Сергей Капица, парадоксов друг...

Президент Российской Федерации Владимир Путин направил поздравление известному ученому, вице-президенту РАН Капице Сергею Петровичу в связи с его 75-летием. В телеграмме, в частности, отмечается: "В нашей стране и в мире Вас знают как талантливого исследователя, мыслителя и популяризатора науки, достойного представителя династии выдающихся российских ученых. Широкий кругозор, эрудиция, опыт помогают Вам в научной деятельности, в большой общественной и просветительской работе.
Желаю Вам, уважаемый Сергей Петрович, дальнейших успехов. Здоровья и благополучия Вам и Вашим близким".
А 24 января исполнилось тридцать лет со дня выхода в свет первой передачи "Очевидное-невероятное".
Передача эта — уже и не передача, а национальный символ стабильности, источник уверенности в завтрашнем дне телевидения. Меняются политические режимы, а "Очевидное-невероятное" остается "Очевидным-невероятным".
Кто бы и сколько бы не вел эту передачу, старшее поколение всегда будет вспоминать ее главного ведущего — Сергея Капицу.
Сергей Петрович Капица родился 14 февраля 1928 г. в Кембридже. Сын крупнейшего физика, нобелевского лауреата Петра Леонидовича Капицы. Окончил МАИ (1949 г.). Заведующий лабораторией Института физических проблем, профессор, заведующий кафедрой общей физики в МФТИ. Член огромного множества научных обществ, академий и правительственных советов. Автор многочисленных книг, статей, изобретений и открытий. Лауреат престижных премий.
В конце 50-х Капица оказался одним из пионеров подводного плавания в Советском Союзе и несколько лет был даже вице-президентом Федерации подводного плавания. С этим спортом связаны и его первые опыты в кино. Ныряя с самодельным аквалангом, Сергей Петрович производил съемки для первого советского подводного фильма, который впоследствии демонстрировался на международных кинофестивалях.
С

февраля 1973 г. — бессменный ведущий передачи "Очевидное-невероятное".
-Сергей Петрович, как все начиналось?
-Передача началась 25 лет назад по инициативе Жанны Петровны Фоминой, которая заведовала редакцией кинопрограмм и просветительских передач, таких, как "В мире животных" и "Клуб кинопутешествий". Поначалу наша передача мыслилась как панорама научно-популярного кино. В этом был резон: у нас производилось много научно-популярных фильмов, однако до зрителя они часто не доходили. Однако очень скоро мы поняли, что научное кино непосредственно для телевидения не годится. И тогда мы решили основу передачи строить в большей степени не на киноматериалах, а на разговорах с учеными. То есть, перешли от обзора научных фильмов к панораме научных идей.
-В то время Вы уже были сложившимся ученым. Как удавалось это совмещать с работой телеведущего?
-Я всегда рассматривал просветительскую деятельность как одну из функций ученого. Работа на телевидении — это возможность выступать перед аудиторией не из двадцати студентов, а из двадцати миллионов слушателей.
-Выходят ли аналогичные передачи в других странах?
-Была в свое время замечательная серия такого типа передач, которую делал американский ученый Карл Саган. Она посвящалась проблемам космоса. Научная публицистика очень сильно развита и в Англии. Там, например, выходит передача под названием "Завтрашний мир" - Tomorrows World. Но она делается в большей степени журналистами, правда, тоже при активном участии ученых.
-Популярности "Очевидного-невероятного" в свое время могла позавидовать почти любая передача. А какие из особенно нашумевших тем Вы могли бы сейчас отметить?
-Пожалуй, прежде всего тему экономическую, как не странно. Помнится, особый резонанс вызвала беседа между академиком Николаем Николаевичем Иноземцевым — членом ЦК, советником Брежнева, фактически, главным экономистом страны, — и Василием Леонтьевым. Леонтьев — лауреат Нобелевской премии, гражданин США, эмигрировавший из России еще в 1926 г. Он говорил тогда о необходимости рыночных отношений. В то время это была ересь страшная, причем высказанная с самой крупной кафедры. Она ставила под сомнение существовавшую у нас экономику.
- По всем приметам, в тех условиях программа должна была оказаться под угрозой срыва?
- Ничего подобного. Наоборот, эта передача была показана дважды. Конечно, была получена огромная масса писем, как, мол, мы допустили такие антимарксистские высказывания. Но все было сделано с большим политическим тактом. И к тому же авторитет участников передачи был безупречен.
-Когда передача выходила в 70-е, 80-е годы, существовала ли какая-нибудь научная цензура?
-Нет. Нам оказано было большое доверие. Формальных препятствий никаких не было, за редким исключением.

Неочевидно, но очень вероятно, что именно "О-Н" во многом поспособствовало становлению популярной науки как среды обитания советского человека. О, эта эпоха кухонных разговоров "про умное"! Сколько взрастила она романтических изобретателей и дачников-селекционеров! Сколько мыслителей, учившихся за привычным ходом вещей видеть секретные механизмы природы! Мой дядя, страстный поклонник "О-Н", добывал спирт из моркови, создавал инкубаторы для магазинных яиц и рассуждал об эволюционном превосходстве мышей над кошками. "Ты замечал, как мышь принимает пищу? Она придерживает ее передними лапками. Достаточно малейшего толчка, чтобы мышь взяла в руки орудие труда".
Больше всего шума наделала вышедшая в 1976 г. передача с участием сторонника разного рода фантастических гипотез В. Г