный контроль ? Это очень дорого?

МП: - Поставить на каждом таможенном пункте лабораторию невозможно. Мы это проходили. Был такой министр Гордеев, мы участвовали в создании такой программы, посчитали, прослезились, и пришли к выводу, что это невозможно.

Поэтому проверки носят характер компьютерного выбора. Барабан крутится - бах, попали сегодня на Амурскую область, а завтра на Калининградскую. Поехали, какую-то продукцию выборочно проверили. Других возможностей у них пока нет. Но это не значит, что это нельзя сделать.

- А что можно сделать? То есть правильно я понимаю, что идеал не достижим?

ПГ: - Нет, идеал достижим. Вы попробуйте найти, например, где-нибудь в Германии или в Австрии фальсифицированную продукцию. Например, вы слышали о том, что масло до 70 процентов - это фальсифицированная продукция? Попробуйте найти там эту продукцию. Это сложно, потому что там мера ответственности и вообще вся экономическая модель такова, что этим лучше не заниматься.

Есть еще один вопрос, который очень серьезно влияет. Это спрос. Предложение всегда стимулируется спросом. И если вы хотите сыра, но для того, чтобы произвести, допустим, килограмм сыра, вам нужно десять литров молока, а молоко стоит двадцать рублей за литр, то двести рублей - это только сырье, которое нужно только для того, чтобы произвести натуральный сыр. А у народа таких денег нет. И он хочет сыра, но не хочет платить двести рублей, или триста рублей. Тогда ему, поскольку появился спрос, предлагают всякую гадость, типа сырного продукта, который не приносит ему здоровья.

Но представим себе на секунду, что государство возьмет и прекратит фальсифицированную продукцию пускать на полки. Что произойдет?

- Останемся вообще без сыра.

МП: - Да, полки будут голые.

ПГ: - Вопрос государства - сделать, на самом деле, богатое население, которое может позволить себе натуральные продукты, и дать возможность тем, кто его производит, производить натуральные продукты по себестоимости ниже продажной цены.

Тепличники говорят: слушайте, мы вынуждены строить ТЭЦ фактически около себя, потому что доступ настолько затруднен к электрическим сетям и такая цена за электричество, что ты разоряешься. И поэтому приходится ходить в "Газпром", просить подключение к газу и самим строить ТЭЦ, тогда это хоть как-то удешевляет производство.

Если вы узнаете, сколько коррупционных составляющих при строительстве любой теплицы, любого объекта, вы обалдеете. И в этих условиях, естественно, за все платит покупатель.

Надо довести до ума земельную реформу

- Сельхозпроизводители жалуются на трудности доступа на прилавки магазинов. Действительно ли это все обеспечивается взятками?

ПГ: - Вопрос лоббирования - это не мы придумали, он всегда существует. Есть лоббирование интересов сетей, есть лоббирование интересов энергетиков, и поэтому мы платим самую высокую цену за электричество.

МП: - А уж РЖД вообще нас не рассматривает как какой-то социальный проект. По зерну немножко небольшие уступки сделали, а вот рыбу попробуй довези.

ПГ: - Если вы возьмете Казахстан, например, то там перевозки зерна по территории Казахстана бесплатны. Тариф - ноль. Но как только приезжают в Россию, тариф сразу вот такой. Поэтому мы не конкурентоспособны. Государство не поддерживает ни одну отрасль промышленности, кроме банков, вы заметили? Как только кризис, антикризисный план, банкам - триллион, а всем остальным - пятьдесят миллиардов, может быть.

МП: - Откуда те же тепличники будут конкурентоспособны, если они берут под свой проект строительства кредит 25-30 процентов, а германский производитель чего угодно, например, пекарь, если решил расширить свою пекарню, под 0,5 процентов. Ему повысили до 1 процента, и он, бедный, сидит, думает "как же я буду вот это отдавать". А нашим надо отдавать 25 процентов! Поэтому продукты получаются разные.

ПГ: - Государство, если не будет заниматься реальным сектором экономики, мы сколько угодно можем закрывать границы, еще что-то делать, но мы не будем конкурентоспособны.

- А какие меры должно принимать государство, и в какой последовательности?

ПГ: - Надо вообще изменить финансирование сельского хозяйства, потому что многие страны, в том числе и развитые страны мира, которые имеют не самые слабые сельхозорганизации, все равно тратят большие очень деньги. Для примера скажу, что больше восьмидесяти миллиардов долларов тратит США, больше пятидесяти миллиардов евро тратит Евросоюз.

Значит, они должны понять, что если вы хотите что-то получить от сельского хозяйства, вы должны сначала вложить деньги - это называется инвестирование.

МП: - В первую очередь, надо довести до ума земельную реформу. У нас полно земли - неизвестно, кому она принадлежит. И мы просто засыпаны обращениями сельхозпроизводителей о том, что земля есть, а взять ее невозможно - ни в аренду, ни под аренду, никуда. Потому что сидят, как собаки на сене.

Мы десять лет продвигали закон об ответственности тех людей, которые не используют землю. Если бы была понятная норма, что ты купил сельхозземлю, три года на ней ничего не делаешь, у тебя ее совершенно спокойно, в судебном порядке, отнимают и отдают тем, кто хочет заниматься сельским хозяйством. Первое - земля неизвестно кому принадлежит, порядка на ней нет. Порядок навести - забота государства.

Второе - тарифы естественных монополий. В тех же США используется такая норма, как замораживание цен. У нас ежегодно они повышаются.

И последний, существенный рычаг, вроде бы с ним борются все вместе, - это коррупция. Вот мне кажется, с коррупцией достаточно просто разобраться - пойдите в любой район, даже сельский район, и посмотрите. Бюджет у них маленький, все время денег на дороги нет, на колодцы нет, а посмотрите, в каких домах живут и на каких машинах ездят уважаемые руководители даже районного звена.

Подготовила к публикации Мария Сныткова

Беседовала


"Огурец раздора": насколько опасны импортные овощи?
Комментарии
Комментарии