Тим Бёртон раскрыл душу

Икона готической субкультуры, главный выдумщик мирового кино, какими только красочными ярлыками не наделяли Тима Бёртона. Давайте послушаем самого режиссера, таким, каким он предстает в серии бесед со своим старым приятелем, бывшим редактором лондонского журнала “Empire” и автором популярных книг о кино Марком Солсбери.

«Он художник, гений, чудак, безумец, блестящий, храбрый, смешной до истерики, преданный, не признающий традиций, настоящий друг. Я в огромном долгу перед ним… Я никогда не встречал человека столь явно не от мира сего и при этом находящегося на своем месте. Единственно ему принадлежащем месте. Опыт съемок под руководством Тима – бесценный дар. Я ощущал себя так, словно мой мозг и мозг режиссера соединены раскаленным проводом, от которого в любую минуту могут посыпаться искры. Для меня работа с Тимом подобна возвращению домой. Дом этот построен на риске, но таком, который дает покой. Глубокий покой», - так написал в предисловии к книге интервью режиссера Тима Бёртона, актер Джонни Депп.

Впервые книга «Бёртон о Бёртоне» была издана в 1995 году и состояла из интервью периода 1988-1994 годов. В 1999 году, одновременно с выходом на экраны «Сонной лощины», появилось исправленное издание, дополненное интервью, данными с января по апрель 1999 года, пишет в предисловии к русскому изданию Марк Солсбери, вышедшему в престижной серии «Art House».

Весь вновь вошедший материал настоящего третьего издания составляют интервью периода между январем 2001 и мартом 2005 года – на съемках и при монтаже «Планеты обезьян», при монтаже «Крупной рыбы», на съемках «Чарли и шоколадной фабрики», а также во время нескольких проникновенных бесед в январе-марте 2005 года в Лондоне, где Бёртон монтировал «Чарли» и «Труп невесты».

Справка:

Тим Бёртон, старший сын Билла и Джин Бёртон, родился 25 августа 1958 года в Бербанке, Калифорния. Его отец работал в центре отдыха и развлечений бербанкского парка, мать владела магазином подарков «Кошки плюс», где все товары тем или иным образом были связаны с кошачьей тематикой. Второй их сын, Дэниел, - художник, на три года младше Тима. Дом Бёртонов находился как раз на подлетной трассе бербанкского аэропорта. Тим часто лежал в саду, глазея на самолеты, летающие над головой, и подсчитывая время появления инверсионного следа.

С 12 до 16 лет он жил у бабушки в Бербанке, а потом переселился в маленькую квартирку над принадлежавшим ей гаражом. Чтобы оплатить жильё, ему после школы приходилось работать в ресторане. Расположенный в пригороде Лос-Анджелеса Бербанк был и поныне остается пригородом Голливуда. Тим Бёртон с детства испытывал отчуждение к среде этого рабочего пригорода, что позднее и показал в фильме «Эдвард Руки-ножницы».

В детстве Бёртон, по собственному признанию, иногда давал волю дремавшим в нем разрушительным инстинктам: отламывал головы игрушечным солдатикам и терроризировал соседского малыша рассказами о высадке инопланетян. Спасения от повседневности юный Тим искал в кинотеатре или перед экраном телевизора, когда демонстрировались фильмы ужасов.