Организовать общероссийское покаяние путём показа опуса 82-летнего патриарха польского кино Анджея Вайды "Катынь" не удалось. Репутация же самого Вайды поставлена под сомнение, причём не в первый раз. Ещё в 1980 году он по принципу "Чего
изволите?" порадовал Запад политической пустышкой "Человек из железа", начисто лишенной эстетических достоинств.
На прошлой неделе общество "Мемориал" организовало показы "Катыни" в столичных домах литераторов и кино. После этого в ряде либеральных СМИ началась истерическая кампания на тему необходимости общероссийского покаяния за невинно убиенных сталинскими сатрапами польских военных.
Некто Никита Соколов, представляющийся историком, считает, что покаяние должен возглавить лично Святейший Патриарх Алексий II. Не отстаёт от него и "правозащитница" Наталия Горбаневская, считающая, что без покаяния за Катынь Россия дальше просто не может существовать.
Пропагандисты опуса Вайды крайне переживают, что фильм не выйдет в широкий прокат. Не по цензурным соображениям - просто даже прокатчики арт-хаусного кино не видят в "Катыни" никакого коммерческого потенциала. Но это не значит, что картину Вайды скрывают от российского зрителя.
Она выйдет на видео, и уже сейчас доступна в пиартском формате, а также в локальных интернет-сетях. И многие из тех, кто её уже посмотрел, отнюдь не в восторге от примитивно сделанной русофобской поделки.
Творение польского режиссёра примитивно как пара злотых. Монстрообразные нелюди из сталинского НКВД истязают и убивают пленных польских военных, которые, как на подбор, ангелы во плоти. По своим зверствам советские сатрапы, естественно, оставляют далеко позади нацистов. Те, оказывается, даже урны с прахом из концлагерей польским вдовам бесплатно поставляли.
Единственным светлым образом является советский офицер в исполнении Сергея Гармаша, который спасает от смерти одну польскую семью. Но Вайда даёт понять, что это просто чудесное исключение из правил. Мораль "Катыни" такова: такого зверья, как советские военные, европейская история не знала. И Россия должна каяться и каяться за их "чудовищные преступления".