Станиславский искал ключ к подсознанию


150 лет назад, 17 января 1863 года, родился Константин Сергеевич Алексеев — будущий Станиславский. Создатель не только МХТ, но и знаменитой системы Станиславского — теории сценического искусства, метода актерской техники. Константин Станиславский заставлял актера перевоплощаться, вживаться в образ, чтобы достичь полной психологической достоверности.

"…Запад со своей ложной культурой, рисовкой и ломаньем, со всеми признаками вырождения меня ужасно нервит. Нет… теперь очередь за нами, за славянами, мы будем диктовать правила". Из письма К. С. Станиславского к матери, 1891.

Российская общественность с должным размахом готовится отметить 150-летний юбилей величайшего режиссера, актера и Учителя. В Камергерском переулке, рядом со входом в МХТ, наконец установят памятник основателю театра. В день юбилея, 17 января 2013 года, Кирилл Серебренников выпустит спектакль, созданный на основе писем, воспоминаний и статей Станиславского.

Однако многие россияне считают систему устаревшей и полностью себя изжившей. Восторги по поводу гениальности Станиславского — чрезмерными. Вклад режиссера в мировую культуру — сильно преувеличенным.

Телеведущая Анфиса Чехова говорит, что система и школа Станиславского — это "атавизм и труп". Режиссер Юрий Любимов часто повторял, что у Станиславского "нет никакой системы". И никогда не было.

Многие поддерживают такие взгляды. Но…

Среди тех, кого называют звездами мирового кинематографа, система Станиславского получила широчайшее распространение и продолжает оставаться актуальной и востребованной и в наши дни.

В 1930-е годы американский режиссер Ли Страсберг специально приезжал в СССР, чтобы познакомиться со Станиславским и его системой актерского мастерства. Его заинтересовало, что в этой системе актер переживает и проживает, а не представляет чувства героя. Ведь как только кино перестало быть немым, все наигранное и гротескное вышло на первый план — и стало раздражать зрителя. Доходы стали падать.

Страсберг изучил идеи русского режиссера и начал учить актеров по новой системе. За новое понимание киноискусства зритель проголосовал долларом. В числе тех, кто стал учиться "по Станиславскому", были Генри Фонда, Джейн Фонда, Дастин Хофман, Мэрилин Монро… Новая система требовала от исполнителя опираться на собственный, личный опыт, воспоминания, эмоции, чтобы понять, что персонаж думает и чувствует, и правдиво передать зрителю его состояние. Если опыта и воспоминаний нет, актер обязан создать себе условия, в которых находится герой, иначе вся его игра будет фальшью.

Марлон Брандо, один из самых верных последователей метода, для своего первого фильма "Мужчина" месяц провел на койке в больнице для ветеранов войны. Ему предстояло вжиться в роль солдата, который должен смириться с увечьем.

Роберт де Ниро набрал более 27 килограмм, чтобы сыграть располневшего боксера в фильме Мартина Скорцезе "Разъяренный бык". Чтобы понять, что чувствует спортсмен на ринге, тренировался с профессиональными боксерами до изнеможения.

Дастин Хофман два дня спал на улице, чтобы достоверно сыграть бродягу в "Полуночном ковбое". Роль второго плана — в фильме, который вначале показывали лишь в двух кинотеатрах, и только потом номинировали на "Оскара". Для этого же фильма насыпал в ботинки камешки — и ходил так, чтобы добиться настоящей хромоты. А в одной из сцен кашлял так натурально, что на третьем дубле потерял сознание. Именно после этого фильма о Хофмане стали говорить.

Для фильма "Марафонец" актер не спал несколько суток — чтобы выглядеть натурально усталым. Для фильма "Соломенные псы" — месяцами жил в собачьем загоне, среди бездомных дворняжек. Учился чувству одиночества, одичалости, полного отчаяния.

Перед съемками "Тутси" Хофман полгода ходил по городу в одежде, гриме и парике, соответствующем типажу средней американки. Когда в одной забегаловке Дастину подмигнул заигрывающий с ним мужчина, актер с гордостью понял: он к роли готов — стал настоящей женщиной.

Эдриан Броуди для роли в фильме "Пианист" максимально ограничил себя в материальных благах: продал квартиру на Манхеттене, машину и даже мобильный телефон. Научился безупречно играть произведения Шопена. Все эти мучения были только ради того, чтобы вжиться в роль польского пианиста, все потерявшего при захвате Польши в 1939 году нацистами.

Еще один "ученик Станиславского" — Леонардо Ди Каприо. В фильме "Авиатор" Мартина Скорсезе его преображение поразило даже режиссера. Обаятельный молодойчеловек куда-то исчез. Вместо него появился волевой, сильный, решительный — и даже жесткий человек.

Шарлиз Терон для фильма "Монстр" набрала почти 30 килограмм. Одна из самых красивых актрис буквально изуродовала себя до неузнаваемости. Но именно после этого фильма заговорили о ее таланте, а не о внешности, и перестали считать ее только "натурщицей".

В Голливуде вопрос веры, погружения и серьезности важен и сейчас. Он решает профессиональные судьбы. Если вспомнить один из знаменитейших кадров "Основного инстинкта", где Шерон Стоун с глубокой серьезностью эффектно раздвигает ноги, зритель не почувствует ничего пошлого, грубого и вульгарного. Высочайший профессионализм актрисы облагораживает пошлую и глуповатую сцену, делая ее художественной. Ведь глупого в Голливуде — очень много, но актеры умеют переиграть и глупость, и пошлость, и грубость.

Подобное происходило в СССР в 1930–1950-х годах. Похожие друг на друга сюжеты и диалоги, герои и героини. Но мастерство позволяло играть так убедительно, что глупость смотрелась если не как гениальность, то, по крайней мере, как хорошая работа.

Для фильма "Светлый путь" Любовь Орлова училась ткацкому ремеслу — и перевязала узлами всю бахрому в доме. Для фильма "Волга-Волга" — научилась ездить на велосипеде. Марина Ладынина освоила даже трактор. Для фильма "Укротительница тигров" Людмила Касаткина училась дрессировать тигров. После съемок ей предложили сменить работу и стать укротительницей. Сказали, что у нее есть самое главное — кураж.

Лев Додин, художественный руководитель МДТ — Театра Европы считает, что самое главное в учении Станиславского — "ощущение необходимости поиска трепета живой человеческой жизни. Один из базовых принципов Станиславского — вера в предлагаемые обстоятельства — сегодня кажется смешным, да и сами предлагаемые обстоятельства зачастую никто толком не разбирает, не понимает или придумывает абсолютно случайные, не имеющие никакого отношения к сути текста, сути происходящего. В современном театре растворились, исчезли проблемы подлинности, достоверности, заразительности; исчезает такое понятие, как сопереживание. Сегодня на театральных подмостках редко можно увидеть и услышать артиста, который говорит по Станиславскому "естественно и звучно", дышит и звучит легато, а не стаккато. Сегодня артисты или шепчут, или, чаще всего, надрывно кричат, при этом неспособны произнести длинную мысль, непрерывно рвут ее на бессмысленные кусочки. Увы, мы почти не умеем пользоваться тем немногим хорошим, что у нас существовало и пока еще, как ни странно, отчасти продолжает существовать".

А существует ли вообще система Станиславского? Может, это действительно просто миф?

Не миф, а реальность. Система существует и применяется не только в сфере искусства.

Более 60 лет Станиславский работал над методом, который потом назвали его именем. Начал создавать систему, еще будучи студентом Лазаревского института восточных языков и играя в любительских спектаклях. Он консультировался даже с физиологом Павловым, пытаясь понять, как же добиться правды переживания. Станиславский мечтал о рождении образа, основанного на искусстве переживания. Он хотел, чтобы актер перестал представлять образ, кривляться перед публикой — и, выходя на сцену, сам становился этим образом, чувствовал и мыслил, как его герой. Константин Сергеевич постоянно подчеркивал, что только подлинное, живое, искреннее чувство влечет зрителя по-настоящему, заставляет его понимать и переживать то, что происходит на сцене.

"Весь мир — театр". Шли годы. Система Станиславского вышла за рамки сцены и экрана. Слова "нейролингвистическое программирование" сегодня известны каждому, хотя мало кто понимает, что это значит. Между тем методы нейролингвистического программирования фактически основаны на системе Станиславского. Пользуются этим методом и психологи, и психоаналитики, и бизнес-тренеры… Те, кто работает с системой на практике, считают, что метод Станиславского плохо изучен в российской театральной среде. Что слова "не верю" гораздо серьезнее и глубже, чем кажется многим. Именно на них базируются наши успехи и провалы — в том числе в бизнесе и политике.

По их мнению, основная цель системы Станиславского — пробудить подсознание, развивать подсознательные творческие процессы с помощью сознательных психологических техник. И поэтому метод, созданный великим режиссером, обогнал не только свое время. Он и сейчас на шаг "впереди планеты всей".

Комментарии
Комментарии